В российских СМИ разлетелась новость о том, что Польша собирается в наступившем году завоевывать Балтийское море. Об этом якобы в новогоднем обращении сказал польский премьер-министр Дональд Туск. На самом же деле политик использовал другое слово, которое в переводе означает не военный захват Балтики, а ее покорение. То есть ни о каком посягательстве на российские территории речи не шло, говорят эксперты. Тем не менее некий избыточный напор в словах Туска прослеживался. Подробнее — в материале ОТР.
Планы Польши на 2026 год
В 2026 году Польша ускорит создание самой сильной армии в Европе и увеличит численность Вооруженных сил с 200 до 300 тысяч человек. Об этом польский премьер сказал в своем новогоднем обращении. Еще Дональд Туск пообещал в наступившем году заняться завоеванием Балтийского моря, сообщило РИА «Новости».
«Это будет год быстрого завоевания Балтики. Нашей, польской Балтики», – заявил премьер.
Также он пообещал, что Варшава начнет «перестройку» польской промышленности, в том числе оборонной. Туск назвал минувший 2025 год «прорывным» для Польши, когда «экономический рост пошел в гору», а «высокие цены закончились».
Российские власти не раз обещали принять все необходимые меры для защиты своих интересов в Балтийском море. Во время прямой линии российский президент Владимир Путин вновь это повторил, подчеркнув, что Москва будет уничтожать угрозы Калининградской области, если они возникнут. Он подчеркнул, блокада будет чревата крупномасштабным конфликтом.
Ничего воинственного?
Новогоднее обращение Туска не выглядит воинственно и милитаристским, сказал в беседе ОТР политолог, независимый аналитик Сергей Станкевич. Он пояснил, что польский премьер использовал слово zdobycie, что переводится как покорение и освоение польской Балтики. Силовое завоевание и захват звучит на польском так: podbój.
«Туск скорее вступает в конкуренцию с внутренними оппонентами в Польше — с националистической коалицией. Он говорит, что никогда не было таких успехов. И с чем можно согласиться, действительно, в Польше сейчас самая устойчивая и благоприятная экономика из всех государств Европы. Дальше у него идет речь о милитаризации экономики, намерены развивать собственный ВПК, и Польша уже близка к 5% военных расходов по отношению к ВВП», – сказал Станкевич.
По словам политолога, у Польши больше возможностей, чем у других стран Европы выделить эти деньги, но каких-то чрезвычайных успехов в военной экономике ждать не приходится. Станкевич уверен, что поляки скорее займутся инфраструктурой. Об этом и говорил в своем обращении Туск.
«И, кстати, именно в связи с инфраструктурой упоминается идея не столько о завоевании, сколько о покорение Балтики, то есть тут немножко такой поэтический образ использован. И это не предполагает взятие под военный контроль, это развитие инфраструктуры на Балтике. То есть превращение польского балтийского побережья в некую активно развивающуюся зону», – пояснил собеседник ОТР.
Тем не менее в речи польского премьера прослеживаются «некий избыточный напор и активизм», в том числе адресованный Балтике. Хотя прямой угрозы пока нет, но сам по себе тон Туска должен быть замечен, уверен Станкевич.
Калининградская область никуда не денется
Польше стоит осознавать, что при всех ее планах на Балтику, Калининградская область никуда не денется, подчеркнул политолог. Эта территория всегда будет под защитой России, а если там все-таки решатся посягнуть на нее, ответ будет незамедлительным.
«Любые попытки взять под контроль Балтику силами НАТО приведут к дополнительной милитаризации Калининградской области, которая так и будет нависать над северным рубежом Польши. Серьезная ситуация на польских границах только усугубится, если здесь что-то неосторожное начать делать, то есть выйти за рамки сугубо экономического развития. Но я думаю, что это скорее риторическое выступление и такой несколько националистический налет, ранее Туску несвойственный. Это следствие внутренней конкуренции политической», – уверен эксперт.
Под крылом Брюсселя
Есть еще одно обстоятельство, которое повлияло на смену риторики Туска, обратил внимание Станкевич. Сейчас в Европе идет трампизация, в которую польский премьер, тесно связанный с брюссельской бюрократией, не вписывается. Именно поэтому он укрепляет свои отношения с другими европейскими лидерами, в том числе и риторически поддерживая идеи, исходящие из нынешнего милитаристского Брюсселя.
«Я думаю, что здесь тоже влияние такого рода союза между Туском и брюссельской бюрократической корпорацией прослеживается. Пока нет каких-то таких прямых угрожающих сдвигов, риторика насчет самой сильной армии в Европе не убеждает. Даже если она будет самой многочисленной в смысле личного состава, то ничего серьезно и угрожающего она представлять из себя не будет. Нет возможности у Польши стать какой-то военной сверхдержавой ни сейчас, ни в будущем», – заметил политолог.
На Польшу нападать никто не собирается, отметил Станкевич, поэтому неясно, зачем Варшаве понадобилось увеличение численности армии.
«Я думаю, что в основном изменения в риторике продиктованы личными и партийными интересами Дональда Туска, но это не какой-то стратегический разворот в польской политике», – заключил собеседник ОТР.