Почему рухнул рынок в 1929 году?

Глубинные причины Великого краха, который изменил мир

24 октября 1929 года — «Чёрный четверг».
29 октября 1929 года — «Чёрный вторник».

Эти даты вошли в историю как символ катастрофы, масштаб которой превзошёл всё, что видел финансовый мир до того. В течение нескольких дней Уолл-стрит потеряла десятки миллиардов долларов — эквивалент триллионов в сегодняшних ценах. Биржевые индексы рухнули на 89% к 1932 году. Банки закрывались сотнями. Миллионы людей остались без сбережений, без работы, без надежды. Великая депрессия началась — и её последствия ощущались не только в США, но и по всему миру вплоть до Второй мировой войны.

Но что на самом деле привело к краху? Был ли он внезапной «молнией из ясного неба»? Или это была неизбежная развязка долгих лет накопившихся дисбалансов?

Сегодня мы разберёмся послойно: от поверхностных триггеров до глубинных структурных изъянов экономики 1920-х годов. Эта статья — не просто пересказ событий, а попытка понять механизм катастрофы. Потому что, как писал Уинстон Черчилль:

«Те, кто не помнит прошлое, обречены повторить его».

Часть 1. Предыстория: «Безумные двадцатые» — эпоха иллюзий

Чтобы понять, почему рынок рухнул, нужно сначала понять, как он вырос.

После Первой мировой войны (1914–1918) США оказались в уникальной позиции. Страна не пострадала физически — её города не были разрушены, заводы не бомбили. Наоборот: война превратила США из должника в крупнейшего кредитора мира. Европа была разорена, а Америка — богата, мощна и полна оптимизма.

1920-е годы вошли в историю как Roaring Twenties — «Ревущие двадцатые». Это была эпоха джаза, «новой женщины», автомобилей Форда, радио, массового потребления и... биржевой мании.

1.1 Массовое потребление и «американская мечта»

Генри Форд не просто изобрёл конвейер — он изобрёл новый образ жизни. Model T стоила в 1925 году всего 260 долларов (около 4 500 в современных деньгах), и её мог позволить себе рабочий.
Кредитование стало нормой: «Купи сейчас — заплати потом». Мебель, радиоприёмники, холодильники — всё покупали в рассрочку. Доля домохозяйств с долгами выросла с 12% в 1919 до 55% к 1929 году.

Казалось, рост бесконечен. ВВП США вырос на 42% за десятилетие. Безработица была минимальной — около 3%. Инфляция — низкой. Производительность труда росла. Это создавало иллюзию стабильности и предсказуемости.

Но за фасадом процветания скрывались трещины.

1.2 Неравенство: вершина, оторванная от основания

Да, экономика росла — но неравномерно.

С 1920 по 1929 год:

• Доходы верхних 5% населения выросли на 67%.
• Доходы нижних 60% — лишь на 10–15%.
• Реальные зарплаты большинства рабочих росли медленнее, чем производительность труда.

К 1929 году:

• 1% самых богатых получал столько же, сколько нижние 42% вместе взятые.
• Общая доля прибыли, идущей на оплату труда, сократилась с 70% (в 1919) до 60% (в 1929).

Это означало: массовый спрос не мог поспевать за ростом производства. Производили всё больше — но покупали меньше, чем могли бы. Перепроизводство стало тихой бомбой замедленного действия.

1.3 Банковская система: хрупкая, нестабильная, без надзора

В 1920-х годах в США действовала федеральная резервная система, созданная в 1913 году. Но она была молода, неопытна и не имела единой стратегии.

Ключевые проблемы:

• Отсутствие страхования вкладов. Если банк лопался — вы теряли все сбережения.
• Фрагментация. Было около 25 000 банков, многие — мелкие, региональные, с плохим управлением.
• Инвестиции в акции. Банки активно кредитовали покупку акций — на собственные деньги и на деньги вкладчиков.

Банки не просто давали кредиты брокерам — они сами вкладывали депозиты в биржевые спекуляции. Это превращало финансовую систему в дом из картона: при первом же порыве ветра — рухнет.

Часть 2. Биржевой бум: как рождается пузырь

К 1925 году фондовый рынок уже рос устойчиво. Но с 1927 года начался настоящий взлёт.

2.1 Рост на пустом месте

Давайте посмотрим на цифры.

