Катерина Сфорца - внебрачная дочь герцога Миланского , графиня Имолы и Форли, была известна своим крайне жестоким характером. В её жизни было 3 мужа и 8 детей, она воевала с мечом и в доспехах против французов, венецианцев, даже против папской армии под командованием Чезаре Борджиа , которая в 16 раз превышала численность ее войска. Катерину прозвали Львица из Романьи и Тигрица из Форли. Когда её выдали замуж в первый раз за племянника Римского папы Сикста IV ей было всего 10 лет. Муж Джироламо Риарио был зверски убит во время визита в Форли матери и сестры Катерины Сфорца . Вот как это происходило - отрывок из книги Ирины Терпуговой "Львица из Романьи ":
"Три женщины мило общались в муниципальном дворце Форли, где жила семья Риарио. Они расположились в покоях Катерины, которая приказала принести туда десертное вино, сладости, засахаренные орехи и фрукты. Вокруг них суетились Елизавета и другие служанки. Когда начало темнеть - графиня распорядилась, чтобы детей укладывали спать. Но сама она даже не собиралась прекращать общение с мамой и сестрой.
Джироламо Риарио в это время находился один в зале Нимф и пересматривал какие-то документы. Он был уже достаточно пьян, как почти каждый вечер. Вдруг в дверь постучали.
- Кто там? – беспокойно крикнул Джироламо.
Вошёл его секретарь и доложил:
- Господин граф, ваши друзья и верные подданные Людовико и Чекко Орси желают вас видеть по какому-то важному делу, о котором они хотят доложить только вам лично. Вместе с ними ещё 2 синьора.
- Впускайте! Надеюсь, они, наконец-то, решили вернуть мне долг, - с облегчением велел Риарио.
Секретарь открыл дверь кабинета и вошли братья Орси. Они любезно приветствовали своего господина издалека.
- Какие у вас дела ко мне, господа? – спросил Джироламо.
- Мы принесли вам очень важное письмо, в котором ручаемся уплатить все наши долги в течение недели. Оно скреплено нашими подписями и печатями, - заявил Кекко.
- Так что же ты там стоишь так далеко? Подойди ближе и дай мне это письмо. Скорее! – нетерпеливо приказал граф.
Кекко и Людовико приблизились к столу. Первый склонился над Риарио, засунул руку за пазуху, как бы в поисках письма и вытащил нож.
- Что ты собираешься делать, безумец! – крикнул в ужасе Джироламо, увидев кинжал в руках у друга.
- Вершить правосудие! – злобно ответил Кекко и воткнул кинжал в грудь графа по самую рукоятку.
Но удар оказался не смертельным. Риарио упал со стула и пополз в сторону двери, громко крича проклятия и взывая о помощи. Тогда в кабинет ворвались Ронки и Пансекки, накинулись на жертву вместе с Людовико Орси и забили графа до смерти 23-мя ударами кинжалов. Кровь хлестала из всех ран уже мертвого тела Риарио и заливала пол кабинета. Слуги быстро разбежались и один из них направился в покои графини, чтобы предупредить её о случившемся.
В это время заговорщики доволокли тяжёлый труп графа до окна, подняли его и выбросили прямо на центральную площадь Форли, на которой стоял дворец. Катерина с матерью и сестрой все ещё мило болтали и наслаждались сладким вином, как вдруг они услышали страшные крики. Распахнулась дверь и вбежала Елизавета, а за ней слуга, который был свидетелем убийства графа. Он упал на колени перед графиней, дрожа от страха, и Катерина все поняла без слов.
«Это свершилось, - подумала она, - Джироламо мертв».
Но графиня сделала вид, что ни о чем не подозревает, и крикнула:
- Что случилось? Почему на тебе кровь? Говори скорее!
- Госпожа! Ваш муж убит и его тело выброшено из окна на площадь! Это Орси! Спасайтесь, скоро они будут здесь!
- Надо действовать быстро! - сказала Катерина юноше. - Беги сейчас же из дворца в крепость Равальдино и передай Томмазо Фео, чтобы он не сдавал Орси цитадель ни при каких условиях. Даже если я сама его буду об этом умолять. Постой! Передай ему вот это.
Графиня Риарио быстро написала какие-то инструкции на листке бумаги и передала слуге.
- И ещё, отправь двух гонцов - одного в Болонью, а другого в Милан. Пусть они обо всем расскажут моему дяде и Джованни Бентивольо, а потом попросят их о помощи. Без них нам не одолеть Орси. К тому же, наверняка, они не одни виновны в убийстве моего мужа.
Как только юноша скрылся за потайной дверью, послышались тяжёлые шаги и лязг оружия. Затем в покои Катерины вошли братья Орси со своими сообщниками.
