Телефон зазвонил, когда я мыла посуду после завтрака. Вытерла руки и взяла трубку. Незнакомый номер.
— Алло, слушаю.
— Здравствуйте, это Регина Павловна Семенова? — мужской голос, официальный.
— Да, это я.
— Служба судебных приставов, старший судебный пристав Максимов. Звоню сообщить вам о том, что вы должны освободить квартиру по адресу улица Садовая, дом семнадцать, квартира сорок два в течение десяти дней по решению суда.
Я замерла с телефоном в руке. Что он сказал? Освободить квартиру? Какое решение суда?
— Извините, я не понимаю. О чем вы говорите?
— Вынесено решение суда о выселении. Собственник квартиры подал иск о принудительном выселении. Суд принял решение в его пользу. Вам дается десять дней на добровольное освобождение жилплощади. После этого выселение произойдет принудительно.
У меня закружилась голова. Я опустилась на стул.
— Подождите. Какой собственник? Я живу в этой квартире двадцать лет! Моя бабушка мне ее оставила! Я собственник!
— Согласно документам, собственником квартиры является гражданин Семенов Павел Михайлович. Он подал иск о вашем выселении. Суд удовлетворил иск.
Павел Михайлович. Мой отец. Но он умер восемь лет назад. Как он может быть собственником?
— Это какая-то ошибка. Павел Михайлович умер. Давно.
— Возможно, речь идет о его наследниках. Уточните информацию в суде. Я лишь довожу до вашего сведения решение. Десять дней, после чего приступим к принудительному выселению. Всего доброго.
Он положил трубку. Я сидела и смотрела на телефон. Что происходит? Какое выселение? Какой иск?
Позвонила дочери Лене. Она юрист, должна разобраться.
— Мам, привет. Что случилось?
— Леночка, мне только что позвонил судебный пристав. Говорит, что меня выселяют из квартиры. Через десять дней. По решению суда.
— Что? Подожди, расскажи подробнее.
Я пересказала разговор. Лена молчала, потом выдохнула.
— Мам, а тебе повестка в суд приходила?
— Какая повестка? Ничего не приходило!
— Не может быть. Если было судебное заседание, тебе обязаны были направить повестку.
— Не было никакой повестки! Я бы заметила!
— Проверь почтовый ящик. Может, лежит там и ты не видела?
Я спустилась вниз, открыла почтовый ящик. Пусто. Ничего не было.
— Лен, ничего нет.
— Тогда это незаконно. Без уведомления суд не мог вынести решение. Мам, езжай в суд прямо сейчас. Узнай, что за дело, почему не уведомили. Я сейчас не могу, у меня судебное заседание. Вечером приеду, разберемся.
Я оделась и поехала в районный суд. В приемной объяснила ситуацию. Девушка проверила по базе.
— Да, есть такое дело. Иск о выселении подал гражданин Семенов Артем Павлович. Решение вынесено неделю назад. Вступило в законную силу.
— Артем Павлович? Кто это?
— Согласно материалам дела, ваш брат.
У меня был брат? Я ничего не знала ни о каком брате!
— У меня нет брата. Я единственный ребенок в семье!
Девушка пожала плечами.
— В деле указано, что Семенов Артем Павлович является сыном Семенова Павла Михайловича. То есть ваш брат по отцу.
Я схватилась за голову. Сын отца. Значит, отец изменял матери? У него был ребенок на стороне?
— А можно посмотреть материалы дела?
— Можете. Обратитесь в архив, напишите запрос.
Я написала запрос, мне дали бумаги. Села в коридоре и начала читать. Иск подан Семеновым Артемом Павловичем. В иске указано, что квартира по адресу Садовая, семнадцать, квартира сорок два, принадлежала его отцу Семенову Павлу Михайловичу. После смерти отца квартира должна была перейти наследникам. Но Семенова Регина Павловна незаконно проживает в квартире, препятствует вступлению в наследство. Просит выселить ответчицу и признать за ним право собственности.
Дальше шло решение суда. Суд установил, что квартира действительно принадлежала Семенову Павлу Михайловичу. После его смерти наследниками являются дочь Регина и сын Артем. Регина не предоставила документы, подтверждающие право собственности. Артем предоставил свидетельство о праве на наследство. Суд признал за Артемом право собственности на половину квартиры и обязал Регину освободить жилплощадь.
Я перечитала три раза. Не может быть. Квартира принадлежала бабушке! Она мне ее завещала! Отец тут вообще ни при чем!
Посмотрела дальше. В материалах дела было письмо. Уведомление о вызове в суд. Адрес — мой. Дата отправки — месяц назад. Внизу пометка: вручено лично в руки.
Я ничего не получала! Никто мне ничего не вручал!
Подошла к девушке в приемной.
— Извините, здесь написано, что мне вручили повестку. Но я ничего не получала.
— Тогда это вопрос к почте. Может, почтальон подписал за вас.
— Но это же незаконно!
— Пишите жалобу. Обжалуйте решение.
— Как обжаловать, если оно уже вступило в силу?
— Можно подать апелляцию. Но срок уже прошел. Остается кассация или надзорная жалоба.
Я вышла из суда в полной растерянности. Приехала домой, легла на диван. Голова раскалывалась. Кто этот Артем? Почему я про него не знала? И почему в документах написано, что квартира принадлежала отцу?
Вечером приехала Лена. Я показала ей все бумаги. Она читала и хмурилась.
— Мам, это полная чушь. Квартира принадлежала бабушке. После ее смерти перешла тебе по завещанию. Отец тут вообще не при делах.
— Но в деле написано, что отцу принадлежала!
— Значит, кто-то подделал документы. Мам, а у тебя есть свидетельство о праве собственности?
Я задумалась. Свидетельство. Оно было. Бабушка его мне отдала, когда умирала. Я помню, что хранила в папке с документами. Но где эта папка?
Начала искать. Перерыла все шкафы, полки. Нашла старые паспорта, свидетельство о рождении, свидетельство о браке. Но свидетельства на квартиру нет.
— Лен, не могу найти. Точно было, я помню!
— Когда последний раз видела?
— Давно. Года три назад может. Или четыре.
— Могли украсть?
— Кто? У меня никого чужого дома не бывает!
Лена задумалась.
— А кто из родственников приходил?
— Ну, ты. Твой брат иногда заезжает. Племянница Оля была на прошлой неделе.
— Больше никто?
Я вспомнила. Полгода назад приходила какая-то женщина. Представилась социальным работником. Сказала, что проводит опрос пенсионеров. Я пустила ее, мы разговаривали минут двадцать. Она задавала вопросы, записывала. Потом ушла. Я тогда не придала значения.
— Была одна женщина. Социальный работник, сказала.
— Мам, никакие социальные работники просто так по квартирам не ходят! Это могли быть мошенники!
— Но она так убедительно говорила! Показала удостоверение!
— Удостоверение можно подделать. Мам, скорее всего, она и украла свидетельство. Пока ты отвлеклась, залезла в документы.
Я вспомнила. Действительно, женщина просила воды. Я ушла на кухню, налила. Вернулась, она стояла у шкафа. Сказала, что рассматривает фотографии на полке. Я тогда не подумала ничего плохого.
— Господи, Лен, неужели меня обманули?
— Похоже на то. Украли свидетельство, потом этот Артем подал иск. Без твоих документов суд принял его версию.
— Но я же могу восстановить свидетельство!
— Можешь. Но это займет время. А тебе дали десять дней на выселение.
Я заплакала. Реально заревела. Столько лет прожила в этой квартире. Здесь бабушка меня растила, здесь дети мои родились. И теперь какой-то чужой человек меня выгоняет.
— Мам, не плачь. Будем бороться. Подадим жалобу, восстановим документы. Докажем, что квартира твоя.
— За десять дней не успеем!
— Тогда попросим отсрочку. Объясним ситуацию приставам.
На следующий день я поехала в службу приставов. Нашла этого Максимова. Объяснила, что произошла ошибка, что я не получала повестку, что документы украли.