• В августе 1921 года индекс Dow Jones Industrial Average (DJIA) — 63 пункта.
• В сентябре 1929 года — 381 пункт.
  → Рост на 505% за 8 лет.
  → Особенно резкий скачок: с 1927 по 1929 — +218%.

Но что происходило с реальной экономикой?

• Промышленное производство выросло с 1921 по 1929 на ~60%.
• Прибыли корпораций — на ~75%.

То есть акции выросли в 5 раз, а прибыли — лишь в 1,75 раза.
Цены оторвались от фундаментальных показателей.

Это классический признак спекулятивного пузыря.

2.2 Маржинальная торговля: кредитное топливо для огня

Главным ускорителем пузыря стала покупка акций в долг — так называемая margin trading.

Как это работало:

1. У вас есть $1 000.
2. Вы вносите их как залог брокеру.
3. Брокер даёт вам $9 000 кредита (обычно 90% стоимости сделки).
4. Вы покупаете акций на $10 000.

Если цена растёт на 10% — ваша прибыль:
→ $11 000 — $10 000 (долг) = $1 000 → +100% к вашим деньгам.

Но если цена падает на 10%:
→ $9 000 — $10 000 = –$1 000 → –100%. Вы в минусе. Брокер требует margin call — дополнительный платёж. Если нет — продаёт ваши акции по рынку.

К 1929 году:

• Объём долгов под акции вырос с $1 млрд (1921) до $8,5 млрд.
• Это превышало годовой бюджет США ($3 млрд).
• На каждые $1 реальных сбережений приходилось $9 заемных.

Это создавало эффект домино: падение цен → margin calls → вынужденные продажи → новые падения → новые calls.

2.3 Психология толпы: «Этот раз — навсегда!»

В обществе утвердилась идея: «Акции могут только расти».

Журналы публиковали статьи вроде «Уолл-стрит теперь для каждого».
Парикмахеры давали советы клиентам по инвестициям.
Клерки, учителя, домохозяйки — все играли на бирже.

Знаменитый экономист Джон Мейнард Кейнс в 1930 году писал:

«Рынок может оставаться иррациональным дольше, чем вы — платёжеспособным».

Именно это и произошло. Люди перестали анализировать бизнес-модели компаний — они покупали истории: радио, авиация, электричество. «Новые технологии» становились синонимом «надёжного роста».

Но технологии — это не гарантия прибыли. А компании-однодневки, созданные лишь для IPO, не имели активов, кроме красивого названия.

Часть 3. Триггеры краха: почему всё развалилось именно в 1929?

Пузырь мог лопнуть и в 1928, и в 1930. Но в 1929 году сошлись несколько критических факторов.

3.1 Перегрев экономики и снижение роста

Уже в 1928–1929 годах темпы роста замедлялись:

• Продажи автомобилей упали в 1929 году (первый спад с 1921).
• Строительство новых домов сократилось на 20%.
• Заказы на промышленное оборудование — в застое.

Производство превысило спрос. Склады заполнялись. Прибыли начали снижаться. Но акции продолжали расти — за счёт оптимизма, а не данных.

3.2 Сельское хозяйство: «Депрессия до Депрессии»

Американские фермеры страдали задолго до 1929 года.

После войны спрос на зерно упал — Европа восстановила своё производство.
Цены на пшеницу с 1919 по 1929 упали на 60%.
Фермеры брали кредиты, чтобы выжить, но не могли их вернуть.
К 1929 году 1/3 всех банков США были сельскими — и они массово банкротились.

Это уже было локальное экономическое бедствие. Оно подтачивало уверенность в системе.

3.3 Денежная политика ФРС: ошибка, ставшая роковой

В 1927 году ФРС снизила ставки — чтобы помочь Британии сохранить золотой стандарт. Это привело к дешёвым кредитам и новому всплеску спекуляций.

Но в 1928–1929 годах, видя пузырь, ФРС резко изменила курс:

• В 1928 году — три повышения ставки (с 3,5% до 5%).
• В августе 1929 — ещё до 6%.

Цель: «охладить рынок».
Эффект: ударило по реальной экономике.

Предприятиям стало дороже брать кредиты на расширение. Потребительские кредиты тоже подорожали. Спрос упал. Акции — тоже.

