Недавно прочел рассказик Дениса Драгунского про старика в потертом костюме. Дело было за рубежом и автор в баре какого-то делового центра, поджидая приятеля, увидел старика в потертом костюме, который допив свой кофе с сожалением рассматривал дно пустой чашки, а потом, завернув в салфетку недоеденный бублик, положил его в карман. Конечно, вид старика никак не свидетельствовал о его благополучии и сердобольный писатель решился предложить ему материальную помощь. Тот не отказался и пятерка баксов из рук дающего перекочевала в тот же карман, что и остатки бублика. Старик удалился, а подошедший приятель сообщил, что по наивности, был "облагодетельствован" хозяин этого делового центра.
Конечно, природа не зря устроила так, что самые беззащитные представители населения (дети и старики) вызывают умиление или жалость, но никак не агрессию, а уж как одеться и вести себя (чтобы подчеркнуть свой возраст или скрыть его) это личное дело каждого. И, конечно, миллиардеры, демонстрирующие свою скромность как, например, создатель IKEA Ингвар Кампрад, скорее исключение из правил. Понятное дело, жалость к таким людям - тоже нормальное дело.
На углу улицы Ленина и Чкаловского проспекта была замечательная пирожковая. Может она и не была особо замечательной - обычный ассортимент пирожков да кофе из бачка, но нам с братом она казалась такой, потому, что она была НАША. Мы начали посещать ее еще в школе, в которой вместе учились, а потом когда жизнь нас слегка растащила (поступили в разные ВУЗы, а потом работали в разных местах), когда надо было встретиться, просто говорили - в пирожковой, и было понятно, где это. И вот однажды, когда собрались там обсудить что-то "животрепещущее", увидели одинокого старика, одетого в старомодное пальто, не смотря на летнюю пору, который сидел за столиком, где лежала отнюдь не новая шляпа и стояла бутылка шампанского. В руках старика был недопитый бокал из которого он явно с трудом цедил напиток. Проходившая мимо полузнакомая уборщица, на наш негромкий вопрос словоохотливо ответила, так же вполголоса и сделав вид, что вытирает наш и без того чистый столик:
Их была целая компания - учились недалеко
(как раз, видимо, в нашей с братом школе).
Так они день окончания всегда у нас отмечали, каждый год. А теперь он один остался уже второй год так один и приходит, но бутылочку шампусика все-таки усиживает.
Сказать, что мы тут же пожалели старичка и его ушедшую компанию было бы неправдой, но вот эта история все-таки отпечаталась у меня в мозгу. А контрастность картинке придал еще один случай.
Раньше я ходил на вечера встречи в ту самую нашу школу. И вот несколько лет назад, будучи уже во вполне солидном возрасте, на торжественной части такого вечера я сидел рядом с приятелем, но не из своего класса, а из того, где учился брат. Мы, прямо, как в детские, годы перекидывались с ним репликами, соревнуясь в школьном "остроумии" и даже совсем, как дети, толкались локтями в особо удачных местах. А потом, уже в конце собрания он вдруг очень грустно попросил:
Я устраиваю вечер у себя на квартире для своих, приходи и ты.
Не могу, я уже обещал одноклассникам - мы идем в ресторанчик.
Мне даже показалось, что у него повлажнели глаза:
Жаль, но я понимаю,-
ответил. В ресторанчике со своими все было, как всегда,- посидели, повспоминали и разошлись, так что я попал домой во вполне детское время - мама бы не ворчала. А через пару месяцев брат сообщил, что тот приятель умер - у него была онкология в последней стадии и на этом вечере он, фактически, прощался с друзьями.
С тех пор я ни на какие вечера встречи не хожу и со старыми друзьями предпочитаю общаться по телефону. В этот Новый год все кому положено, слава богу, позвонили.