- Госпожа Риарио, вам уже донесли, как я вижу, что граф внезапно скончался! – произнес Людовико.
- Земля ему пухом, - невозмутимо ответила Катерина, - но что вы делаете в моих покоях? Я вас, кажется, не приглашала! Как вы посмели прервать мой разговор с сестрой и мамой?
- Хватит делать вид, что вы ничего не понимаете! – закричал разозленный Кекко, - вы все теперь наши пленники! Вы, ваши дети, которые заперты в их комнатах под присмотром наших людей, ваши сестра и мать! Все! И если мы захотим, то мы вас всех убьем одного за другим! А начнем мы прямо с вас, мадонна!
- Я так не думаю, - хладнокровно ответила графиня, - крепость Равальдино под надёжной охраной Томмазо Фео. Он верен только мне и графу Риарио. Вы можете свергнуть нашу власть в Форли, но крепость вам захватить не удастся! И если вы меня убьёте, то лишитесь последнего человека, который может вам помочь взять фортификацию.
Этого Орси не ожидали. Они думали, что графиня, как любая другая женщина на её месте, начнет в ужасе плакать и умолять помиловать её и детей. А потом сама отведет их к Равальдино и сдаст им крепость вместе с ключами от неё. Кекко и Людовико поняли, что их отец был прав. Они, действительно, недооценили графиню Риарио. Катерина тем временем села обратно в кресло, успокоила Кьяру и Лукрецию и предложила им ещё немного вина.
Заговорщики долго совещались между собой и, наконец, велели женщинам собираться. Они связали им руки цепями, вывели вместе с детьми из дворца и повели к форту Равальдино. Когда пленников проводили по центральной площади мимо лужи крови, в которой лежало тело убитого Риарио, Катерина посмотрела в его сторону и подумала:
«Прощай, муженёк. Гореть тебе в Аду вечным пламенем».
Народ Форли тем временем ринулся грабить дворец и началась настоящая свалка. Толпа убила также доверенное лицо графа Риарио - верного Катерине городского пристава Антонио Монтекки. Теперь на центральной площади находились уже 2 окровавленных трупа, на которые набросилась толпа мужчин, раздирая их на части. Когда ажиотаж немного поутих, члены монашеского братства Баттути Нери перевезли на телеге тела убитых в церковь Гроба Господня для захоронения.
Тем временем Людовико Орси со своими людьми привели Катерину с матерью, сестрой и детьми к Равальдино и начали кричать кастеляну, чтобы он сдал крепость.
- Я подчиняюсь только графу Риарио! Если он убит, то крепость я сдам лишь его детям! – крикнул в ответ Томмазо Фео, которого гонец успел предупредить о случившемся и передать записку Катерины.
Как ни угрожали заговорщики убить графиню, и сколько ни умоляла коменданта сама Катерина, Томмазо был непреклонен в своем решении. Он прекрасно знал, что Орси не осмелятся поднять руку на племянницу герцога Миланского Людовико Сфорца и её детей. Вскоре совсем стемнело и заговорщики решил заточить Катерину с семьёй на ночь в башне над городскими воротами, а завтра продолжить попытки захвата крепости. Они приставили ко входу 12 стражников, чтобы те охраняли узниц с детьми. Только Орси не знали, что это были люди, преданные Катерине Сфорца. Графиня тут же отправила одного из них в крепость Равальдино с дальнейшими инструкциями для Томмазо Фео.
Кекко Орси на следующее утро собрал городской совет с целью решить судьбу Форли. Он хотел, чтобы город стал автономной республикой, управляемой магистратами. Но городской глава предупредил Орси, чтобы они и пальцем не трогали Катерину и её детей. Иначе им придется иметь дело с герцогом Миланским. На совете после долгих споров было решено передать пока власть кардиналу Джованни Баттиста Савелли, который на тот момент находился в Чезене. Таким образом они хотели отдать уважение церкви, раз Форли когда-то был частью Папского государства.
По вызову гонца кардинал срочно приехал срочно в город, чтобы вместе со всеми решить судьбу вдовы Риарио. Затем братья Орси снова привели связанную Катерину и её детей к крепости в надежде, что на этот раз она убедит коменданта сдаться. У них не было выбора, ведь убить графиню заговорщики теперь точно не могли. Теперь она находилась под охраной кардинала Савелли. Тем временем гонцы вдовы Риарио скакали с ее посланиями о помощи не только в Болонью и Милан, но и во Флоренцию, а также в Рим к папе Иннокентию VIII.
«Я знаю, что вы ненавидели моего мужа, потому что он причастен к убийству вашего брата Джулиано. Но в этом нет ни моей вины, ни моих детей. Я ни о чём не знала, а мои дети тогда даже ещё не родились, кроме Бьянки. Вспомните, что мой отец Галеаццо Мария Сфорца был вашим другом и союзником. Вспомните наш визит во Флоренцию и как вы принимали нас. Я так же, как и вы, скорбела о смерти Джулиано» - писала Катерина Лоренцо Великолепному.
