Идти по стопам родителей — занятие сомнительное. Особенно если твой отец не просто «папа», а человек, чьё имя вписано в историю отечественного рока жирным шрифтом. Тут либо бежать как можно дальше, либо смириться с тем, что тебя всю жизнь будут сравнивать, спрашивать и мерить чужой линейкой.
Некоторые выбрали второй путь — и, надо признать, сделали это по-своему.
Александр Цой: выйти из тени — и всё равно остаться на свету
Быть сыном Виктора Цоя — это не бонус, а отдельный жизненный квест. Александр долго делал всё, чтобы о родстве вспоминали как можно реже: работал под псевдонимом «Молчанов», занимался телевизионной редактурой, концертами, играл в группах — в общем, жил нормальной, взрослой жизнью без мемориальных табличек на лбу.
Потом всё же пришло понимание: убегать бессмысленно. Можно либо всю жизнь отбиваться от фамилии, либо научиться с ней жить. Сегодня Александр Цой — сольный артист, продюсер «КИНО» и человек, который чётко отделяет «обязанности сына Цоя» от собственной жизни. Баланс тонкий, но рабочий.
Дети Кипелова: когда рок — это семейная дисциплина
У Валерия Кипелова дети не просто «в музыке», а каждый — по своей траектории.
Жанна выбрала путь педагога, дирижёра и наставника — передаёт знания дальше, не выходя под прожекторы, но оставаясь внутри профессии.
Александр же ушёл в прог-рок — жанр сложный, неблагодарный и категорически немассовый. То есть выбрал ровно тот путь, где фамилия не помогает вообще.
Он честно говорит: прог — музыка не для всех. И при этом с уважением относится к отцу, не пытаясь с ним соревноваться. «Так петь никто не может» — иногда этой фразы достаточно, чтобы закрыть тему.
Дарья Чигракова: семейный подряд без пафоса
Дарья — дочь Сергея «Чижа» Чигракова — шутит жёстко и метко: мол, в группу попала «через постель», но уточняет — родительскую.
На сцену она выходила без иллюзий и без скидок. Первый большой концерт — городской майдан в Туле — был, по её словам, завален. Нервы, площадь, публика — классический боевой крёст.
Со временем всё стало на свои места. Сегодня Чиж&Co для неё не просто коллектив, а большая семья, с которой она выросла буквально с детства. Иногда это лучший старт — без романтизации, но с реальной практикой.
Александр Дубинин: без подвала, но с головой
Сын басиста «Арии» Виталия Дубинина начал с интервью и каверов — аккуратно, без рывков. Сейчас развивает сольный проект DUBININ и, судя по всему, понимает, зачем ему музыка.
Сам Виталий относится к этому спокойно и по-взрослому: хочешь — играй, но понимай, ради чего. Не культ подвала ради подвала, а осознанная работа. Подход редкий и, возможно, самый честный.
Стас Шклярский: два проекта — две реальности
Стас мог бы проектировать компьютерные системы, но вместо этого проектирует песни. Его группа «Инкогнито» давно живёт своей жизнью, а параллельно он играет в «Пикнике» рядом с отцом.
Голос похож — от этого никуда не деться. Но Стас не застрял в тени: гастролирует много, работает в двух режимах и признаётся, что один проект помогает отдохнуть от другого. Иногда лучший способ вдохновиться — сменить сцену, а не город.
Вера Кинчева: не только «дочка из клипа»
Та самая девочка из «Родины» выросла и давно живёт собственной карьерой. Актриса, телеведущая, певица — Вера Кинчева не зацикливается на одном амплуа.
Музыку она делает под именем Vera Kkincheva, экспериментируя с дарк-кабаре и техно. Отец — не идол, а наставник и источник энергии. Концерты «Алисы» для неё — не обязаловка, а подзарядка. Иногда этого достаточно, чтобы не перегореть.
Никита Бобунец: когда сын — твоя опора
Сын Сергея Бобунца не просто играет музыку, но и помогает отцу на концертах — как гитарист и звукорежиссёр. Плюс развивает собственный проект «Шарташ», который музыканты называют «интеллигентным электро-панком».
Бобунец-старший говорит об этом без сантиментов: сын дал ему больше, чем он сыну. Возможно, это и есть главный показатель здоровой музыкальной династии.
Кауперсы: инди вместо стадионов
Сыновья Ренарса Кауперса могли бы всю жизнь ездить в туре с Brainstorm, но выбрали свой путь. Carnival Youth — инди-рок без попыток копировать отца.
Они выросли среди музыки и просто сделали то, что показалось логичным. Без громких заявлений и без наследственного пафоса.
Марго Лебедева: укулеле вместо колонок
Дочь Саши Гагарина из «Сансары» буквально выросла на концертах — настолько, что однажды уснула под колонками. Укулеле стало подарком, который всё изменил.
Сегодня «О! МАРГО» — самостоятельный артист, участница крупных проектов и человек без иллюзий насчёт мгновенной славы.
Глеб Самойлов (младший): интроверты тоже играют рок
Сын Глеба Самойлова не спешит в чарты и не гонится за громкими афишами. Он восстанавливает советские гитары, играет в нескольких проектах и экспериментирует с электроникой.
Отец поддерживает, слушает черновики и не требует подвигов. Музыка здесь — не проклятие фамилии, а долгий, иногда мучительный, но честный процесс.
Вместо вывода
Рок-наследники — это не обязательно «вторая версия» родителей. Чаще всего это люди, которые выросли среди репетиций, гастролей и проводов на вокзале — и просто не смогли выбрать другой язык для разговора с миром.
Кто-то играет громко, кто-то — тихо, но почти все они делают главное: пытаются быть собой, даже если фамилия всё время напоминает, откуда ты вышел.
________