Большой материал о тонкостях кинопроката, отсутствии Голливуда и честной конкуренции киноновинок со зрительским интересом. Будет очень жарко! Обещаю.
Что происходит с нашим кино?
Я еще не смотрел "Чебурашка 2", "Простоквашино" и "Буратино". Но те рецензии, которые прочитал, вызывают тревогу. Почему? Три основных тезиса такие:
- переделка старых фильмов не спасла даже мощная пиар-кампания: графика уровня "нулевых", в кинолентах много сомнительных ценностей - паразитирование, а не оммаж;
- кризис идей: отсутствие Голливуда сыграла злую шутку, нового придумать в культурном вакууме не можем, а переделка старого надоела - деградация кино налицо;
- одни и те же актеры: нет свежего воздуха в фильмах, как эстрада времен Аллы Борисовны - только сбоку.
Эти тезисы вы оспорите в комментариях, я же иду к сути кино. Начну с главного: в новогодние каникулы кинотеатры опять «почистили» от зарубежных релизов. В результате зелёный коридор получили отечественные премьеры: «Буратино» (уже четвёртая экранизация «Золотого ключика» Алексея Толстого), «Простоквашино» (ремейк по книгам Эдуарда Успенского) и «Чебурашка-2» — продолжение самого кассового российского фильма.
На этом фоне в соцсетях повисли три вечных вопроса:
- почему именно в самый прибыльный сезон наши ленты словно боятся честной конкуренции с иностранными?
- есть ли смысл мерить «успех» миллиардами, когда соперников заранее убрали с поля?
- нормально ли, что государство поддерживает рублём сиквелы проектов, которые и без того умеют печатать деньги?
Тут важно понимать контекст: голливудские новинки в России в последние годы чаще всего появляются неофициально. Крупные американские студии ушли с рынка весной 2022 года, и официальных релизов от них ждать не приходится.
Поэтому кинотеатры выкручиваются через серые схемы — покупают копии через посредников и показывают их под видом «предсеансного обслуживания».
Схема почти анекдотичная: зритель покупает билет на условную «Доярку из Степановки», но вместо привычного блока рекламы ему ставят «запрещённый» к прокату фильм. Формально — услуга до сеанса, по факту — обходной тоннель к западному контенту.
Но в новогодние даты тоннель начинают частично засыпать. По сообщениям в медиа, ограничения на период с 25 декабря по 15 января задели, в частности, громкие зарубежные релизы - «Аватар: Пламя и пепел» и «Зверополис 2».
А на афишах в это время, наоборот, предлагается держать строй из «Буратино», «Чебурашки-2», «Простоквашино» и "Невероятные приключения Шурика" — музыкальный фильм от ТНТ, который зрители могли посмотреть по телевизору вечером 31 декабря.
Напомню, несколько лет назад на новогодних каникулах похожим образом «развели» по углам «Аватар: Путь воды» и первого «Чебурашку». Тогда российский фильм собрал рекордную кассу — и теперь логика повторяется: западный триквел и отечественный сиквел снова не помещаются в одном расписании. Сколько в этот раз заработает «Чебурашка-2» при разреженной конкуренции — пока вопрос открытый, но интрига тут скорее бухгалтерская, чем творческая.
Реакция зрителей
Реакция зрителей предсказуемо неровная. В комментариях люди не столько спасают Голливуд, сколько защищают базовый принцип: выбор должен выигрывать качеством, а не назначаться сверху.
Если фильм сильный — ему не нужна «расчистка поляны». Если слабый — его не спасут правильные лозунги, удобные даты и громкое наследие из детства.
Отсюда раздражение на «продавливаемые» премьеры и на волну ремейков советских кинолент. Для части аудитории это выглядит как фабрика переработки памяти: знакомые названия, те же герои, но ощущение — будто купил «ксерокопию праздника».
Параллельно звучит прагматичная мысль: западное кино всё равно можно посмотреть дома, а вот на навязчивую отечественную премьеру многие не готовы тратить самое дефицитное — время и нервы.
В этой логике и появляется тот самый эффект «Лады»: когда конкуренции нет, производитель расслабляется, а вместо битвы за зрителя включается административный ресурс — расписания, квоты, «технические причины». Даже люди, которым «Аватар» вообще мимо, начинают злиться не на фильм, а на сам механизм: мол, вы не убеждаете, вы выдавливаете.
Самое неприятное последствие тут не про Голливуд, а про наши же кинотеатры и студии. Чем больше зрителю кажется, что его ведут за руку в один единственный зал, тем охотнее он уходит в интернет — и перестаёт ходить в кино совсем. Касса в моменте может быть красивой, но доверие выгорает быстро, и российский прокат закрепляет за собой репутацию «рискованной покупки».
При этом есть и другая точка зрения. Некоторые эксперты предлагают смотреть на ограничения как на попытку культурной защиты внутреннего рынка: мол, во многих странах существуют механизмы, которые помогают национальному кино не раствориться под доминированием внешнего продукта. Но даже сторонники такой логики упираются в один и тот же камень: проблема не в защите, а в качестве. Когда заметная доля премьер ощущается как «жвачка», а индустрия массово прячется в ремейки и безопасные формулы, любой «иммунитет» превращается в оправдание вторичности.
Дальше начинается спор о кассе. Одни говорят: сборы — единственная честная проверка востребованности, и если проект окупается, значит зритель проголосовал рублём.
Другие парируют: когда конкурентов заранее отодвинули, касса становится не доказательством силы фильма, а доказательством того, что зрителя загнали в узкий коридор. Плюс остаётся вопрос прозрачности: почему одни и те же люди снова и снова получают бюджеты, и как вообще измерять результат — деньгами, отзывами, повторными просмотрами, репутацией?
Отдельная тема — госфинансирование сиквелов. Скептики не понимают, зачем помогать деньгами продолжениям коммерческих хитов: если проект и так «паровоз», пусть едет на собственном угле.
Более лояльный взгляд: если правила прозрачны и средства возвращаются, проблема не в самом факте поддержки, а в ответственности за неё. В идеале тут бы работала система, где новичкам дают меньше и осторожнее, а рост доверия и бюджета зависит от результата — как это когда-то было устроено в советском кинематографе.
В итоге российское кино в новогодние каникулы живёт в режиме «компромисса». Массовая аудитория хочет простого праздника: семейности, ностальгии, узнаваемых образов «как раньше», поэтому афиши неизбежно тянет к безопасным названиям.
Но парадокс в том, что эти же люди одновременно требуют качества уровня классики и ругают индустрию за вторичность. Шаг в сторону — «не то», шаг назад — «опять ремейк».
В итоге кино застревает между двумя стенами. Выход тут не в вечном противостоянии вкусов, а в понятных правилах игры: либо мы честно усиливаем регулирование и требуем прозрачности, окупаемости и ответственности за бюджет, либо отпускаем индустрию в рынок без костылей.
Но в любом случае пора заканчивать игру «мы творцы, вы просто не понимаете» — и наконец-то слушать зрителя не только тогда, когда он приносит деньги в кассу на уже расчищенной поляне. Не так ли?