В октябре-декабре 1941 года 2-ая Особая партизанская бригада провела несколько крупных операций против оккупантов в Калининской области. В ноябре были разгромлены гарнизон д. Манцы, в декабре – гарнизоны д. Заборовье Липье, Даньково, Усадьба, Аполец, взорван склад в Андреаполе. Проведение этих операций требовало постоянной работы разведки. В бригаде был создан разведотдел (начальник РО – ст. лейтенант А.В. Герман), который организовывал работу агентурной и войсковой разведки. Каждую ночь по маршрутам отправлялись лихие конные разведчики (командир конной группы разведки – ст. сержант А.И. Мигров). Конные разведчики выполняли роль проводников и связных при проведении боевых операций, они же предоставляли разведотделу ежедневные письменные донесения о положении противника в радиусе нескольких десятков километров от штаба бригады. Разведчики останавливались в населенных пунктах, расспрашивали местных жителей об обстановке, выявляли людей, лояльных к Советской власти, заводили сеть своих информаторов в деревнях.
«Тов. Герману 13 ч. 24.11.41.
Достиг дер. Лезно. Противника не обнаружено. И в окружающих ближних дер[евнях] нет из опроса местных жителей. Продолжаю путь по намеченному маршруту.
А. Мигров». [1]
Вести разведку было сложно. Перемещение по территории, занятой противником, было делом очень опасным. Немцы немедленно арестовывали и расстреливали всех подозрительных людей. Например, приказ по Кавалерийской бригаде СС, которая располагалась в Торопце, требовал расстрела всех лиц мужского пола без документов, или неизвестных местным старостам и бургомистрам. Чуть проще было ходить по деревням и посёлкам молодым женщинам и девушкам, а также старикам и инвалидам. Под видом беженцев, нищих, покупателей на базарах, действовали подготовленные Германом разведчики, которые тщательно смотрели по сторонам и запоминали увиденное. Передаваемые сведения нельзя было писать напрямую, поэтому был придуман своеобразный шифр.
Н.В. Масолов в книге «Необычный рейд» так описывает работу разведотдела:
Герман стоял у окна. В одной руке — дымящаяся трубка, в другой — какая-то бумажка.
Воскресенский залюбовался сильной фигурой и одухотворенным, красивым лицом старшего лейтенанта. Постояв молча несколько секунд, распахнул дверь и вошел со словами:
— Что читает и о чем мечтает начальник разведки?
Герман вздрогнул и шагнул навстречу:
— Добрый вечер, Михаил Леонидович. А вы угадали: действительно мечтаю. Угадайте — о чем? — И, не ожидая от собеседника ответа, продолжал: — Мечтаю о том дне, когда вот такие бумажки мы будем получать не из наших, а из немецких городов. Не хотите ли познакомиться?
— Охотно,— признался Воскресенский и стал читать переданное ему письмо.
«Дорогой кум!
Вчера я была в нашем районном центре. Там большой базар. Продается много гусей, уток и кур. Своими глазами видела больше полсотни гусей, около сотни уток, а курам и счету нет. Но цены сердитые. Гуси стоят от 75 рублей до 155 рублей. Много спекулянтов. Так что, кум, на этот базар надо ехать с большими деньгами. Остаюсь любящая тебя кума Василиса Прохоровна».
— Что за белиберда! Базар какой-то, спекулянты, гуси, любящая кума...— Воскресенский с недоумением смотрел на Германа.— Объясните, пожалуйста.
— Ценнейшее донесение нашей разведчицы, Михаил Леонидович. И расшифровка простая: базар — штаб, спекулянты — полевые войска, гуси — орудия, утки — минометы, куры — пулеметы, цены на гусей— калибр пушек. А что касается больших денег, так это совет нам с вами: если решим нападать, то нападать всей бригадой. А еще лучше...
— Что лучше?
— Чтобы штаб фронта прислал на утренней зорьке эскадрилью бомбардировщиков «куме» на помощь… [2].
В архиве сохранились еще несколько подобных писем:
Коля!
Я был в деревне и в городе.
В Молвотицах, говорят, видели отца много раз.
Встречались около Егорьевской церкви. Во дворе машины. Говорят, видели в Молвотицах русских знакомых пленных.
Левее за городом на хуторе покупали гусей.
Отец будет ждать в Мохнове на машине.
Ф.Д.» [3]
«В Добром 6 км от Пожапоново я оставила лошадь. Отец ездил на ней, но мало.
Погода хорошая. Тепло было ехать.
В Заборье купила хорошего жирного гуся и зажарила его.
Покушав аппетитно, я отправилась дальше 35 км от Пожапонова-Заборье. Проезжала Пеновский р-он.
Д.Ф.» [4]
«Была в Молвотицах в магазинах. Привезено много кроватей. В Молвотицах хотела выехать на машине, но не одна из двух не посадила. Тогда пошла на Манцево [Манцы?]. И там машина не посадила.
Колесила пешком. Очень устала, да еще в деревне Быково за ляжку клюнул гусь.
В октябре в Молвотицах отец видел 1500 человек и часть из них направлялась к Ленинграду.
