Зодческая работа брата-мастера М.Д.
Д∴Л∴ Свобода №6046, Восток Москвы, ВВФ, 6026 Год Света.
Можно достаточно просто и однообразно ответить на этот извечный вопрос, и больше ничего не писать. И не задумываться на эту тему. И вообще гнать от себя мысль о тяжести или лёгкости бытия масона в ложе и во вне. Но масон так устроен, что он задумывается о самых разных вещах, порой не очень понятных немасонам.
И так, легко ли быть масоном?
И вот тут возникают дополнительные вопросы, какого масона, активного или редко появляющегося в ложе? Пишущего что-то на масонские темы, размышляющего на тему символов, ритуалистики, истории масонства, его будущего и настоящего?
Активный масон не может не ходить и не писать, и не размышлять, ибо он находится внутри масонского эгрегора, который он не оставляет в ложе, а носит в себе. Эгрегор этот фактически управляет мыслями и поступками масона, где бы он не находился, чем бы не был занят.
Тогда возникает другой вопрос, а всякий ли масон настолько погружен в масонскую традицию и в само масонство, что не может вести себя как-то иначе и быть кем-то немного другим, не иметь столь глубокого погружения?
И если он не погружён в традицию, и уделяет масонству мало времени, то и ожидать от него глубины не приходится. А другой наоборот, живёт масонством, дышит им, ищет и обретает смыслы в нём. Находит объяснение многим событиям в его жизни. Справляется с проблемами, что сопровождают любого человека в его пути, в его воплощении. Преодолевает и идёт, находя смыслы двигаться дальше и развиваться, вознося свои помыслы в горние высоты духа.
Масон, для которого масонство стало образом жизни, его важной составляющей, и которое пронизывает его и наполняет, не может просто быть масоном, он отдаётся ему все сердцем, всей душой, своими мыслями и делами, своей природой, которую он должен обуздать резцом и молотом, отвесом и уровнем, циркулем и наугольником...
В этом и кроется ответ на вопрос - Легко ли быть масоном? И если масон проживает свою жизнь не только в профанном мире, но и с огромной отдачей в масонстве, в своей ложе, в братском коллективе, то такому масону не будет легко, ибо он совершает великое делание, он работает над собой и по средствам этой работы меняет мир вокруг себя, будь он масонский или профанский, масон существует в обоих мирах, ибо одно от другого не отделимо...
И если кто-либо, единожды вступив на путь масонства, став масоном, пройдя масонское посвящение, и открыв для себя иной путь движения и познания, должен следовать этому пути, понимая при этом, что путь этот будет не лёгок и не прост. А порой и неблагодарен. Но благодатен своими открытиями и осмыслением многого в нашем бренном мире, в котором есть многое из масонства, пусть и в завуалированном виде, подчас еле уловимом, а от того не менее прекрасном и интересном.
Если живёшь чем-то по настоящему, с полным погружением в это, то путь этот не может быть лёгким...он не будет лёгким и приятным, он будет таким каким он должен быть. И поэтому я прихожу к выводу, что воспринимать всё трудное и тяжёлое в масонстве нужно с некоей лёгкостью, дабы не омрачать себе и другим восприятие масонства. Только так можно идти по этому пути, только так можно проживать масонство, и то, что оно даёт каждому из нас, в том или ином виде, в доступном нашему восприятию и пониманию его.
Я сказал.