"Пойман с поличным" — это экранизация романа Чарли Хьюстона, и выглядит она так, будто Аронофски проиграл спор Гаю Ричи или Тарантино. Вместо метафизических страданий и китов в квартире — грязный, потный, криминальный Нью-Йорк 90-х. Время, когда Джулиани еще не вычистил город до блеска, а опасность висела в воздухе плотнее, чем смог. Это жесткий триллер, где режиссер упражняется в жанре "чистого драйва". Ирония судьбы: главный певец человеческих страданий снял кино, где страдание — это не путь к очищению, а просто результат встречи черепа с асфальтом.
Центральный аттракцион здесь — Остин Батлер, который наконец-то смыл с себя налет Элвиса (и, судя по сюжету, пару литров чужой крови). Для Аронофски это радикальный выход из зоны комфорта: никаких аллюзий на Ветхий Завет, только пули, биты и суровая эстетика выживания. Получилось мрачно, реалистично и местами настолько черно, что хочется включить фонарик.
Котики, почки и плохие парни
Хэнк Томпсон типичный представитель клуба "у меня было великое будущее, но потом случилась жизнь". Когда-то этот парень готовился стать легендой бейсбола, а теперь его карьерный потолок — протирать стаканы в баре и не сдохнуть от тоски до рассвета. Аронофски любит героев на дне, но Хэнк даже не пытается всплыть. Он носит бейсболку San Francisco Giants как терновый венец, спит с Ивонной (единственное светлое пятно в его беспросветном графике) и каждое утро просыпается от персонального концерта в голове: скрежет металла и крики умирающего друга. Классический посттравматический набор, только без страховки.
Жизнь Хэнка — это вялотекущий суицид, растянутый во времени. Амбиций — ноль, печень — в шоке, перспективы — отсутствуют. И тут Расс просит посидеть с котом.
Кормить чужих котов в нуарном триллере — затея, которая по определению не сулит ничего хорошего. Пока Расс скрывается в неизвестном направлении, Хэнк остается наедине с чужим питомцем и огромной мишенью на лбу. Стоило Томпсону подойти к двери Расса, как в дверях появляются Павел и Алексей. Они искали Расса, но Хэнк станет их утешительным призом. Это не "клюквенные" злодеи из старого кино, а настоящие мясники, уверенные, что в этой квартире спрятано нечто ценное
Результат визита? Хэнк теряет не только душевное равновесие, но и вполне физическую почку. Серьезно, парня разбирают на запчасти прямо на старте. И вот тут начинается самое интересное. Герой, который годами выстраивал вокруг себя кокон из алкоголя и самобичевания, оказывается в центре мясорубки, где его мнение никого не волнует. Игра началась, правила никто не объяснил, а кнопку "выход" заклинило.
Дальше сюжет разгоняется до состояния абсурдного карнавала насилия. Оказывается, кот — это лишь пушистое прикрытие для чего-то куда более серьезного. В охоту вступают персонажи, будто сбежавшие из ночных кошмаров братьев Коэн. Тут вам и пара киллеров-хасидов, Шмулли и Липа (потому что просто убивать — это скучно, нужно делать это с религиозным колоритом), и чертовски обаятельный, но смертоносный пуэрториканец Колорадо. А вишенкой на этом торте из трупов становится детектив Роман — женщина с глазами акулы, которая явно играет в свою игру.
Сценарный маховик крутится, перемалывая кости и судьбы. Хэнк, зажатый в угол, вдруг обнаруживает, что годы, проведенные в баре, не убили в нем зверя, а лишь усыпили его. Нью-Йорк 90-х здесь выступает не просто декорацией, а гигантским прессом, проверяющим тебя на прочность. Чтобы не превратиться в пятно на асфальте, бывшему спортсмену приходится вспомнить старые навыки. Только теперь он бьет не по мячу, а по живым мишеням, и правила фейр-плей здесь не работают. Финальный акт — это уже не криминальная драма, а учебник по выживанию в мире монстров, где главный урок прост: бей первым, бей сильно и никогда, черт возьми, не открывай дверь соседям.
