1999 год. Россия, стояла на пороге перемен, но эти перемены были тяжелыми и болезненными. Казалось, что вокруг царит хаос: рушились старые устои, исчезали привычные ориентиры, а на смену им приходила неопределенность и тревога. Внутри меня росло ощущение, что всё вокруг рушится, что мир, который я знал, уходит навсегда. В эти трудные времена, я искал что-то, на что можно опереться, что дало бы силу противостоять, что зажгло бы искру надежды на будущее. И именно тогда, в этом водовороте неопределенности, Господь привел меня в Храм.
Это было приглашение, скорее, любопытство. "Посмотреть, что такое служба в Храме", – думал я. Но первое же посещение перевернуло мой мир. В стенах Храма, среди мерцающих свечей и тихих молитв, я почувствовал нечто, чего так отчаянно искал. Это было ощущение покоя, умиротворения, и, главное, – я понял, что мое место здесь.
После службы я подошел к отцу М. с просьбой крестить меня. Он внимательно выслушал, задал вопросы, и, наконец, сказал: "Приходи в следующую субботу". Я ушел с сердцем, полным предвкушения.
Следующая суббота. Я пришел, уверенный, что вот он, долгожданный момент. Но отец М. снова повторил: "Приходи в следующую субботу". Внутри что-то оборвалось. "Меня не хотят крестить", – пронеслось в голове, и я почувствовал уныние.
И вот, в очередной раз, я шел в Храм без особой надежды, но с неугасающим желанием. На этот раз, оказалось, не было никаких препятствий. Интересный момент произошел, когда мне предложили выбрать имя для крещения. Я стоял, размышляя, и никак не мог определиться, но всё же выбрал имя святого. В то время я еще плохо ориентировался в Храме, не понимал, где икона святителя Николая, где преподобного Сергия Радонежского. И вот, когда после крещения по прошествии определенного времени я искал в Храме икону святого, в честь которого был крещен, я обнаружил, что когда я выбирал имя, то стоял именно перед той иконой, имя святого которого я в итоге и выбрал. Я помню, что меня это впечатлило и поразило.
Крестил меня отец М., а помогала ему добрая бабушка А. Хотя ни отца М., ни бабушки А. уже нет с нами, упокой Господи их души, их доброе отношение ко мне оставило неизгладимый след в моей душе. В раздираемом временем хаосе я обрел тот необходимый островок любви и покоя для своей души. Прихожане приняли меня с такой теплотой и любовью, что я был поражен. Какие молитвенники и верующие люди меня окружали! Эта благодатная обстановка плодотворно повлияла на мою душу.
Службы мне очень нравились, и я попросился петь на клиросе. Регентом у нас была Е. – замужняя женщина, воспитывающая двоих детей. Добрейшей души человек, я сразу проникся к ней уважением за ее трудолюбие, профессионализм и, самое главное, за ее безграничную способность любить всех вокруг. Она вложила в нас, певчих, очень многое. Я помню, как приходил к ней заниматься, учить гласы. Она терпеливо, но настойчиво учила нас церковному пению.
Ее голос был отменным. Закончив Ленинградскую консерваторию, она прекрасно владела музыкальными инструментами. Мы прозвали ее «ходячим органом» за феноменальную способность поправлять нас прямо во время пения. Стоило кому-то сбиться, как Е. тут же переключалась на нужную партию – бас или тенор – и своим примером направляла нас. Это было настоящее чудо. Но самое главное – ее умение настроить нас так, чтобы песнопение рождало в душах прихожан молитвенное состояние, ощущение близости Бога. Я был безмерно благодарен ей за этот дар.
Поначалу мы пели по книжкам на гласы, но постепенно стали появляться ноты, и мы разучивали новые песнопения.
Особо запомнилась одна праздничная служба. Е. специально разучила несколько песнопений со своими детьми. Когда они запели вместе, мы были поражены. Такая красота, стройность, такая отдача и проникновение! В Храме плакали – это было очень трогательно.
Еще один случай, который навсегда остался в моей памяти. Мы разучивали песнопение в верхнем пределе Храма, который еще строился. Вдруг к нам подходит рабочий и говорит: «Я работал наверху, под куполом, и когда вы запели, я сначала подумал, что это Ангелы поют». Вот так умела настроить нас наш регент Е.
Однако наше общение не ограничивалось стенами Храма. Мы часто собирались нашей дружной компанией у Е., пели под гитару, просто проводили время вместе. Эти встречи очень сблизили нас всех, и я отношусь к ней как к родной сестре.
Отдельная благодарность – ее маме. Я жил с больным братом, родителей у нас уже не было. Мама Е., работавшая в аптеке, в эти непростые 90-е годы, когда достать нужные лекарства было настоящей проблемой, всегда помогала нам. Добрая, радушная, она всегда принимала нас с теплотой. Наверное, это настоящее счастье, когда тебя окружают такие люди.
Было очень грустно, когда Е. приняла решение уехать. Так сложились обстоятельства. Теперь наш любимый регент служит в другом храме, в Подмосковье. Бывая по работе в командировках, всегда старался заехать к ней в гости. Каждая встреча была как встреча двух родных людей, двух родственных душ. Конечно, вначале у нее были трудности, но, как говорится, Господь своих не оставляет. Со временем все наладилось.
И теперь, когда наш любимый регент Е. приезжает к нам в город, навещает маму и сестру, которые живут здесь же, мы всегда стараемся встретиться, как только появляется такая возможность. Так уж повелось мы говорим обо всем она рассказывает о детях, рассказывает о работе о службах в Храме, я делюсь своей жизнью. Эти встречи стали для нас настоящей традицией и радостью.
Наш любимый регент Е. мы всегда ждем тебя у нас и желаем тебе добра, любви и мира!!!