Этот сборник — для любителей классического постапокалипсиса и больших, обстоятельных историй. Формально перед нами одна книга, но по сути — сразу четыре самостоятельных романа, каждый из которых легко мог бы жить своей отдельной жизнью.
Уиндем раз за разом прокручивает одну и ту же базовую мысль: а что если?..
Что если на Земле появятся растения, которые умеют ходить и убивать?
Что если после катастрофы патриархальное общество начнет панически бояться любых мутаций?
Что если инопланетяне будут использовать земных женщин как инкубаторы для существ, внешне похожих на людей?
А если океаны заселят неизвестные формы жизни?
Все это выглядит немного наивно, слегка старомодно и неожиданно отдает интонацией Агаты Кристи — но при этом затягивает. И, что особенно забавно, большинство из нас, кому сейчас около сорока, читали эти истории еще в детстве — задолго до сериалов и блокбастеров про апокалипсис.
Тест Бехдель сборник не проходит.
Моя оценка — 8 из 10.
Что там происходит
Почти во всех романах сборника — за исключением «Кукушек Мидвича», где катастрофа сначала выглядит локальной и затрагивает одну-единственную деревню, — страдает весь мир целиком. И человечество, как водится, вынуждено действовать сообща: против инопланетян, против растений-убийц, против мутаций, просто — за выживание.
Логика у героев предельно ясная и очень человеческая: мы тут, вообще-то, доминирующий вид (ну или считали себя таковым), и нечего посягать на нашу планету — будь то глубоководные существа или разумные растения. Масштаб катастроф всегда глобальный, ставки — максимальные, а ощущение конца привычного мира возникает почти сразу.
Что особенно увлекает
Все это по-настоящему интересно, даже если пубертат давно позади. Признайтесь: вы же тоже хоть раз прикидывали, в каком ближайшем супермаркете или торговом центре лучше всего запереться на случай зомби-апокалипсиса?
Героям как минимум двух романов сборника приходится искать себе убежище — некую базу подальше от общества, потому что на определенном этапе выживать в одиночку кажется проще. И кого не привлечет такая жизнь: без школы, без работы, без привычных обязательств. Представить, что убьют именно тебя, сложно, а вот перспектива брать в магазинах все, что хочется, выглядит почти заманчиво.
Эти подростковые мечты о свободе Уиндем отрабатывает по полной, уделяя куда меньше внимания рутинному и тяжелому труду выживания. Возможно, в середине XX века люди действительно были к этому чуть более готовы, чем мы сейчас.
Что раздражает
Отношение автора к женщинам временами ощутимо бесит. Хотя, если быть честной, для своей эпохи оно, вероятно, было если не нормой, то как минимум не чем-то из ряда вон. При каждом удобном случае на женщин как будто невзначай перекладывается вина за общественные беды.
Самый показательный момент — сцена в «Дне триффидов», где активист Коукер обрушивается на девушку за то, что она не смогла завести мотор. Простите, а ее кто-нибудь вообще учил заводить моторы? Чтобы было электричество? Конечно, нет. Зато наверняка учили быть скромной, мазать руки кремом, хорошо мыть посуду и не демонстрировать ум — особенно при мужчинах. Про моторы в этом списке точно не было, зуб даю.
До подобных размышлений многие не дошли даже в 2019 году, так что чего уж требовать от середины XX века — плюс-минус.
Послевкусие
Современные сериалы вроде «Ходячих мертвецов» приучили нас выжимать идею до последней капли, поэтому финалы романов Уиндема сегодня могут казаться слегка обрывающимися. Кажется, что можно было еще, и еще, и еще.
А идеи-то — конфетка: золотоглазые дети, ходячие растения, вторжение из глубин океана. Шок, масштаб, сенсация — минимум на трилогию, а при желании и на полноценную «поттериану».
Но у Уиндема все заканчивается резко: ровно в этот момент один сюжет завершен — и начинается следующий.
И именно в этом, пожалуй, есть особое очарование классической фантастики.
День триффидов,
Куколки,
Кукушки Мидвича,
Кракен пробуждается —
отличный набор для тех, кто хочет вспомнить, с чего начинался постапокалипсис, и почему он до сих пор так хорошо работает.