Эта история произошла со мной и моими друзьями четыре года назад, в крохотной деревушке, на краю Тульской области, куда я ездила погостить к одной из бабушкиных сестёр. Родители отправляли меня на свежий воздух, прекрасную природу и всё в таком духе. Разумеется, я не была единственным подростком, которого депортировали туда на всё лето; к другим старикам тоже прибыли подростки. Я была егозой, мне не сиделось на месте (всегда была за движуху), и я стала молодняк собирать по вечерам возле костра за деревней, где мы принимались в соответствующей атмосфере байки травить. Скажу сразу, что там места, чуть поодаль деревни, гиблые и болотистые, но нас это ни разу не смущало, тем более что из ватаги в шесть человек только двое (я и ещё один паренек) были впервые в тех местах. Остальным было не впервой бродить по болотам, они были обучены старшим поколением и ничего не боялись. До поры, до времени.
Итак, был очередной вечер мистических баек, и сегодня настала очередь их рассказывать Валере, как самому старшему из нас (ему 17 лет было вроде тогда). За словом Валера в карман не лез, бойко рассказывал то, что слышал от стариков про здешние места. Нас его истории завораживали, дальше будет история с его слов:
— Моя бабуля один случай рассказывала, который с ней произошёл. Она говорила, что на этих болотах люди погибали еще со средневековья, а то и раньше. Причину сейчас поймёте, но сначала про то, что прямо с ней произошло.
Бабушкин муж тогда на фронте был, а она детей воспитывала: мою маму и ещё двоих сорванцов. Стоял жаркий июнь, пекло беспощадно. И вот однажды вечером накопилось в небе много грозовых облаков, начался гром и молнии, хлынул ливень как из ведра. Самый младший ребёнок испугался и начал плакать, пришлось увести его в дальнюю комнату, к старшему. Там потише. А тем временем бабушка услышала как скрипнула дверь и подумала: «Никак пришёл кто-то по такой собачьей погоде». Вышла к сеням, глянула. Никого нет, но по полу тянутся мокрые следы от дверей и дальше ведут к детям в комнату.
Она сильно испугалась. Забежала к младшему в комнату, а там нет его, только старший. Исчез малыш. Мокрые следы заканчиваются посреди комнаты. Она в панике спрашивает у Андрюшки (старшенького сына):
- Андрюшенька кто тут был сейчас?
- Дедушка приходил.
- Какой дедушка? Ты что?
- Ну с длинными белыми волосами и одет странно.
- Таак. А что на нём было надето?
- Серые длинные штаны, рубашка тоже серая, дырявая, а на ногах соломенная обувка. На голове шляпа чудная, такая что глаз не видно.
Заледенело сердце у женщины, побежала к соседям. Созвали людей, до сумерек под дождём искали мальца. Вернулись в деревню ни с чем. Тогда бабушка стала молиться перед иконами, защиты просить у высших сил. До глубокой ночи этим занималась, потом почувствовала что сил у нее не осталось, решила попробовать уснуть. А поутру с новой энергией на поиски отправиться вместе с соседями.
Пошла она спать, а ночью ей снится сон, но такой как будто всё по-настоящему: стоит посреди комнаты седовласый старик, глазами синими-синими зыркает на неё и говорит ей, странно слова протягивая: «Своего мужа завтра увидишь, он к плетню подойдёт, тебя позовёт, но ты к нему не иди. Настоящий твой муж далеко и нескоро вернётся. Не забудь, смотри!»
Бабушка проснулась в полнейшем ужасе, глядит, ночь на дворе, далеко до рассвета ещё. Встала она компота попить, но посреди комнаты в лужу холодной воды наступила. В панике метнулась к детям, проверила что на месте они, а дверь заперта. Вернулась в кровать и не могла уснуть до рассвета.
Всё утро она из головы слова старика не могла выбросить. Покормила детей собралась на утренний деревенский сход, чтобы с местными продолжить поиски ребенка. Только закрыла за собой входную дверь, глядь, а у плетня её муж, Тихон, стоит. Довольный такой, румяный, весёлый, в гимнастёрке, с блестящими медалями. Обомлела она, в радость поверить никак не может.
А тот ей: «Танюш, ну что ты не встречаешь бойца, скорее в дом веди, не рада видеть что ли?»
Кинулась было хозяйка встречать дорогого гостя, но вдруг упал её взгляд на кадку с водой у плетня. Там только со вчера свежая вода была налита, а сейчас она зелёная стала и пузырится мерзко, хлюпает.
— Мой муж далеко, только недавно от него письмо получала, — пробормотала бабушка и попятилась от забора к крыльцу.
Гость в лице сразу поменялся: пропала добродушная физиономия, появился худой злобный лик в обрамлении седых волос, блеснули красным круглые глаза с черными горизонтальными козьими зрачками. Храбрость у обомлевшей женщины мигом закончилась и поспешила она в избу скорее, под образа и детей к себе подгребла, вцепилась в них, готовая насмерть драться с любым врагом.
Однако на этом всё не закончилось, скрипнула входная дверь и затопали по деревянному полу легкие шаги. Смотрит хозяйка и не верит – стоит её младшенький посреди комнаты и тараторит странные вещи.
Сказал он, что на болотах был. Один дед, красноглазый, его туда отнёс, тот дед злой, всё грозился его болотным слугой навечно сделать. Но потом к нему явился второй, точь-в-точь как первый, но глаза синего цвета. Не разрешил он красноглазому ничего плохого с мальчиком делать. До драки у них дошло. Бой такой был, что болото бултыхалось, а сухие участки почвы ходуном ходили. Злой старик проиграл, но удирая успел крикнуть, что раз мальчишка ему не достался, то он всю семью заберёт. На что дед с синими глазами хмыкнул и сказал: «На то тебе разрешение надо, чтобы во двор пустили. Второй раз не войдёшь туда просто так».
Что было дальше, младшенький не помнил, говорит – на кочке уснул, а проснулся, когда синеглазый дедушка опустил его на крыльцо родного дома и исчез, перед тем сказав, что ему торопиться надо домой и брата наказать.
Не стала тогда женщина разбираться, что за деды такие были и что за родственные разборки у них. Рада была, что сына вернули. А через полгода и её муж домой вернулся после ранения. Хромой, но живой. Она ему про этот случай, конечно, рассказала, не утерпела. Так эта история в нашем роду и прижилась.
Валера закончил свой рассказ, а мы сидели завороженно, и надеялись услышать продолжение истории, хотя по смыслу это был её финал.
Раздался всплеск, а напомню, что болото начиналось рядом с тем местом, где мы костёр жгли. Валера перевёл туда взгляд и побелел как смерть, мы тоже посмотрели куда он глядит. Там, в метрах десяти от нас, мы увидели согбенный силуэт старичка. Красноглазого или другого я не знаю, но проверять мы не собирались, а бежали, бежали оттуда, забыв про всё на свете. Больше мы не собирались на баечные костры за пределами деревни, но историю, рассказанную Валеркой запомнили навсегда.