Графиня знала, что Медичи так и не прислал своих людей в помощь братьям Орси. Поэтому она надеялась на его милость по отношению к ней и её детям. Но главная надежда Катерины был герцог Милана и его многочисленная армия. Когда начались переговоры с Томмазо Фео, тот для виду сначала сопротивлялся, но потом неожиданно сдался. Такими были инструкции вдовы Риарио.
- Хорошо, я принимаю ваше предложение! Но я сдам крепость только при одном условии. Госпожа графиня войдёт в замок одна, без сопровождения, выплатит мне всю зарплату и напишет рекомендательное письмо, в котором она укажет, что я не был трусом и предателем, а сдал фортификацию по её личному приказу! - крикнул Фео.
- Ты что, за дураков нас принимаешь? Одну мы её никогда не отпустим! – обозлился Кекко.
- Подожди, - остановил его Людовико, - у нас же остаются в заложниках её дети. Эта ведьма не посмеет нас обмануть. Иначе мы пригрозим, что убьем их всех на её глазах. Давай примем условия.
- Хорошо, мы согласны! - крикнул Кекко Томмазо. – Но при одном условии! Графиня должна находиться в крепости не больше трёх часов!
- Договорились! – согласился кастеллян.
Подъемный мост начал медленно опускаться, Кекко Орси освободил Катерину и подтолкнул её с сторону фортификации. Вдова Риарио не спеша подошла к крепости, дождалась, когда мост опустится до конца, вошла внутрь и мост начал так же медленно подниматься. Вдруг Катерина резко обернулась, показала ничего не ожидавшим заговорщикам две фиги и быстро скрылась внутри.
Ошеломлённые браться кинулись за ней, но было уже поздно. Мост поднялся до конца и графиня оказалась в недосягаемости. Она тут же приказала Томмазо направить пушки в сторону Форли, расставить стражников в стратегических местах, чтобы они наблюдали за каждым передвижением заговорщиков, а сама спокойно вышла на стены.
Кекко и Людовико поняли, что ведьма обвела их вокруг пальца. Но они не собирались уступать и подвели детей Катерины близко к крепости. Мальчики выглядели напуганными, 10-летняя Бьянка держала самого младшего Франческо Сфорцино на руках и с надеждой смотрела на мать. Мужчины приставили ножи к горлу каждого ребенка, чем ещё больше напугали малышей. Крик и плач был душераздирающий.
- Мама, мама, спаси нас! – кричал Оттавиано.
- Вы нас обманули, госпожа Риарио! - закричал Кекко Орси. - Но вы за это поплатитесь! Сейчас мы на ваших глазах перережем горло всем вашим ублюдкам, одному за другим. И начнем, пожалуй, с самого младшего!
Увидев своих детей с приставленными к горлу кинжалами, Катерина пришла в такую ярость, что у неё потемнело в глазах. Из её горла вырвался такой зловещий крик, который напоминал даже не человеческий, а рычание какого-то зверя. То ли льва, то ли тигра. Женщина превратилась в чудовище, которое могло разорвать на части любого, кто осмелится приблизиться к ней. Не помня себя от гнева, графиня резко подняла юбку, показала заговорщиками голые гениталии (в эпоху Возрождения женщины ещё не носили трусы и другое нижнее белье) и в бешенстве закричала:
- Делайте, что хотите! Можете убить моих детей у меня на глазах! Ведь у меня ещё есть формочка, чтобы сделать новых! И каждый ребенок, который родится от меня, будет вашим смертельным врагом!
При этом рыжие волосы вдовы развевались от ветра над головой, образуя что-то похожее на гриву льва. А потемневшие от ярости зелёный глаза сверкали на бледном лице, как глаза хищного зверя. Теперь облик Катерины Сфорца мог напугать любого человека, который увидел бы её неожиданно, не зная обстоятельств гнева графини. Вместо красивой и ухоженной женщины на стенах фортификации стояла грозная воительница с перекошенным от злобы лицом и мечом в руке, готовая крушить все и всех вокруг себя.
Этот бесстыжий жест и безумные слова Катерины произвели такое впечатление на Орси и всех остальных мужчин, что они застыли с открытыми ртами. Их руки при этом ослабли и ножи попадали на землю. Впервые в жизни заговорщики видели не женщину, а какую-то мегеру, которая была готова пожертвовать своими родными детьми. Они даже не подозревали, какого зверя разбудили в душе графини".
Полностью книгу о Катерине Сфорца можно прочитать тут
Или тут