Но хуже всего: повышение ставки усилило маржинальный кризис. Проценты по брокерским кредитам выросли — и держать позиции стало дороже. Многие предпочли закрыть сделки до краха.

3.4 Международный контекст: золотой стандарт и торговые войны

США были частью золотого стандарта — валюты привязаны к золоту. Это ограничивало гибкость денежной политики.

Кроме того, в 1922 году был принят Закон Фордни-МакКамберга — повышение тарифов на импорт.
В 1930 — Закон Смута-Хоули (подготовлен в 1929), который поднял пошлины до рекорда — 60% в среднем.

Это спровоцировало ответные меры по всему миру. Мировая торговля сократилась на 66% к 1934 году.

Но уже в 1929 году инвесторы чувствовали надвигающийся протекционизм. Это снижало доверие к глобальной стабильности.

Часть 4. Крах: по дням и по часам

Теперь — кульминация.

4.1 Лето 1929: первые трещины

• 3 сентября 1929 — пик DJIA: 381,17.
• 5 сентября — известный экономист Роджер Бэбсон выступает с речью:
  «Скоро на фондовый рынок обрушится крах, и он уничтожит сотни маржинальных спекулянтов».

Рынок сразу падает на 3% — «Паника Бэбсона».

Но оптимисты отмахиваются. Президент Гувер заявляет:

«Основные показатели экономики здоровы».

4.2 Октябрь: начало конца

• 19 октября (суббота) — падение на 4%. Торги в понедельник открыты с паники.
• 21 октября (понедельник) — DJIA –6%. Брокеры не справляются с потоком приказов. Телеграфные ленты отстают на часы.
• 23 октября (среда) — падение на 6%. Вечером банки и брокеры срочно собираются — и решают не вмешиваться. Рынок должен «сам найти дно».

Критическая ошибка.

• 24 октября — «Чёрный четверг».

Утром рынок открывается с падения. Инвесторы массово продают.
12,9 млн акций — рекордный объём (обычно — 4 млн).
Брокеры не успевают обрабатывать заявки. Цены падают вслепую.

Около полудня — поворотный момент.
Пятеро главных банкиров, включая Чарльза Митчелла (National City Bank) и Томаса Ламонта (J.P. Morgan & Co.), встречаются в офисе Моргана.

Они решают: нужно остановить панику.
В 14:00 банкиры объявляют:

«Мы, ведущие финансовые учреждения, вкладываем $240 млн в поддержку рынка».

Это эквивалентно ~$4 млрд сегодня.
Цены на час поднимаются. Газеты пишут: «Паника остановлена».

Но это лишь отсрочка.

• 28 октября — «Чёрный понедельник»: DJIA –13%.
• 29 октября — «Чёрный вторник»: 16,4 млн акций, DJIA –12% — до 230 пунктов.

Инвесторы бегут из рынка любой ценой. Брокеры продают всё — даже то, что не принадлежит клиентам. Телеграфные ленты отстают на 7 часов. Люди узнают цены после закрытия.

За два дня рынок потерял 25% стоимости.

4.3 Почему поддержка не сработала?

• $240 млн — много, но недостаточно против $8,5 млрд долга.
• Покупки были точечными (несколько «голубых фишек»), а паника охватила весь рынок.
• Психологический эффект: вмешательство показало, насколько всё плохо. Если Морган боится — значит, действительно катастрофа.

Часть 5. Почему крах превратился в Великую депрессию?

Важно понимать:
Крах биржи ≠ Депрессия.
До 1929 года были и более сильные падения (например, 1907 — –49%). Но Депрессии не было.

Так почему этот раз всё пошло иначе?

5.1 Банковские кризисы: цепная реакция

После октября 1929 банки начали массово банкротиться:

• 1930 — 1 352 банка.
• 1931 — 2 294.
• 1932 — 1 456.
• 1933 — 4 000 (включая крупнейшие).

Причины:

1. Банки держали акции и облигации — их стоимость обрушилась.
2. Заёмщики не могли вернуть кредиты (фермеры, предприниматели).
3. Вкладчики бежали снимать деньги (bank runs).

Один банк — и всё:

• Вы бежите снимать $100.
• Но банк держит только 10% резервов — $10 наличными.
• Остальное — в кредитах или акциях.
• Банк не может вам заплатить → закрывается.
• Вы теряете всё.

К 1933 году 40% всех банков исчезли. $7 млрд сбережений — испарилось.

