Мужу «брякнуло» пятьдесят, и он решил, что возраст солидный: «Распечатал шестой десяток. Осторожнее надо жить, без увлечений. И еду выбирать. Так Василий Иванович сказал, а он все знает».
За столом грустно, потому что на именинника нашло: «Будто недавно тридцать было, да и сорок недавно. А уже пятьдесят».
Мать проворчала, что хватит прибедняться: «Мне больше, но я молчу. Нельзя в присутствии тех, кто тебя старше, на свои годы жаловаться».
Да, пятьдесят – это возраст. И мужчина продолжил размышлять: «Недавно лифт не работал. На своих двоих на девятый кое-как поднялся. Еще лет пять назад на двадцатый взлетал. И хоть бы что».
Друзей-ровесников не было, потому что завтра рабочий день. Мать повздыхала и стала собираться. Следом – тетя Рая. Поздравили еще раз с днем рождения и ушли.
Муж встал, потянулся и сказал, что пора полежать. Хотел про возраст напомнить, но промолчал.
Некоторые относятся к своим летам как к ордену. Постоянно об этом говорят и требуют уважения.
Дочь что-нибудь скажет, отец тут как тут: «Ты еще молодая, ножки юные, а мне шестой десяток. Не забывай».
Жена потушила свинину, а муж проворчит: «От свинины пора бы отказаться. Мне пятьдесят. Другое есть надо».
Самолюбие буквально кричит: мне уже столько! Уважайте меня, считайтесь со мной. Спина иногда ноет, забывать стал самые обыкновенные слова.
У некоторых мужчин такое случается. Не у всех, но бывает, иногда. Это как психологическая игра.
Жена убрала со стола. В квартире грустно, муж лежит на диване, вздыхает. Дочь из своей комнаты: «Пройдемся? Спать рано, а я все дела переделала, нечем заняться. К Лариске не пойду, у нее голова болит. Наташка со своим парнем гуляет».
Мать строго сказала: «Хорошо, погуляем. Поставь сюда столик. Я тонометр положу. Надо бы за памперсами сходить для папы. В шкатулке какие-то таблетки лежали. Сейчас найду. Да, не забыть бы стакан воды. Папа старенький, целых пятьдесят лет. Столько не живут, понимать надо».
Принесла тонометр, поставила воду: «Телефон далеко не убирай. Если что – звони».
И стали собираться. Мужа как сдуло: «За кого меня принимаете? Какой памперс? Что мелешь»?
Надел легкую куртку. Жена заботливо: «Не продует? Ветрено на улице. А тебе все-таки шестой десяток».
Рассердился: «Хватит уже. И пошутить нельзя». А это и не было шуткой. Жена заставила встряхнуться.
Спустились вниз, и она горько сказала: «А что будет в шестьдесят? Старая ты моя развалина».
Он плечи расправил: «Это я так. Все нормально».
Дочь улыбнулась, ее улыбку отец не заметил. Хорошо погуляли.
Подписывайтесь на канал «Георгий Жаркой».