Дуся
Отец заехал в Марёво». [5]
Кто скрывается под инициалами «Ф.Д.» и «Д.Ф.», кто такая Дуся, до сих пор установить не удалось. В Осташкове в бригаду вступили Руфина Андреева, Нина Зиновьева, Екатерина Данилова, Валентина Бабурина, Татьяна Лебедева. Ни одна из них не имеет инициалов «Ф.Д.» или имени Дуся (Евдокия). Очевидно, что это донесение было послано во время подготовки атаки на село Молвотицы, которая планировалась в ночь на 26 декабря 1941 г.
Вот ещё одно донесение, переданное в штаб бригады в конце декабря 1941 года:
«Т. Белаш
Достиг Потапово. Здесь ничего нет. Нет также в окружающих деревнях.
В Пустошке дня два тому назад брали лошадей. Лошади ждут и завтра для эвакуации склада. Председателя нет.
Посылаю в разведку Катю Д. и, думаю, найду в деревне кого-нибудь.
Мигров 29.12.41» [6]
Катя Д. – это Екатерина Яковлевна Данилова. Она родилась в Лихославле, в 1940 году окончила медицинскую школу в Калинине, работала зубным врачом. С началом войны была мобилизована на строительство оборонительных сооружений под Осташковым. Вскоре Екатерина Данилова была зачислена в состав 2-ой Особой. В разведку и на диверсии она отправлялась десятки раз: и одна, и в группе, и пешком, и верхом на лошади. Не было случая, чтобы она не выполнила боевого задания. К 24-й годовщине Красной Армии по рекомендации комбрига Литвиненко разведчицу Екатерину Данилову отметили в праздничном приказе как лучшего бойца.
Именно Екатерина Яковлевна собрала ценные сведения о немецких силах в Андреаполе, где благодаря умело проведенной разведке и смелым действиям партизан удалось уничтожить склад артиллерийских снарядов.
К 24-й годовщине Красной Армии по рекомендации комбрига Литвиненко разведчицу Екатерину Данилову отметили в праздничном приказе как лучшего бойца:
«Приказ №4
2-й особой партизанской бригаде СЗФ
22.2.42 г. д. Чурилово.
н) Бойцам-разведчикам т.т. Даниловой Е. и Бабуриной В. за образцовое выполнение спецзаданий объявляю благодарность и награждаю ценными подарками» [7].
Наградной лист:
«Фамилия, имя и отчество: Данилова Екатерина Ивановна* (*ошибка, правильно – Яковлевна)
Военное звание: не имеет
Должность, часть: зубной врач 2-й Особой Партизанской бригады
С 8.9.41 г. до 15.1.42 г. работала разведчицей разведотдела 2-й Особой партизанской бригады. Неоднократно ходила на разведку в глубокий тыл противника, в немецкие гарнизоны и приносила ценные сведения. Все специальные задания штаба бригады выполняет точно и в срок. С января м-ца работает зубным врачом бригады, одновременно выполняя задания по разведке. Смелая и отважная патриотка Социалистической Родины».
Екатерина Яковлевна воевала до сентября 1943 г., потом по здоровью была направлена в Советский тыл.
Второй разведчицей бригады в 1941 году была Бабурина Валентина Ивановна 1922 г.р. – медсестра больницы из Лесного района Калининской области. Летом 1941 года она, как и Е.Я. Данилова, была зачислена в рабочий батальон №12 на строительство оборонительных сооружений под Осташковым. Оттуда вошла в состав 2-ой Особой бригады. Работала медсестрой, заведовала бригадной аптекой, была начальником санчасти бригады и, конечно, разведчицей. Воевала до марта 1944 г., с декабря 1943 г. в составе 10-ой Ленинградской партизанской бригады.
Наградной лист:
«Фамилия, имя и отчество: Бабурина Валентина Ивановна
Воинское звание: ст. мед. сестра
С 15.8.41 г. по 1.1.1942 г. работала в качестве разведчицы при разведотделе бригады. Неоднократно проникала в расположение немецких гарнизонов и приносила ценные данные о противнике. Принимала участие в боях, проявляя при этом стойкость и мужество. С 1.1.42 г. работает нач. санчасти бригады, исключительную работу проявляет о раненых бойцах и командирах. Смелая и бесстрашная патриотка Родины».
Литература
1. ЦГАИПД СПб, ф.Р-116Л, оп.1-2, д.1568, л.85
2. Масолов Н. В. Необычный рейд. - М.: Политиздат, 1972. https://militera.lib.ru/prose/russian/masolov_nv01/index.html
3. ЦГАИПД СПб, ф.Р-116Л, оп.1-2, д.1568, л.24
4. ЦГАИПД СПб, ф.Р-116Л, оп.1-2, д.1568, л.25
5. ЦГАИПД СПб, ф.Р-116Л, оп.1-2, д.1568, л.26
6. ЦГАИПД СПб, ф.Р-116Л, оп.1-2, д.1568, л.103
7. ЦГАИПД СПб, ф.Р-116Л, оп.1-2, д.1560, л.29-34 об.