Олег Богатов
Трехкратный олимпийский чемпион и сенатор Александр Карелин в интервью РИА Новости раскрыл свою главную фобию, вспомнил, как молодой политик хотел потеснить его во власти, и объяснил, как надо гордиться тем, что ты русский.
А где же трофейный "Харлей"?
— Александр Александрович, не так давно многие обсуждали поступок трехкратного олимпийского чемпиона Сан Саныча Большунова, грубо толкнувшего коллегу после неудачного для себя финиша. Как вы к нему относитесь?
— Категоричность правил ничтожна, если их не соблюдать. И не важно, чем это обосновано - выплеском эмоций или чем-то другим. Для меня печально то, что прославленный лыжник сегодня попадает именно в эти разделы обсуждения.
Это так же, например, как никто не помнит, за что французский футболист Зинедин Зидан боднул головой итальянца Марко Матерацци (в финале чемпионата мира 2006 года). Но все помнят, что это сделал Зидан. Поэтому чем ты более заметен, тем более сдержан должен быть.
— У вас были такие ситуации, когда эмоции могли выйти из-под контроля?
— У меня - нет, я же сибиряк.
— Даже после поражения в финале сиднейской Олимпиады?
— Ты после поражения вообще не имеешь права ни на что.
— Абсолютно?
— Вообще ни на что. Даже бухтеть не имеешь права, потому что ты представитель сильнейшей команды мира. А в моем случае ты еще и капитан этой сборной. Если я буду трепетать, пытаться оправдываться или вызывать слезливое сочувствие, то что же тогда делать остальным парням?
— Вы к этой схватке не возвращались?
— Да я вообще ни одной своей схватки не пересматривал. И ни одного поединка своего будущего соперника. Моя задача была, как и сейчас - быть подготовленным и оправдывать ожидания. Все.
— Вы долго отходили от этого поражения?
— Я до сих пор от него не отошел. Я же не к поражению готовился в своей последней схватке. Готовился представить нашу команду и нашу страну. А не вышло.
— В 1995 году вы выступали на турнире на призы Александра Карелина…
— Да, поддался на уговоры. Потому что, когда мы затевали эту сложно-именную конструкцию, у меня были два условия. Первое: мы его проводим в азиатской части России, и не претендуем на проведение соревнования в том городе, где уже есть победители Олимпиад. А второе: это будет юношеский турнир для ребят, которые завтра будут отбираться в сборную.
Я тогда только приехал с чемпионата мира и оказался на своем именном турнире в Новосибирске, в виде исключения выйдя на ковер как участник. Боролся, конечно, со взрослыми ребятами.
— За победу вам вручили легендарный мотоцикл "Харлей Дэвидсон".
— Да, новосибирские воротилы бизнеса, допускающие такие щедрости, это сделали. Тогда ведь в качестве призов были машины и в остальных весовых категориях. А Вальдемар Басалаев, как человек импульсивный, выставил в тяжелом весе спецприз - "Харлей Дэвидсон".
— Какова его судьба?
— А что ему будет? Я на нем до сих пор езжу и пробег смехотворно мал. По городу, в хорошую сухую погоду езжу, я же не байкер. И не заколдованный мотопутешественник.
— А на каких машинах предпочитаете передвигаться?
— Мне нравятся "Тойоты" и "Мерседесы". Но сейчас все изменилось. Видимо, это связано с наступлением опыта, я уже не гонюсь за новой моделью и не исследую их характеристики. Люблю комфорт и габариты, в моем случае это, как минимум, "Тойота Лэндкрузер".
— В аварии не попадали?
— Да все было. Я же заканчивал Новосибирский автомобильный техникум, и стал автослесарем третьего, если не ошибаюсь, разряда. А также водителем грузовика и техником-механиком.
— Какой у вас рекордный перегон?
— Как-то мы с (олимпийским чемпионом 1972 года, ставшим затем главным тренером сборной СССР по классической борьбе) Шамилем Шамшатдиновичем Хисамутдиновым дважды ездили на машине из Гетеборга в Новосибирск. Я очень рад, что у меня есть такой автоинструктор. Он мне тогда объяснял, как правильно вести машину. Границу преодолели на пароме. Ехали не торопясь, в два водителя, и ночевали только один раз. Дороги были хорошие.
Новосибирск на самом деле, оказывается, не так далеко от Гетеборга. Это было неимоверно интересно. Я ведь династийный водитель, мой папа был шофером, ему недавно исполнилось 89 лет, доброго ему здоровья. Но именно Шамиль Шамшатдинович научил меня таким протяженным пробегам.
А проехать "тысчонку" самому за рулем и без особой концентрации у меня не раз получалось.
"Как и все, я тоже боюсь..."
— Следите ли за рекордами и карьерой Александра Овечкина?