Это уничтожило доверие к деньгам. Люди прятали купюры в матрасы. Денежная масса сократилась на 33% — классическая дефляционная ловушка.

5.2 ФРС: бездействие как преступление

Самая трагическая ошибка — позиция Федеральной резервной системы.

Теоретически, ФРС могла остановить кризис:

• Снизить ставки (но держала их высокими до 1931).
• Давать ликвидность банкам (но отказалась: «пусть слабые умрут»).
• Печатать деньги (но боялась инфляции и нарушения золотого стандарта).

Экономисты Бен Бернанке (позже глава ФРС) и Милтон Фридман в своей работе «История денежных реформ» (1963) доказали:

Главной причиной Великой депрессии стала политика ФРС — её сокращение денежной массы на 1/3.

Это не гипотеза. Это консенсус современной экономической науки.

5.3 Международное распространение

США — не остров.

• Американские банки перестали давать кредиты Европе (особенно Германии).
• Германия не могла платить репарации → Франция и Британия не получали денег → не могли обслуживать долги США.

В 1931 году рухнул австрийский банк Creditanstalt — крупнейший в Центральной Европе. Паника перекинулась на Берлин, Лондон, Париж.

К 1932 году мировая торговля упала на 2/3. Безработица в Германии — 30%, в США — 25%.

Часть 6. Социальные последствия: цена краха

Цифры — это статистика. Но за ними — жизни.

• Безработица: 15 млн человек (25% рабочей силы).
• Нищета: 60% семей с детьми жили ниже черты бедности.
• Голод: в Нью-Йорке — «хлебные очереди», в Детройте — 14 000 семей без еды.
• Миграции: «Пыльный котёл» — фермеры с Великих равнин бежали в Калифорнию.
• Самоубийства: выросли на 30% в 1929–1932.

Люди теряли не только работу, но и достоинство.
«Hobo» — бродяга с поездами — стал символом эпохи.
«Hoovervilles» — трущобы из картона и жести, названные в честь президента.

Но было и другое:

• Расцвела культура выживания: «soup kitchens», общины взаимопомощи.
• Возродился интерес к профсоюзам, социализму, коммунизму.

Часть 7. Как вышли из кризиса? Новый курс Рузвельта

В 1932 году Франклина Рузвельта избрали с лозунгом: «Нам нужно только бояться самого страха».

Его Новый курс (New Deal) — не одномоментное решение, а серия реформ:

1. Банковские каникулы (1933): все банки закрыты на 1 неделю. Проверены. «Здоровым» — разрешено работать. Доверие частично восстановлено.
2. Страхование вкладов (FDIC, 1933): до $5 000 на счёт — гарантировано государством.
3. Отказ от золотого стандарта (1933): доллар девальвирован на 40%. Экспорт подешевел.
4. Государственные программы: CCC (трудоустройство молодёжи), WPA (строительство дорог, школ), TVA (электрификация юга).

Результаты:

• К 1937 году ВВП вернулся к уровню 1929.
• Безработица снизилась до 14% (но оставалась высокой до 1941).
• Главное — восстановлено доверие.

Но окончательно Депрессию «вылечила» война: военные заказы в 1941–1945 создали 17 млн рабочих мест.

Часть 8. Уроки 1929 года: что помнит современный мир?

Сегодняшняя финансовая система во многом построена на ошибках 1929 года.

Но опасности остались:

• Алгоритмическая торговля может усилить панику («флэш-краши»).
• Крипторынок — новый фронт спекуляций без регулирования.
• Глобальная взаимосвязанность: кризис в одной стране — удар по всем.

Заключение: не «почему» — а «как избежать»

Великий крах 1929 года — не просто «несчастный случай». Это результат:
✅ структурного неравенства,
✅ спекулятивного безумия,
✅ регуляторной слепоты,
✅ международной хрупкости.

Сегодня мы знаем больше. У нас есть инструменты. Но знания — не гарантия мудрости.

В 2000-м лопнул пузырь доткомов.
В 2008-м — ипотечный.
В 2021-м — мем-акции (GameStop).
В 2022-м — крипторынок (LUNA, FTX).

История не повторяется — но рифмуется.

Главный урок 1929 года прост:

Рынок не саморегулируется. Человеческая психология не меняется. А долг — всегда платить.