— Андрюша, ну зачем ты ее привел? — шепот свекрови, Тамары Павловны, был слышен, кажется, даже на кухне. — У нас юбилей, приличные люди соберутся. А она... в этом своем сарафане. Сразу видно — деревня.
Я стояла в прихожей, делая вид, что поправляю туфли. Андрей, мой муж, виновато посмотрел на меня.
— Мам, перестань. Катя — моя жена.
— Жена... — фыркнула свекровь. — Голодранка она, а не жена. Ни квартиры, ни машины, ни образования нормального. Охмурила тебя, москвича, ради прописки.
Я привыкла. За два года брака я слышала это сотни раз. Я молчала. Я не рассказывала им, чем занимаюсь. Зачем? Андрей знал, что я "работаю в сфере обслуживания". Для свекрови это означало "поломойка" или "официантка".
Сегодня у Тамары Павловны был юбилей. 60 лет. Она заказала банкет в одном из лучших ресторанов города — "Империя".
— Ладно, идемте, — скомандовала свекровь, поправляя бриллиантовое колье (кредит на которое Андрей будет платить еще год). — Только ты, Катя, сиди и помалкивай. Не позорь нас перед гостями. Там будут мои подруги из министерства!
Мы приехали в ресторан. Зал сиял золотом и хрусталем. Официанты в белых перчатках сновали между столами.
Тамара Павловна расцвела.
— Вот это уровень! — громко восхищалась она. — Видите, девочки? Я могу себе это позволить!
Гости расселись. Я села с краю, как и было велено.
Вдруг к нашему столу подошел управляющий, статный мужчина в дорогом костюме. Свекровь тут же выпрямила спину.
— Добрый вечер! Все ли вам нравится? — учтиво спросил он.
— О, да! — жеманно ответила Тамара Павловна. — Кухня великолепна. Передайте шеф-повару мою благодарность. Я, знаете ли, разбираюсь в высокой кухне.
— Обязательно передам, — улыбнулся управляющий. — А еще... позвольте уточнить один момент у владелицы.
Он повернулся и посмотрел... на меня.
— Екатерина Сергеевна, — почтительно наклонил голову он. — По поводу десерта. Шеф спрашивает, подавать "Анну Павлову" или ваш фирменный тирамису, как вы утверждали в новом меню?
В зале повисла тишина. Слышно было, как звякнула вилка о тарелку у одной из "подруг из министерства".
Тамара Павловна застыла с открытым ртом. Она переводила взгляд с управляющего на меня и обратно.
— Катя? — прохрипела она. — Какая владелица? Она же... она же из деревни!
Я спокойно взяла салфетку, промокнула губы и посмотрела на свекровь.
— Из деревни, Тамара Павловна. Все верно. Я там выросла. А потом приехала в Москву, открыла маленькую кофейню, потом вторую... А три года назад выкупила "Империю". Кстати, Андрей мне помогал с ремонтом, у него золотые руки.
— Андрей? — свекровь повернулась к сыну. — Ты знал?!
— Знал, мам, — улыбнулся Андрей. — Катя просила не говорить. Не хотела хвастаться.
— Но... но... — Тамара Павловна хватала ртом воздух, как рыба. — Почему ты молчала? Я же тебе... я же тебя...
— Голодранкой называли? — подсказала я. — Слышала. Знаете, Тамара Павловна, деньги не делают человека интеллигентом. Воспитание — вот что важно.
Я повернулась к управляющему.
— Артем, подавайте тирамису. И шампанское за счет заведения. В честь юбилея моей... любимой свекрови.
Весь вечер Тамара Павловна сидела красная как рак и не смела поднять на меня глаза. Подруги шептались и смотрели на меня с уважением.
А когда мы уходили, свекровь подошла ко мне и тихо, сквозь зубы, выдавила:
— Спасибо... Екатерина Сергеевна.
— Можно просто Катя, — улыбнулась я. — Мы же семья. Пока что.
Как вы думаете, изменятся ли отношения свекрови к невестке после этого? Или зависть станет еще сильнее?