— Регина Павловна, я вас понимаю. Но решение суда есть. Оно вступило в силу. Я обязан его исполнять.
— Но дайте мне хоть время разобраться! Восстановить документы!
— Я не могу отменить решение суда. Вы можете обжаловать его в вышестоящей инстанции. А пока решение действует.
— И вы меня выселите через десять дней?
— Если не освободите квартиру добровольно, да.
Я вышла от пристава в слезах. Куда мне идти? Куда деваться?
Позвонила Лене на работу.
— Лен, пристав отказал в отсрочке. Что делать?
— Мам, пиши кассационную жалобу. Сейчас я тебе образец скину. Заполнишь, подашь в суд. Параллельно иди в Росреестр, восстанавливай свидетельство.
Я поехала в Росреестр. Написала заявление о восстановлении свидетельства. Девушка приняла, сказала ждать месяц.
— Месяц? У меня нет месяца! Мне через неделю на улицу выгонят!
— Сожалею, но процедура занимает тридцать дней. Ускорить нельзя.
Я пошла домой. Села писать жалобу по образцу, который прислала Лена. Писала, переписывала. Получилось коряво, но хоть что-то. Отнесла в суд.
Прошло три дня. Из суда пришел ответ: жалоба принята к рассмотрению, срок рассмотрения — два месяца.
Два месяца! А выселяют через неделю!
Я позвонила Лене, рыдая в трубку.
— Мам, успокойся. Слушай, давай попробуем найти этого Артема. Поговорить с ним. Может, он не знает всей ситуации. Объясним, что квартира твоя, что его обманули.
— А как его найти?
— В деле должен быть адрес.
Мы нашли адрес в материалах дела. Артем Семенов проживал в соседнем районе. Я записала адрес, поехала туда.
Дом старый, пятиэтажка. Поднялась на третий этаж, позвонила в дверь. Открыл мужчина лет сорока. Высокий, худой, с темными волосами.
— Вы Артем Павлович?
— Да, это я. А вы кто?
— Я Регина Семенова. Ваша... ваша сестра, получается.
Он усмехнулся.
— Сестра. Которая двадцать лет в моей квартире живет.
— Это не ваша квартира! Она моя! Бабушка мне завещала!
— Какая бабушка? Квартира принадлежала моему отцу. После его смерти я имею право на наследство.
— Послушайте, давайте спокойно поговорим. Можно войти?
Он неохотно пропустил меня в квартиру. Мы прошли на кухню. Сели за стол.
— Артем Павлович, объясните мне, откуда вы взяли, что квартира принадлежала вашему отцу?
— У меня есть документы. Свидетельство о праве собственности на имя Семенова Павла Михайловича.
— Покажите.
Он принес папку, достал бумагу. Я взяла, посмотрела. Действительно, свидетельство на имя отца. Дата выдачи — за год до его смерти.
— Это подделка.
— Что вы говорите! Это официальный документ!
— Подделка. Квартира никогда не принадлежала моему отцу. Она была собственностью моей бабушки. После ее смерти перешла мне по завещанию.
— Докажите.
— У меня украли свидетельство. Сейчас восстанавливаю. Через месяц получу дубликат.
— Через месяц? А пока вы будете жить в моей квартире?
— Она не ваша! Это моя квартира! Я там двадцать лет живу!
Он встал.
— Регина Павловна, не важно, сколько вы там жили. Важно, кто собственник. Суд признал меня собственником. Через неделю освобождайте квартиру.
— Я не освобожу! Это мой дом!
— Тогда вас выселят приставы. Силой.
Я встала и пошла к двери. На пороге обернулась.
— Артем Павлович, скажите честно. Вы действительно считаете себя правым? Или вас кто-то подговорил?
Он помолчал, потом отвел глаза.
— Меня нашли люди. Сказали, что я имею право на наследство отца. Помогли оформить документы, подать иск. Обещали долю от продажи квартиры.
— Какие люди?
— Риелторы. Говорят, что квартира дорого стоит. Продадим, поделим деньги.
— И вам не стыдно? Выгонять на улицу родную сестру?
Он пожал плечами.
