Иногда мне кажется, что одиночество – это болезнь нашего времени. Смотришь, на человека - вроде бы у него всё в порядке: достаток, семья, друзья, работа, а нет-нет, да и начинает он исходить тоской. Что мешает ему наслаждаться жизнью и наполняет его дни неудовлетворённостью? Что толкает его под бок ночью и лишает сна? Почему одиночество просачивается в души успешных, думающих людей, но часто обходит стороной пустых и примитивных представителей человечества? Почему раньше одиночество было редким проявлением, а сейчас носит почти эпидемиологический характер? Что это за вирус такой, и кто его распространяет? Я думаю, что всему виной искусство. Любое произведение, будь то соната, поэма, скульптура, картина – не важно что – это поиск красоты. А красота — это дар Бога, это его часть. Получается, что в каждом проявлении искусства мы прикасаемся к поиску Создателя. И чем больше мы читаем, слушаем музыку, разглядываем ажурную вязь на колоннах, с замиранием смотрим на балетные па, распутываем замысел режиссёра, тем больше в своём подсознании мы проходим по лабиринтам поиска Бога. В современном мире искусство стало доступнее, и оно даёт нам почву для раздумий. И пусть нам порой кажется, что эта хандра у нас случилась, потому что не хватает солнца, внимания близкого человека, каких-то других эмоций. Это не так. Мы просто не умеем читать себя.
- Ты часто сидишь с чашкой кофе и смотришь в окно, - сказал он, - Ты кого-то ждешь или разглядываешь что-то?
- Не угадал, - она улыбнулась, - так я кормлю своё одиночество.
- Как это? Оно что голодное?
- Нет, - засмеялась она, - просто каждое чувство нужно кормить.
- Чем?
- Любви нужны вздохи и подарки, ненависти - крики и кровь, гордости – признание, зависти -чужие неудачи, скуке – зрелища, разочарованию – страдания, алчности -богатство …
- Стыду – высокие стены и крепкие двери, чтобы прятаться за ними, - добавил он.
- Да. Затратное дело – кормить чувства. Самое экономное – это кормить одиночество.
- Никогда бы не подумал. А что ему надо?
- Вначале одиночеству достаточно осени, окна, чашки кофе…
- Вроде бы немного.
- Потом окна и чашки кофе…
- Ещё меньше?
- Да. Потом просто кофе… и в конце ему достаточно только себя.
- Какая грустная теория.
- Всего лишь маленькая история о любви к осени, созерцанию и кофе, ведь не любить же одинокому человеку только себя.
- Осень закончилась. У нашего столика нет окна. Но есть кофе. Значит, это не последняя стадия?
- Я держусь.
- Но зачем его кормить? Ведь это же не самое лучшее чувство.
- Пока ты подкармливаешь одиночество, ты подкармливаешь и надежду.
- Она тоже любит кофе?
- С корицей или с кардамоном.
- Прямо гурман какой-то эта надежда, - он усмехнулся, - К одиночеству приходишь с годами?
- Может быть. Годы – это всегда дорога для чувств. Знаешь, человека иногда сравнивают с вином или коньяком, говоря, что чем больше выдержка, тем крепче, интереснее человек. Я считаю это не совсем верным суждением, ведь получается, что человека делает время.
- Но разве это не так?
- Сплошной фатализм. Никто не интересен времени, оно существует само по себе. Поэтому человека делает сам человек и его надо сравнивать с кофе, чей вкус зависит от сушки, обжарки, помола. Чем больше труда приложено к маленькому зернышку, тем неповторимее аромат напитка.
- Но ведь мудрость – это опыт, накопленный за годы.
- Уговорил. Пусть человек – это кофе с коньяком.
- Неповторимый аромат и купаж выдержанный годами?
- Да. Моя надежда ждет именно такого человека.
- Ты заказала себе двойной кофе.
- Он очень крепкий и горячий.
- Но ты не пьёшь его. Только прикасаешься губами.
- Я ведь одинокая женщина.
- Не понимаю тебя.
- Одиноких трудно понять. Никто по утрам не целует меня так крепко и горячо, как мой кофе.