Боги и герои Боспора

Боги и герои Боспора. Пан. Посвятительная надпись из Керчи

В 2022 году при строительных работах в микрорайоне Мичурино города Керчи обнаружили небольшую мраморную плиту с надписью. Сейчас она хранится в фондах Керченского музея.

Надпись посвящена Пану — богу лесов, лугов, садов и дикой природы, покровителю пастухов и охотников. Древние греки почитали не только олимпийских богов, но и силы природы.

Пан был сыном Гермеса и нимфы Дриопы. Он родился с козлиными ногами, бородой и рогами. С первых мгновений жизни Пан начал прыгать и смеяться. Это испугало его мать, которая отказалась от сына. Но Гермес завернул младенца в заячьи шкуры и отнёс его на Олимп. Там Пан развеселил богов, особенно Диониса. За его способность приносить радость они назвали его Паном, что означает «весь».

Согласно мифам, Пан наводит внезапный и безотчётный ужас на людей, особенно на путников в глухих и уединённых местах. Это явление стало причиной выражения «панический страх».

О Пане можно написать много, но лучше Гомера всё равно не получится. В заключение поста — «Гимн к Пану». Прочтите, как красиво звучит!

Родиной Пана считают Мантинею в Аркадии — горной области на юге Греции. Там находился центр его культа, который распространился по всей Греции и её колониям, включая Боспор.

Жители Мантинеи посвятили что-то (вероятно, статую Пана) Пантикапею. Вот текст надписи:

«Праксилай, сыновья Клеодора, мантинейцы, посвятили Пану при Перисаде, архонте Боспора и Феодосии, царе синдов, меотов и фатеев».

Перисад I правил Боспором с 344 по 310 год до н. э.

Гомеровский гимн «К Пану»

Спой мне, о Муза, про Пана, Гермесова милого сына.

С нимфами светлыми он — козлоногий, двурогий, шумливый

Бродит по горным дубравам, под темною сенью деревьев.

Нимфы с верхушек скалистых обрывов его призывают,

Пана они призывают с курчавою, грязною шерстью,

Бога веселого пастбищ. В удел отданы ему скалы,

Снежные горные главы, тропинки кремнистых утесов.

Бродит и здесь он и там, продираясь сквозь частый кустарник;

То приютится над краем журчащего нежно потока,

То со скалы на скалу понесется, все выше и выше,

Вплоть до макушки, откуда далеко все пастбища видны.

Часто мелькает он там, на сверкающих, белых равнинах,

Часто, охотясь, по склонам проносится, с дикого зверя

Острых очей не спуская. Как только же вечер наступит,

Кончив охоту, берет он свирель, одиноко садится

И начинает так сладко играть, что тягаться и птичка

С ним не могла бы, когда она в чаще, призывно тоскуя,

В пору обильной цветами весны заливается песней.

Звонкоголосые к богу сбираются горные нимфы,

Пляшут вблизи родника темноводного быструю пляску,

И далеко по вершинам разносится горное эхо.

Сам же он то в хороводе ступает, а то в середину

Выскочит, топает часто ногами, на звонкие песни

Радуясь духом. И рысья за ним развевается шкура.

Так они пляшут на мягком лугу, где с травой вперемежку

Крокусы и гиацинты душистые густо пестреют.

Песни поют про великий Олимп, про блаженных бессмертных,

И про Гермеса, — как всех, благодетельный, он превосходит,

Как для богов олимпийских посланником служит проворным

И как в Аркадию он, родниками обильную, прибыл,

В место, где высится роща его на Киллене священной.

Бог — у смертного мужа там пас он овец густорунных.

Там, для себя незаметно, зажегся он нежною страстью

К дочери Дриопа, нимфе прекрасноволосой и стройной.

Скорый устроился брак. Родила ему нимфа в чертогах

Многолюбивого сына, поистине чудище с виду!

Был он с рогами, с ногами козлиными, шумный, смешливый.

Ахнула мать и вскочила и, бросив дитя, убежала:

В ужас пришла от его бородатого, страшного лика.

На руки быстро Гермес благодетельный принял ребенка.

Очень душой веселился он, глядя на милого сына.

С ним устремился родитель в жилище блаженных бессмертных,

Сына укутавши шкурой пушистою горного зайца.

Сел перед Зевсом властителем он меж другими богами

И показал им дитя. Покатилися со смеху боги.

Больше же прочих бессмертных Вакхей-Дионис был утешен.

Всех порадовал мальчик, — и назвали мальчика Паном.