Продолжу я свои истории о людях, которые позволяли себе "выйти из строя", дабы не творить зла, когда оно побеждало, людях, которым долг перед своей страной не просто позволял, но и требовал его творить - но они руководствовались чем-то высшим, чем долг и присяга.
Итак, видный немецкий дипломат Георг Даквиц (Georg Duckwitz) сидел один в своем офисе в Копенгагене, глядя на приказы, от которых ему было не по себе, и выполнение которых он, казалось, не мог предотвратить.
Через 72 часа немецкие "блюстители чистоты белой расы" прочистят Данию. Каждую еврейскую семью вытащат из своих домов. Загонят машины для скота и.. отправят туда, куда до этого отравлялись немецкие. польские, литовские и...
Напомню, что Георг был немецким дипломатом. Это был его приказ из Берлина. Его работа заключалась в том, чтобы молчать и делать то, что ему сказали. Он, наконец, Гитлеру присягал!
Но Георг продолжал думать о миссис К., которая продавала цветы возле здания его офиса. И о молодом отце, который каждое утро провожал своих рыженьких близнецов в датскую школу, когда г-н Даквиц спешил на работу выполнять свой долг перед великой Германией.
Они должны были отправиться на заклание. И они понятия не имели, что это произойдет.
Руки Георга дрожали, когда он закрывал секретные бумаги в ящике стола. Он вышел из офиса, и самовольно отправился в Швецию, не имея ничего, кроме плана, который мог стоить нему не карьеры даже - а жизни.
В Стокгольме он зашел прямо в миграционный отдел - и его там приняли. Швеция нейтральна, ну, пришел немецкий дипломат какими-то срочными вестями - отчего же не принять-то такого человека? Но его голос, как много лет спустя вспоминали свидетели разговора, дрожал, когда он беседовал со шведскими чиновниками.
- Евреям Дании нужна помощь. Всем. И прямо сейчас.
- О скольких людях идет речь? - спросили его.
- Около семи тысяч человек, по моим данным. Может и больше.
Воцарилось молчание... Нет, они не поддерживали Гитлера в его взглядах на национальности - но семь тысяч с лишним!. Потом они согласились. Швеция примет всех, кто сможет переплыть к ним.
Георг вернулся обратно в Данию и нарушил служебный долг во второй раз. Он взял трубку и позвонил датскому политику, которого едва знал, но почему-то считал человеком, которому может доверять.
"Через три дня люди из СС придут за евреями", - прошептал Георг в трубку -"Скажи всем, кому сможешь. "
Датчанин не задавал вопросов и повесил трубку. Он тут же "сделал звонок другу". Тот позвонил своему соседу. Сосед - своей кузине. Кузина - приятельницам, которым доверяла, и так далее...
В течение нескольких часов весть молнией мчалась по Копенгагену и не только. И еврейские семьи услышали настойчивый стук в свои двери - поздним вечером и среди ночи. И в этой странной ночи звучало примерно одно и тоже, тихо, у каждой двери каждой семьи, которая подвергалась угрозе:
- Упакуй один чемодан. Оставь все остальное. Иди в гавань. Прямо сейчас. Это сохранит вам жизнь.
Можете себе представить? Семьи, которые поколениями жили в одних и тех же квартирах или домах, вдруг хватают своих детей и бегут в ночь.
Датские рыбаки сразу стали героями. Они загружали свои маленькие лодки испуганными семьями и уходили в сторону Швеции, в черную ледяную воду.
Матери держали хныкающих младенцев у груди. Пожилые мужчины сжимали свитки Торы. Подростки навсегда мысленно прощались со своими датскими приятелями.
Но лодки продолжали идти. Ночь за ночью.
На следующее утро Георг пошел на работу, как ни в чем не бывало. Он сидел на собраниях по планированию "великой операции по очистке Дании". Кивал, когда коллеги говорили о предстоящем деле. Даже аплодировал.
Когда люди СС, согласно плану, прибыли, наконец, арестовывать еврейское население Дании, со всеми своими собаками и грузовиками для людей, они изрядно удивились.
Их встретили пустые жилища. Вещи, остановка, продукты, одежда, швейные машинки и зеркала оставались на месте - даже на кухнях у некоторых подходило тесто - только вот людей не было. Каждое жилище - загадка, как "Мария Целеста". Судно есть - команды нет.
Исчезло целое сообщество.
За несколько дней датские отважные рыбаки вывезли в безопасную Швецию 7200 человек. Целые семьи. Новорожденных детей и женщин на сносях. Стариков, которые едва могли ходить.
Все потому, что один человек не мог и не стал молчать.
Нацисты начали масштабное расследование этого великого предательства. За информацию предлагали награду.
Георг тоже изображал искреннее возмущение! Он составлял ежедневные отчеты, посещал проводимые собрания, и носил свой секрет - и его секрет носили тот датчанин, которому он доверился.
Он спас почти целый народ. И помалкивал об этом.
Уже после окончания войны, когда правда (причем со шведской стороны) вышла, наконец-то, наружу, журналисты называли Георга героем.
А он на это всегда отвечал одно и то же: «Я просто сделал то, что сделал бы любой порядочный человек - немец, датчанин или швед."
Сегодня в Дании, Швеции, в США и в Израиле, во множестве других стран живут тысячи людей, которые существуют благодаря этому выбору. Просто потому, что один человек решил, что спасение незнакомых людей значит больше, чем спасение самого себя. Значит больше, чем "скрепы и ценности", важнее всех клятв и приказов, которые нельзя нарушить.
Подумайте об этом в следующий раз, когда увидите, что происходит какое-то явное не то, и задумайтесь, имеет ли это значение для вашей совести. Один человек действительно может многое изменить.
на о(с)нове англоязычных источников
НепоДзензурное отныне тут:
Сарказм в уксусе, йад с перцем, окололитературные изыскания и прочие деликатесы, взращенные на отечественных реалиях, без кириешек и даже даром есть - чтобы никто не ушел обиженным.