Как потерять почку, совесть и авторский стиль за два часа
Скажу прямо: "Пойман с поличным" — это самый шизофренический киноопыт за последние годы. На бумаге проект выглядел как заявка на культовый статус: кастинг мечты, мешок дерзких идей, пулеметные диалоги и трупы в самых неожиданных местах. Казалось бы, что могло пойти не так? Оказывается, всё. Вместо цельного полотна получился лоскутное одеяло, сшитое белыми нитками в темноте.
Возникает стойкое ощущение, что съемочная группа просто отлично провела время, распихивая по кадрам нью-йоркские пасхалки из девяностых и хихикая над локальными шутками. Это вечеринка "для своих", на которую забыли выслать приглашения тем, кто сидит по ту сторону экрана.
Даррен Аронофски приучил публику к боли. "Реквием по мечте", "Черный лебедь", "Кит" — это всегда психологический пресс, после которого хочется выйти в окно, ну или хотя бы записаться к терапевту. Видеть этого режиссера у руля легкой криминальной комедии — это как наблюдать, как Стивен Кинг пишет сценарий для "Дневника Бриджит Джонс". Технически он, конечно, справится, запятые расставит верно, но души в этом не будет ни на грамм.
Аронофски явно решил устроить себе творческий отпуск, отложив в долгий ящик свои фирменные библейские метафоры и тяжеловесный символизм. И тут вскрывается главная проблема: без этой экзистенциальной тяжести его режиссура теряет лицо. Это просто компетентное упражнение в стиле, которое мог снять любой ремесленник из Голливуда, и результат не поменялся бы ни на йоту.
Кто реально тащит этот балаган на своих плечах, так это Остин Батлер. Парень просто великолепен. Здесь он выдает мастер-класс по трансформации, проводя своего героя через три круга персонального ада. Сначала это локальный мачо, разгоняющий пьянь в барах. Потом — сломленная жертва с паническими атаками и ночными кошмарами (привет ПТСР). И, наконец, загнанный в угол зверь, открывающий в себе таланты к ультранасилию.
Батлер играет "обычного парня в аду" без лишнего героического пафоса. Отдельного упоминания стоит линия с голосом матери, постоянно напоминающей ему об аварии — редкий момент качественного психологизма в фильме, который в остальном психологию игнорирует как класс.
И вот тут мы подходим к главной беде ленты: она пытается усидеть на двух стульях — драмы и черной комедии — и с грохотом падает между ними.
Во-первых, регенерация героя. Хэнк теряет почку (напомню, жизненно важный орган) после избиения, но буквально в следующей сцене скачет козликом и готов к боевым действиям. Почему? Потому что законы физиологии мешают "легкому жанру". Психологическая серьезность момента сливается в унитаз ради динамики. Хэнк превращается в какую-то бюджетную версию Росомахи, только без адамантиевых когтей. Выглядит это не круто, а нелепо.
Во-вторых, картонный мир. Гангстеры, продажные копы, колоритные хасиды-убийцы — всё это уже было у Тарантино и Гая Ричи. Но у мэтров криминальный мир дышал, у него была своя извращенная логика и иерархия. У Аронофски это просто плоские декорации, расставленные ради красивого кадра. Нет философии, нет глубины, есть только набор штампов.
В-третьих, сюжетные дыры размером с кратер. Весь сыр-бор разгорается из-за кота, который оказывается лишь предлогом для выбивания долгов. Окей, допустим. Но мотивация остальных участников банкета вызывает вопросы к сценаристам. Зачем, например, детективе Романе так фанатично впрягаться в это дело, рискуя карьерой и жизнью? Ответа нет. Просто так надо для сюжета. Макгаффин ради Макгаффина.
"Пойман с поличным" — это крепкое, стильное, но абсолютно вторичное кино. Аронофски и Батлер изо всех сил пытаются держать темп, и чисто механически это работает: скучно не будет. Но как только по экрану поползут титры, придет осознание, что внутри этой яркой, шуршащей обертки — пустота.
Это компетентный триллер, которому катастрофически не хватает оригинальности и того самого "авторского безумия", за которое принято любить (или ненавидеть) Даррена. Посмотреть стоит исключительно ради перформанса Батлера и пары сочных сцен.
Ставьте лайки, комментируйте и подписывайтесь на наш канал в Дзене, чтобы всегда быть в курсе новых киноразборов! Также приглашаем в наш Telegram-канал t.me/movies_revies, где вас ждёт ещё больше интересного!