Трещина — это не разрушение.
Это момент видимости.
Пока опоры работают безупречно,
их почти не замечают.
Язык кажется естественным,
смысл — само собой разумеющимся,
связь — надёжной.
Трещина нарушает эту иллюзию.
Через неё становится видно,
что язык — это конструкция,
а не отражение реальности.
Что слова держат мир
ровно до тех пор,
пока совпадают с происходящим.
Становится заметно,
что смысл не дан раз и навсегда.
Он собирается —
из опыта, времени, доверия.
И может рассыпаться,
если перестаёт отвечать реальности.
Через трещину обнаруживается и связь.
Не внешняя — социальная,
а внутренняя:
между человеком и тем,
в чём он участвует.
Когда связь исчезает,
участие превращается в функцию.
Трещина не создаёт пустоту.
Она обнажает то,
на чём всё держалось.
Поэтому трещина —
не конец опор,
а момент истины о них.