— Конечно. Саша молодец и дарит нам замечательную возможность гордиться его достижениями. Он четкое подтверждение того, что, в отличие от расхожего выражения, на детях талантов природа не отдыхает. При его возрасте (40 лет) у него шикарная концентрация. И это говорит о том, что дважды победившая на Олимпийских играх мама (баскетболистка Татьяна Овечкина) вложила в него и дисциплину, и упорство, и генетику.
Как бы ни назывался клуб, за который он выступает (Овечкин - капитан команды "Вашингтон Кэпиталз"), все равно русское определение "Александр Овечкин" звучит мощно, опережая все остальные ассоциации и наречия. Я горжусь тем, что русский перевод канадского хоккея в словосочетании Александр Овечкин дает еще и целую череду замечательных рекордов.
Надеюсь, у него хватит сил и желания для того, чтобы подарить нам еще несколько поводов похвастаться тем, что мы с ним русские люди.
— Кем вы его видите после завершения карьеры? Может быть, министром спорта?
— Это будет его решение. Для меня, вы знаете, это не самая прямая последовательность.
— У любого человека есть свои страхи и фобии. А есть что-то подобное у Александра Карелина?
— Как и у всех. Я боюсь высоты. Но, учитывая количество перелетов, приходится делать вид, что мне совершенно не тревожно в этой ситуации.
— Это касается именно перелетов или нахождения на какой-то большой высоте в обычных условиях?
— Вы опять сейчас про должности (смеясь)?
— Нет-нет, я, например, очень некомфортно себя чувствую, находясь на балконе восьмого этажа.
— Восьмой этаж для меня - это очень высоко. И мне на нем до сих пор не по себе. Восьмой - точно не мой этаж. Все вот эти кинематографические истории, сесть на бордюр и помахать ногами, это точно не про меня. Потому что мне уже от одной мысли об этом становится немного дурно.
— Вам очень многие завидуют, ведь вы состоялись и как великий спортсмен, и как видный государственный деятель.
— Послушайте, с ростом 195 сантиметров трудно быть незаметным. Особенности моей жизни на виду. Я всегда говорю: "Сам это попробуй". Как когда-то мне кто-то из спортсменов сказал: "Подвинься, зачем тебе столько медалей, давай я поеду на престижный турнир". Я ответил: "Выигрывай и поедешь".
Или как спустя много лет перед предварительным голосованием в нашей партии подходит ко мне молодой парень и говорит: "Александр Александрович, ну сколько уже можно, подвиньтесь?".
Я ему говорю: "Вставай напротив, набирай воздуха в легкие, выбирай аргументы, воплощай все в звуки. Находи последователей. Не посредников и политтехнологов, а последователей. И когда ты сможешь тем, кто готов за тобой пойти, объяснить, почему ты это делаешь и почему ты в этом убежден, только тогда у тебя будут все шансы". А до этого я буду участвовать.
— А вы кому-то завидовали в жизни?
— А смысл? Надо на себе сосредоточиться. Именно поэтому я никогда не смотрел записи поединков даже самых сильных соперников. Надо думать о том, что ты готов сделать, как ты понимаешь воплощение твоих или тренерских вожделений.
Надо понимать, что родители твои, рассчитывая на тебя, дают тебе замечательную возможность не только жить, но и оправдывать эти ожидания. И какой смысл завидовать, ты лучше с себя начни. Потому что ты рожден мужчиной.
— Были у вас ситуации в жизни, когда кто-то из ваших друзей повел себя некрасиво, и вам было неуютно?
— Здесь есть простые рецепты. Просто не участвуй, если этого не принимаешь. Говори об этом и не бойся произвести впечатление, что если ты признал свою ошибку, то от этого ты будешь более слабым. Знаете, какое определение свободы я прочитал у педагога Константина Дмитриевича Ушинского?
— Нет.
— Свобода — это самостоятельность. И, отвечая на ваш вопрос, мне все представляется легко. Не делай этого сам, если понимаешь, что становишься частью сделанного. И если видишь, что что-то неправильно, не надо делать вид, что окружающие это и без тебя поймут. Покажи, что ты с этим не согласен. Не надо спорить, не надо пытаться кого-то перевоспитывать, надо просто об этом сказать, не стесняясь.
Тявкают на государство? Я не согласен, у меня другая позиция. Тявкают на твоего тренера? Я не согласен. Не надо лезть в драку, те, кто не готов так коротко все сформулировать, встанут и поднимутся на твою сторону. Из перспективы оказаться в сборище сплетников ты окажешься в ряду стоящих на ногах людей, которые отказались от того, чтобы побрызгать желчью и слюной.
— В чем отличие Александра Карелина образца 2000 года от вас сейчас?
— Я тогда так много не разговаривал.
— А в чем вы стали сильнее во внутреннем плане?
— Мне сейчас 58 лет. Ну и что, что тогда мне было 33 года, а сейчас 58? Ты обязан быть сильным, потому что ты русский подданный. Больное самолюбие с возрастом не изнашивается.
Еще больше новостей в канале РИА Новости Спорт в МАКС >>