2026 год начался с новости, которая ещё недавно казалась сценарием для политического триллера: вооружённые силы США нанесли удар по Венесуэле и объявили о захвате президента Николаса Мадуро и его супруги. Венесуэла обвинила США в агрессии и нарушении Устава ООН, утверждая, что были атакованы военные и гражданские объекты. Мир замер в ожидании — ведь правила международной политики, казалось бы, были нарушены самым грубым образом.
Администрация Трампа на протяжении многих лет заявляла, что Мадуро — преступник, и стремилась привлечь его к ответственности в рамках американской правовой системы.
В 2020 году, во время первого срока Трампа, Мадуро был обвинен в Южном округе Нью-Йорка в «наркотерроризме», сговоре с целью ввоза кокаина и связанных с этим преступлениях.
Администрация Трампа в 2020 г. предложила награду в 15 миллионов долларов за арест Мадуро. Эта награда была увеличена до 25 миллионов долларов при Байдене. И снова увеличена до 50 миллионов долларов в августе 2025 года Трампом, когда он объявил «Картель де лос Солес» иностранной террористической организацией. Администрация утверждает, что Мадуро является лидером этой группы.
История знает немало примеров, когда лидеры государств становились жертвами захвата или похищения по инициативе других стран. В 1960 году премьер-министр Республики Конго Патрис Лумумба был свергнут и впоследствии убит при участии иностранных спецслужб. В 1989 году Соединённые Штаты провели операцию «Праведное дело» в Панаме, результатом которой стал захват и последующая экстрадиция президента Мануэля Норьеги в США. Также можно вспомнить похищение Адольфа Эйхмана из Аргентины израильскими спецслужбами в 1960 году — правда, речь шла не о действующем главе государства, а о военном преступнике, однако сам факт экстерриториального захвата вызвал международный резонанс.
Напрашивается вопрос: что было бы, если бы главы государств других стран оказались захвачены? Индия задержала лидера Пакистана, а Китай — руководителя Тайваня. Согласно международному праву, глава государства пользуется иммунитетом от иностранных судов. Устав ООН прямо запрещает применять силу против территориальной целостности и независимости других государств, кроме случаев самообороны или решения Совбеза.
Военная операция по задержанию главы государства на его территории без согласия страны и без разрешения Совета Безопасности — это явное нарушение международного права и акт агрессии. Такой поступок считается экстерриториальным похищением, когда военные или спецслужбы одного государства незаконно вывозят человека с территории другого.
Рассмотрим гипотетический пример: Индия совершает операцию по захвату главы Пакистана. Это вооружённое нападение, грубое нарушение Устава ООН и права Пакистана на самостоятельность, а также посягательство на статус и иммунитет национального лидера, которое невозможно оправдать внешними интересами Индии.
Сценарий между Китаем и Тайванем осложняется статусом острова. Пекин считает Тайвань частью Китая, но многие другие государства признают Тайвань как независимое государство. Если Китай захватит лидера Тайваня, большинство стран воспримут это как проявление агрессии и применение силы, противоречащее нормам ООН. Возможные последствия включают военную напряжённость с союзниками Тайваня, строгие экономические и технологические санкции.
Общая идея заключается в следующем: силовое задержание лидера другой страны — это не только грубое нарушение дипломатического протокола, но и серьёзное международное преступление. Такие действия приводят к санкциям, экономическим и политическим трудностям. Как говорит русская поговорка: «Не посягай на чужое».
Какие последствия ожидают США, станет ясно в ближайшее время.
Но ясно одно, США показали как можно одним ударом спецслужб и Вооружённых сил принудить страну к выполнению своей воли.