Найти в Дзене
Граль.

Пьесы для летающей виолончели. Сила притяжения.

Несколько лет назад я сидел в кафе и пил кофе. Это была кенийская слабо обжаренная арабика из региона Абердаре. Ко мне подскочил знакомый ученый и бросил на мой столик две огромные тетради, исписанные от корки до корки. «Эврика ! - покричал он, копируя Архимеда, - Я спас человечество! Я открыл формулу любви!» Он сбивчиво стал объяснять мне какие расчеты ему были необходимы и от чего он брал интегралы, чтобы выйти на этот ошеломляющий результат. К нашему столику подошла очаровательная официантка и спросила какой кофе любит ученый. Он поднял глаза на девушку и замер. Они молча смотрели друг на друга минут пять, потом мой друг сказал ей, что он любит кофе, который в будущем она будет готовить ему по утрам. Она улыбнулась ему в ответ. Сейчас они воспитывают замечательного мальчика и хотят добавить в семью не менее замечательную девочку. «А что стало с его тетрадями?» - спросите вы. Они у меня пылятся в кладовке, ведь в тот вечер он напрочь забыл про них. Случается, практика разрушает даже

Несколько лет назад я сидел в кафе и пил кофе. Это была кенийская слабо обжаренная арабика из региона Абердаре. Ко мне подскочил знакомый ученый и бросил на мой столик две огромные тетради, исписанные от корки до корки. «Эврика ! - покричал он, копируя Архимеда, - Я спас человечество! Я открыл формулу любви!» Он сбивчиво стал объяснять мне какие расчеты ему были необходимы и от чего он брал интегралы, чтобы выйти на этот ошеломляющий результат. К нашему столику подошла очаровательная официантка и спросила какой кофе любит ученый. Он поднял глаза на девушку и замер. Они молча смотрели друг на друга минут пять, потом мой друг сказал ей, что он любит кофе, который в будущем она будет готовить ему по утрам. Она улыбнулась ему в ответ. Сейчас они воспитывают замечательного мальчика и хотят добавить в семью не менее замечательную девочку. «А что стало с его тетрадями?» - спросите вы. Они у меня пылятся в кладовке, ведь в тот вечер он напрочь забыл про них. Случается, практика разрушает даже самые неопровержимые теории.

- Я думаю, нам надо перестать встречаться, - сказала она

- Почему? – удивился он

- Мы абсолютно разные люди.

- Конечно: я - мужчина, ты - женщина.

- Дело не в этом.

- Но что тебе не так?

- Ты абсолютно не романтичен.

- Почему? Ты забыла наши свидания при закатах, букеты цветов, записочки, открытки…

- Это всё внешне. Ты стараешься получить моё расположение.

- Конечно, стараюсь, ведь я люблю тебя.

- А когда я растаю, ты откроешь свою сущность.

- О чём ты говоришь?

- Ну вот смотри: я люблю суши, ты шашлык, я поп-музыку, ты джаз, я разноцветные платья, ты классические костюмы.

- Но это так естественно, ведь моя мужественность дополняет твою женственность. Тем более, что ты говоришь о каких-то внешних проявлениях.

- Хорошо, поговорим о внутреннем мире: я живу поэзией, а ты физикой.

- А это-то тут при чём?

- При всём. Физика – это законы, законы, законы. Никакого полёта души, никакой романтики – и это твой мир, и он даст о себе знать.

- Какие глупости.

- Совсем нет. Я боюсь будущего с тобой.

- А если я скажу тебе, что физика романтическая наука?

- Романтичная? Ты смеёшься.

- Нисколько. Как ты относишься к Закону всемирного тяготения?

- Это скучно. И тебе лучше замолчать, а то я от скуки засну.

- А ты знаешь, что этот закон придумали двое влюблённых ещё до появления человека.

- Как это?

- Луна и Океан любили друг друга. Луна смотрела на Землю и любовалась огромными синими просторами, а Океан любил отражать её в своих водах. Это люди могут встречаться, обниматься и целовать друг друга – стихиям такого не дано. Но они должны были как-то рассказать друг другу о своих чувствах. И тогда Луна послала Океану воздушный поцелуй. Он почувствовал его и всеми силами потянулся в небо. Так случился первый отлив. Тогда Океан, чтобы дотянуться до луны подбросил в небо свою самую большую волну. Конечно же она не долетела до Луны, но распалась на миллиарды маленьких капель и стала облаком. Это было первое облако – и оно было воздушным поцелуем Океана. Это немного другой закон, но он тоже очень романтичный.

- Мне нравится.

- Ты улыбнулась.

- Конечно, теперь я знаю, что облака – это воздушные поцелуи океана луне, а приливы и отливы – это любовные флюиды луны к океану.

- Значит физика – романтичная наука?

- Физика? При чём здесь физика?

- Ну как же! Ты же говорила…

- Мне кажется, я хотела сказать, что люблю тебя.