— Я вас не знаю. Отец про вас никогда не говорил. Для меня вы чужой человек.
Я вышла из квартиры. Значит, мошенники. Нашли этого Артема, подделали документы, обманули суд. А теперь собираются продать мою квартиру и деньги поделить.
Дома рассказала Лене. Она выслушала и сказала:
— Мам, это преступная схема. Надо обращаться в полицию. Писать заявление о мошенничестве.
Я поехала в полицию. Написала заявление. Описала всю ситуацию. Дежурный принял, сказал ждать.
Прошла еще неделя. Из полиции ни звука. Из суда тоже. А приставы позвонили и назначили дату выселения. Послезавтра в десять утра.
Я сидела дома и не знала, что делать. Собирать вещи? Куда ехать? К Лене? У нее двухкомнатная квартира, муж, двое детей. Куда там меня втиснуть?
Позвонила ей.
— Леночка, послезавтра меня выселяют. Можно к тебе приехать на время?
— Мам, конечно. Приезжай. Как-нибудь устроимся.
Я начала собирать вещи. Сложила одежду в чемодан, документы в сумку. Ходила по квартире и плакала. Вот здесь бабушка сидела у окна, вязала. Вот тут мы с дочкой обои клеили. Вот эта царапина на стене — внук нарисовал, когда маленький был.
В день выселения я встала рано. Оделась, взяла вещи. В половине десятого пришли приставы. С ними какие-то люди в форме.
— Регина Павловна, вы готовы покинуть квартиру добровольно?
— А если не покину?
— Тогда мы вынесем ваши вещи принудительно.
Я посмотрела на них. Большие, здоровые мужики. Я — пенсионерка, мне шестьдесят три года. Что я им сделаю?
— Хорошо. Ухожу сама.
Взяла чемодан и сумку, вышла за порог. Приставы вошли в квартиру, осмотрели комнаты. Один что-то писал в бумагах.
— Квартира освобождена. Семенова Регина Павловна выселена. Акт составлен.
Они ушли. Я осталась стоять на лестничной площадке с чемоданом. В руках дрожал телефон. Позвонила Лене.
— Лен, все. Меня выселили.
— Мам, сейчас приеду. Подожди меня там.
Она приехала через час. Забрала меня к себе. Я поселилась в гостиной на раскладном диване. Лежала и смотрела в потолок. Осознание приходило медленно. Я потеряла свой дом. Квартиру, в которой прожила полжизни.
Но через три дня позвонила Лена с работы. Голос взволнованный.
— Мам! У меня новость! Полиция возбудила уголовное дело! По факту мошенничества! Нашли этих риелторов, которые подговорили Артема! Оказалось, они уже несколько таких схем провернули! Сейчас их задержали!
— И что дальше?
— Дальше прокуратура подаст иск о признании сделки недействительной! Если докажут мошенничество, решение суда отменят! Тебе вернут квартиру!
У меня екнуло сердце.
— Правда?
— Правда! Мам, держись! Еще немного, и все наладится!
Прошло еще два месяца. Сложных, тяжелых месяцев. Жила у Лены, старалась не мешать. Помогала по хозяйству, с внуками сидела.
А потом пришло письмо из суда. Решение отменено. Признано недействительным. Квартира возвращена Семеновой Регине Павловне. Артему предписано освободить жилплощадь.
Я читала письмо и плакала. От счастья на этот раз. Вернули. Вернули мой дом.
Через неделю я вернулась в квартиру. Открыла дверь ключом, вошла. Все на месте. Мебель, вещи. Только немного пыльно. Открыла окно, впустила свежий воздух.
Села на диван и улыбнулась. Я дома. Наконец-то дома.
А мошенников осудили. Дали реальные сроки. Артему ничего не дали, он был просто пешкой в их схеме. Он пришел извиняться. Я простила. Какой с него спрос, его самого обманули.
Теперь все документы храню в сейфе. И дверь незнакомцам не открываю. Один раз обожглась, хватит. Но главное — я поняла, что нужно бороться до конца. Даже когда кажется, что все потеряно. Правда все равно победит. Просто иногда нужно время.