1.
Дело было более семи лет назад, моя жена была беременна вторым ребёнком, сроки подходили к 28–29-й неделе беременности. Весна, конец апреля — начало мая. Супруга начала себя плохо чувствовать, и её госпитализировали с почечной недостаточностью. В это время дома кошка (мы разводим абиссинских кошек) тоже была беременна, уже ходила с огромным брюхом, ждали, что окотится должна со дня на день. Жена, как попала в больницу, продержалась там три-четыре дня и запросилась домой, типа всё равно толком не лечат, только болючие уколы для снятия тонуса мышц колят. Приехал я за ней в больницу, как увидел её глаза — сразу понял: если не заберу, она сама пешком уйдёт. Под расписку нас отпустили с напутствием, что если что — сразу по скорой помощи в больницу: с почками шутки плохи. Вот в таком невесёлом настроении приехали мы домой, запуганные врачами… Когда я на работу уходил, договорились созваниваться каждые полчаса, мало ли чего. Вот очередной созвон, и жена мне выдаёт: наш «дирежаблик» (так мы в шутку звали нашу беременную кошку) от меня вообще не отходит, как прилягу — она к моему животу и давай урчать, прям как нашло на неё, что?... Да и при мне кошка как преследовала мою жену, не отходя от неё ни на шаг: вместе в туалет, вместе на кухню, вместе и спать… Так шли дни, прошло пару недель, и жене стало гораздо лучше, а кошка родила троих мёртвых котят… А у нас через месяц родился прекрасный мальчик. Кошка от ребёнка не на шаг… Куда он — туда и она. Прям вторая мама… Так и живём… Сыну уж семь лет, а кошка всё с ним спит… Вспоминая то время, мы с женой пришли к выводу, что кошка «обменяла» жизни своих котят на жизнь нашего мальчика, за что ей огромная наша благодарность… © От шканта до конфирмата / Dzen
2.
Наш дом построили на месте яблоневого сада. Первое время после заселения происходило много разного. Много историй могу рассказать, но расскажу одну.
Заболела моя доча, температура под 40. Не сбивается. Ночь. Позвонила в скорую, и мне предложили самой найти машину. Муж в ночную. Я включила в прихожей свет, чтобы и не мешал, и видно в детской было, прилегла на соседней кровати (сына в другой комнате спать положила). Вроде задремала.
Вдруг чувствую — кошка мне на кровать запрыгнула. Перелезла через меня, тяжёлая. Я глаза открываю — чёрная кошка лежит на груди у дочери, рот нюхает. Я подскочила, кошка на меня глянула, спрыгнула с кровати с характерным для котов звуком и ушла в прихожую. Я сижу, понять не могу — приснилось, что ли. И тут дочь спрашивает меня:
— Мама, а куда кися пошла?
Вот тут волосы дыбом у меня и встали. Я метнулась в прихожую — никого. Кошки у нас в то время не было. Утром дочь была здорова, как и не болела. Но кошку помнит до сих пор, хоть уже и взрослая. © Елена Дунай / Dzen
3.
Лет в десять я увлёкся Конан-Дойлем, я всегда очень много читал. И вот однажды ночью, часов около двух, я читал рассказ «№ 249». Там мумия, которую оживлял один негодяй, ночью ходила по Лондону и убивала людей.
В какой-то момент мне захотелось в туалет, и я взял с собой книгу. Ночь, тишина, сижу, читаю, как мумия гонится по ночному Лондону за главным героем, тот вбегает в дом, а она снаружи царапает дверь, пытаясь открыть её… Жуть! И вдруг по моей голой спине — ледяной шлёпок! Чья-то холодная рука шлёпнула и замерла на спине. Волна ужаса окатила меня, я чётко ощутил, как шевелятся, вставая дыбом, волосы на голове! А ледяная рука соскользнула немного вбок и опять замерла! Ещё несколько секунд — и опять сдвинулась немного… Еле живой от ужаса, не зная, что и думать, медленно оборачиваюсь, заглядываю через плечо, а там… А там был эмалированный тазик, который стоял на унитазе, прислонённый к трубе. Видимо, он стоял неустойчиво, и в какой-то момент привалился ко мне, а затем начал сползать вбок, наверное, от моего дыхания. Мурашки ссыпались с меня, волосы опустились, я весь обмяк с глупой улыбкой… А ведь мог богу душу отдать! © Владимир Михайлов / Dzen
4.
5.
Я жила тогда у тётки, в маленькой комнате. Однажды утром просыпаюсь и вижу жуткую фигуру: какая-то женщина неподвижно сидит на стуле около стола. Повернута спиной, слегка склонилась, в шапке, на плечи накинута шаль. У меня дыхание захватило, не знаю, как я вообще не двинулась. Сколько я была в состоянии ужаса — не знаю, самое главное, что я и шевелиться боялась, и дышать, и больше всего боялась на неё смотреть. Мне казалось, если она сейчас повернётся ко мне и посмотрит — это будет последнее в моей жизни… Постепенно разглядела яснее, что это одежда, накинутая на стул, и шапка как-то так сверху «удачно» пришлась… Самое страшное — иметь богатое воображение и буйную фантазию. © Валентина Поленова / Dzen
Спасибо, что дочитали статью до конца!