Август 2014-го. Я наконец-то уезжаю из Донецка, куда глаза глядят. Точнее, на побережье Азовского моря в посёлок Мелекино/Мулякино.
Начало здесь:
Итак, освободился мой номер. Заселяюсь.
Крошечная комнатка, единственное крошечное окошко, кровать с панцирной сеткой, один стул. Дверь с пёстрой занавеской, оцинкованный тазик для мытья ног.
У двери грохочет старый маленький холодильник Донбасс местами ржавый
Это всё, что в моём распоряжении. Необходимая посуда на летней кухне. Её нужно вовремя ухватить, так как в частном пансионате все номера заняты.
Нет, не отдыхающими.
Точнее, не все здесь просто отдыхающие.
Инесса Эдуардовна поясняет:
Я обычно сдаю номера дороже, но в этом сезоне цену снизила, когда в Мелекино появились беженцы. Испуганные. С детьми
У меня только они и селятся постоянно. Живут столько, сколько могут себе позволить. Когда деньги заканчиваются, съезжают. Кто куда. Некоторые сразу едут в Россию. Некоторые переселяются в пункт временного проживания. Его у нас в Мелекино организовали в старом советском пансионате, который давно не работал. Там есть питание. И вещи волонтёры привозят. Кое-что мои бывшие постояльцы приносят сюда для нынешних.
Пытаясь собраться с мыслями и в себя прийти, я сначала по совету Инессы Эдуардовны отправляюсь в местный недорогой продуктовый магазин. Покупаю воду для готовки и немного продуктов на первое время.
Возвращаюсь
Уже пришли с пляжа мои соседи, живущие за стенкой.
Наташа с сыном Костей и любимым мужчиной Виктором из Луганска:
Мы здесь второй месяц уже. Первые две недели я плакала сутки напролёт. А потом поняла, что слезами горю не поможешь. Теперь хожу на пляж, загораю, купаюсь. Каждый день созваниваюсь с теми, кто в городе остался.
Там со связью плохо. Если удаётся дозвониться, мне кричат, что живы-здоровы и просят счёт пополнить. А потом ещё обязательно говорят, чтобы не возвращались пока. Каждый день одно и то же.
В Луганске у меня свой магазинчик на рынке. Там все документы на торговлю и остались. Не знаю, смогу ли их найти, когда вернусь.
И где мой отец, не знаю.
Два месяца назад он на дачу уехал. Без продуктов и без денег. Когда всё это началось, вернуться уже не мог.
У Виктора своя машина. Он в такси работал.
Хотели вместе с ним съездить за отцом, но нас отговорили. Объяснили, что или не доедем, или вернуться не сможем.
Сюда в Мелекино мы на машине Виктора ехать не решились. Оставили её у знакомых в Луганской области.
Думали, что на пару недель, а оказалось что на месяц с лишним. Когда ситуация изменится, стараюсь не загадывать. Просто живу здесь, как получается.
Вечером я ем кое-как. Кусок в горло не лезет уже давно. Буквально. От стресса. С того момента, как в Славянске на горе Карачун...
Спать ложусь пораньше, но никак не могу уснуть. В комнате жарко даже с открытыми окошком и дверью. На крыльце то гудит, то грохочет старый холодильник. В голове мысли тревожные.
А мне казалось, что наконец-то удастся выспаться, как только выберусь из Донецка.
Продолжение следует.
Все статьи на данную тему собраны в этой подборке: