Красива необыкновенно земля Русская. Диву даешься от красоты природы, языка, песен народных, названий населенных пунктов, станций. И Брянская область в этом не исключение. Вся прелесть названий в том, что в нем заключена какая-то особенность данного места или она связана с каким ни будь историческим событием.
Карачев – село Карачарово, воспето в русских былинах, через это место проезжал Илья Муромец по дороге «прямоезжей» на Киев. Где повстречался с Соловьем разбойником у деревни 9 дубов, которая и сейчас существует в Карачевском районе. Или село Бяково – где разводили овец, лесная зона переходит в полевую, идеальное место для разведения и воспроизводства отары.
Клюковники – давно в его окрестностях нет клюквы, а название осталось.
Земляничное – полустанок возник в процессе постройки железной дороги на Киев. Сразу за рекой Навлей, железная дорога поворачивает на юг. Вокруг бугры и канавы. В канавах вода а по буграм сосновый бор и лесная ягода, обильная, крупная, яркая, сладкая – земляника. Отсюда и название – Земляничное. Идет железная дорога параллельно реке на три километра южнее за поймой, где много суше чем в возле реки. Где небольшие болотца и высокие бугры со сладкой, ароматной, крупной земляникой и стройным сосновым бором по этим буграм. Место не только необыкновенно красивое окружающим ландшафтом, но и очевидно поразившее строителей, давшим такое название этому месту. Сосновый бор созрел и пришли другие «строители», которые чтобы вывезти лес, проложили дороги, прорыли канавы, осушили болотца, вода в них больше не задерживается. Бобры пытаются исправить то, что разрыл человек и бросил. Но получается не очень. А человеку не до красоты, лес надо вывозить. Вот отсюда и канавы и мосты через них. Делянки- вырубки, где лес выпилили а новый посадить забыли. Хлам, сучья да макушки, на месте леса остались: - Кто смел, тот и съел ! – гласит русская пословица. Предприниматели ( арендаторы) девяностых годов лес рубили , вывозили, а убирать за собой, да сеять новый лес позабыли. Через несколько лет заросли эти вырубки березой да осиной «чикморезник», пальцем не проткнешь. Раздолье для зайца беляка, ни кто его этой чаще не найдет.
А ближе к реке , пойма. Местами небольшие озерца, с вытекающими ручьями - старое русло реки, заросшее кустарником по берегам и запрудами бобрами загороженные, через них эти журчащие потоки и пробиваются. Дубы могучие вокруг этих плотин рассыпают урожай желудей. Склад кормовой для коз и кабанов диких. Вот и следы по павшей листве словно палками проткнуты. Здесь косуля ходила, листву переворачивала, семью свою кормила желудем горьким, протеином богатым. Вот и заяц «орешков» насыпал, помет заячий, где кормится там и оставляет лишнее, и у куста ивового сочную шкурку поглодал для разнообразия. Здесь он пировал и кору молодую погрыз и желудем закусил и скорлупу желудевую оставил, а сам желудь съел, вкусный он хоть и горький.
А вот в пересохшей канаве трава, мох и чернозем перевернуты, словно лопатой кто-то червей для рыбалки копал. Листья прелые засыпал, желуди все собрал, даже скорлупы не оставил, а после себя следы парные в мягком грунте свежевскопанном наследил, полукруглые, с пятками в разные стороны – кабан горький желудь червями да кореньями сочными закусывал. В луже неподалеку выкупаться не забыл. Да елку на бугре возле канавы до голой древесины стер, чесался, да смолой сочащейся шерсть смазывал, от клещей паразитов защиту налаживал. Покормился, «принял» ванну, смыл пот и запахи, почесался, ароматы хвойные на тело нанес, да в завалы спать отправился. Там его ни кто не потревожит.
По низинам вода болотная под ногами хлюпает. Брусника, чуть поодаль от воды покрывалом красным. Бери не хочу. Ягоды спелые к солнцу красные а снизу белые. В рот возьмешь кисло-сладко приятно освежает. В воде кочки высокие травой долготьем поросшие, а по ней другая трава с листочками мелкими, да под эту траву длинную прячется. Разгребешь руками. А там клюква крупная кислая-кислая, твердая , сочная. На некоторых кочках помет палочками пепельно-рыжими и перья черные с белым. Глухарь пировал, клюкву клевал. Да перышки чистил, ронял. Местами меж болотинок ельники густые, темные. Идешь мимо ноги во мху тонут, мягко ступаешь, неслышно и вдруг: Фр-фр-р-р-р прямо из по ног рябчик взлетит, взорвав тишину и спрячется на высокой ели. Ни за что не найдешь где притаился, сколько ни высматривай. Живет и кормится на земле, а на верху от врагов прячется.
А вот «молния» рыжая метнулась по земле и за сосной скрылась. Белка, за деревом спряталась и сразу наверх с другой стороны чтобы ее не видно было. Поднимется в крону, ляжет на сук и не видно ее. Сук то, тоже рыжий. Замрешь, и она замрет. Выждет минуту другую и шишку сбросит проверяет, есть ли кто там внизу, опасность миновала или нет, будет движение на упавшую шишку. А сама не торопится спускаться, подождет еще немного и еще одну уронит. Никого. И только тогда отправится по своим делам по верху, перелетая с ветки на ветку с дерева на дерева как будто у нее есть крылья. Если аккуратно проследить то приведет к «складу», большой куче шелушенных шишек под огромной елью.
Тук-тук-тук дятел тоже в этих местах «лечит» больное дерево, личинку короеда достает… Вот так и идешь по живому лесу в дивном месте под названием – Земляничное!