Физика переживает конец целой эпохи. И это не моё личное мнение — так звучит заголовок недавней научной статьи. Но каждый конец неизбежно знаменует и начало. Поэтому, кажется, это отличная тема для первого поста в новом году: как изменилась физика — и что нас ждёт впереди?
Последние несколько лет основания физики претерпевали серьёзные изменения, но в прошлом году это стало особенно очевидно. Все громкие идеи, доминировавшие десятилетиями — суперсимметрия, теория струн, мультивселенные, десятки вымышленных частиц и сил — теперь, похоже, окончательно исчерпали себя. Конечно, учёные не перестали работать с ними полностью, но всё больше из них осознают: эти теории ведут в никуда.
Что же стало катализатором этого поворота? Думаю, вы сами. Можно увидеть это на этом канале, в разных сообществах в целом, в популярной научной прессе: аудитория устала. Устала от бесконечных «сенсаций»: «Физики нашли намёк на революцию!» — а потом тишина. Так повторялось снова и снова, пока эти истории просто перестали вызывать интерес. И вместе с интересом исчезла и сама повестка.
Эта эпоха безудержной спекуляции серьёзно подмочила репутацию всей области. А я слишком старомоден: считаю, что физические исследования должны приносить реальную пользу, поэтому просто преподаю.
Конец пришёл, в первую очередь, потому, что Большой адронный коллайдер так и не обнаружил ничего за пределами Стандартной модели. Теперь у физиков больше нет повода утверждать, что на более высоких энергиях обязательно найдётся что-то новое — по крайней мере, до тех пор, пока мы не поднимемся на 12 порядков выше по энергии.
Китай, кстати, уже отказался от строительства ещё более мощного коллайдера. Это разумный шаг: следующая машина, скорее всего, впервые в истории не найдёт ничего нового. И, вероятно, Китай не хочет ассоциироваться с таким «успехом». Правда, пока неясно, достаточно ли глупы европейцы, чтобы влить деньги в этот проект. Хотя какие-то миллиардеры, судя по всему, готовы.
Авторы упомянутой статьи — трое философов — формулируют это так: «Хотя раньше физика частиц процветала под руководством теории, сегодняшний анализ показывает, что эта эпоха уступила место той, где ключевую роль играют пионерские экспериментальные исследования». Другими словами: «Может, хватит выдумывать — лучше что-нибудь померяйте?»
Ирония в том, что, с одной стороны, именно этого я и ждал. Но, с другой, это проблема: ведь именно такие «горячие» теории чаще всего просят меня обсудить.
Поэтому вы, возможно, заметили: всё больше материалов, на которые я ссылаюсь, посвящены экспериментальной физике, технологическим прорывам и областям, где действительно есть прогресс. Тем не менее, я продолжаю следить за фундаментальными исследованиями — ведь не всё там бессмысленно; есть и очень сильные работы.
Хорошая новость: самые дикие и спекулятивные теории в фундаментальной физике, кажется, мертвы.
Плохая новость: боюсь, физики не извлекли урока. Они просто переместили свою псевдонаучную фабрику в астрофизику и космологию — теперь придумывая целые «тёмные сектора», чтобы объяснить... ровным счётом ничего. Раздел gr-qc на arXiv* превратился в помойку модифицированных теорий гравитации.
Есть и вторая проблема: призыв «больше экспериментов» — это ещё не стратегия. Ведь кто-то всё равно должен решать, какие именно эксперименты финансировать. Я убеждён: тупик в фундаментальной физике — результат плохих решений. Мы слишком долго делали ставку на всё более высокие энергии.
Уже больше десяти лет я говорю: пора сосредоточиться на низкоэнергетических тестах квантовой гравитации и проблемах измерения в квантовой механике.
Такие эксперименты уже начались — например, с массивными объектами в квантовой суперпозиции или проверкой гипотезы Пенроуза о гравитационном коллапсе. Но их всё ещё крайне мало.
Представьте: если бы 40 миллиардов долларов, выделенных на новый коллайдер, направить на решение этих задач, мы бы уже через 20 лет увидели реальный прогресс с практическими технологическими последствиями. Так что, если у вас завалялись пару миллиардов — звоните!
——-
*gr-qc — раздел архива arXiv, посвящённый общей теории относительности и квантовой космологии.