Одним из ближайших людей Льва Толстого был доктор Душан Маковицкий. Он следил за его здоровьем, освобождал от ненужных забот, доставлял удовольствие общением, всячески помогал и поддерживал.
Лев Николаевич Душана очень любил и ценил, говорил, что тот мог бы почитаться чуть ли не святым, если бы не одна - нелюбовь к евреям. Доктор Душан был завзятым антисемитом и этим всегда расстраивал свой ближний круг.
О том, как Толстой пробовал переубедить своего товарища, изменить его отношения к целому народу - рассказал в своих воспоминаниях последний секретарь писателя Валентин Булгаков.
***
"...Я не говорил еще об этом печальном недостатке Душана Петровича - его антисемитизме. Говорят, это следствие впечатлений детства, проведенного в Венгрии, в области, населенной евреями. Все равно я никогда не мог понять этой странной слабости Душана Петровича. Не понимал ее и Л.Н. [Толстой] и никто из окружающих.
Толстой говорил не раз Душану, что его нелюбовь к евреям - это тот материал, который Бог дал ему для работы над ним и для преодоления в себе этого недостатка. "Если бы не этот недостаток, то Душан был бы святой", - говаривал Л.Н. о своем друге.
- Как можно ненавидеть, не любить целый народ!, - говорил он. Я понимаю, что можно инстинктивно питать нерасположение к некоторым недостаткам евреев, но нельзя же из-за этого осуждать всех: надо, напротив, стараться самому избавиться от этого недоброжелательного чувства как от недостатка. Иначе будешь оказывать сочувствие и поддержку таким человеконенавистническим обществам, как "Союз русского народа", который устраивает еврейские погромы. Евреи притесняемы, находятся в исключительном положении, и их нельзя обвинять в том, что они участвуют во всяком протесте против правительства, участвовали в революции.
Симпатичные черты можно найти у всякого народа. И у евреев есть выдающиеся черты, например, их музыкальность".
Душан Петрович все спорил, не соглашался с Л.Н., и видимо, остался при своем мнении".
...
"...В столовую пришел поздно. Там были Владимир Григорьевич, Душан Петрович и скопец.
- Что это вы вырезали, Душан Петрович, из "Нового времени?", - сказал Л.Н., увидав продырявленный номер суворинской газеты.
Тот начал описывать какие-то "еврэйские" плутни.
- Ах, грех это, Душан Петрович! - покачал Л.Н. головой. - Грех...
- Но... что же, Лев Николаевич!
- Нет, грех, грех, грех! Обращать внимание на это!.. Я не понимаю."
***
(из книги Валентина Булгакова "Дневник секретаря Льва Толстого")