Осенью 1941 года немецкие войска рвались к Москве. 16 октября немцы заняли Пено, к 4 декабря линия фронта протянулась по южному берегу оз. Волго, через Селижарово до Калинина. По западному берегу озера Селигер стояла немецкая 123 пехотная дивизия. Ее разведбат активно участвовал в карательных операциях в Серёжинском и Ленинском районах, вокруг сел Марёво и Молвотицы, где было много дивизионных складов. Возле Пено в операциях против партизан участвовали две роты противотанкового дивизиона 253 пехотной дивизии. В Андреаполе (Дубно) стояла ещё одна рота противотанкового дивизиона 253 пд, а в октябре-ноябре там размещался полк кавбригады СС. В Молвотицком, Демянском и в Холмском районах карательные акции проводил разведбат 12 пехотной дивизии. Южный берег оз. Волго и Селижарово занимали части 253 и 102 пд, восточнее находилась 251 пд.
От Невеля, севернее Великих Лук и до озера Наговье, проходила граница раздела групп армий: южнее этой границы располагались дивизии, входившие в XXIII корпус группы армий «Центр» (253 пд, 251 пд и др.), а севернее располагались войска II армейского корпуса 16 армии группы армий «Север». За охрану территории нынешней Псковской области, которая относилась к Тыловому району 16 армии, отвечали части 281 охранной дивизии. Батальоны этой дивизии охраняли железную дорогу Резекне – Новосокольники – Великие Луки, они же охраняли линию Новосокольники – Дно. Участок железной дороги от Великих Лук до ст. Торопец охраняли подразделения 403 охранной дивизии – 705 охранный батальон и 85 охранный полк.
К октябрю 1941 года в Торопец прибыла 1-ая кавалерийская бригада СС. Группа армий «Центр» поручила ей охрану железной дороги от ст. Торопец до ст. Андреаполь и охрану района от партизан. В ноябре разведбат кавалерийской бригады СС действовал против партизан в районе Нелидово и Базары (Старая Торопа).
Начальник штаба Северо-западного фронта Н.Ф. Ватутин и начальник разведотдела штаба СЗФ К.Н. Деревянко с июля 1941 года приступили к организации разведывательно-диверсионных подразделений, которые получили наименование Особых партизанских бригад. Была создана 1-ая Особая и 2-ая Особая партизанские бригады. Командовать 2-ой Особой было поручено майору А.М. Литвиненко, комиссаром бригады был назначен ст. политрук В.И. Терехов, начальником штаба – ст. лейтенант А.П. Белаш, а начальником разведки стал лейтенант А.В. Герман. Бригаде для действия были определены Осташковский, Андреапольский, Торопецкий, Пеновский, Серёжинский районы Калининской области и Молвотицкий район тогдашней Ленинградской области.
Первоначально состоящая из двух небольших отрядов и отряда штаба, бригада быстро росла. В ноябре в состав бригады были включены Пеновский (83 чел.) и Серёжинский (36 чел.) партизанские отряды. В ноябре в состав бригады вошел возвращающийся из немецкого тыла отряд им. Чкалова под командованием политрука С.Д. Пенкина и воентехника В.А. Паутова. Бригада почти ежедневно пополнялась за счет местного населения и красноармейцев, находившихся в окружении, а также за счет бойцов и командиров, бежавших из плена. Уже к зиме 1942 года бригада имела численный состав 220—250 чел. Основными задачами были: разведка в тылу противника, диверсионные операции по уничтожению железных и шоссейных дорог, мостов, немецких гарнизонов, складов и линий связи. Также важной была деятельность по информированию местного населения об успехах Красной Армии, по установлению в тылу врага советской власти, уничтожению старост, бургомистров, агрономов, работающих на противника. Особенным достижением партизан являлся воинский парад, впервые в истории Великой Отечественной войны проведенный в тылу противника в честь XXIV годовщины создания РККА. Парад состоялся в Пустошкинском районе Калининской (ныне Псковской) области 23 февраля 1942 года.
С октября 1941 года по 20 января 1942 года 2-ая Особая действовала в районе Осташков, Пено, Андреаполь, Торопец, а затем двинулась на запад в Великолукский, Новосокольнический, Пустошкинский, Опочецкий районы.
Хорошо экипированная (личный состав в валенках, в белых овчинных полушубках, с красными лентами на меховых папахах), с большим количеством автоматических винтовок СВТ, с автоматами ППД, с пулеметами, установленными на санях, бригада шла маршем от Осташкова на запад. Партизаны шли днём, не таясь. Впереди, прокладывая маршрут, проходила конная бригадная разведка, вместе с колонной в белых маскхалатах шёл отряд молодых партизан-автоматчиков на лыжах. Один только вид колонны 2-ой Особой производил сильное впечатление на местное население, вселяя уверенность в грядущей Победе. В донесениях немцы в панике писали, что к ним в тыл прорвались регулярные части Красной Армии.
В феврале-марте 1942 г. развернулись тяжелые бои с немецкими карательными частями. Бригада была вынуждена уйти в Опочецкий и Красногородский районы. Отряд под командованием лейтенанта М.Ф. Ганева и комиссара И.И. Сергунина совершил отвлекающий рейд в Идрицкий, Себежский, Россонский районы. К концу марта бригада соединилась в Новосокольническом районе и, перейдя линию фронта в Локнянском районе, вышла в советский тыл. В мае-июне 1942 года бригада была пополнена и из неё была создана 3-я Ленинградская партизанская бригада под командованием А.В. Германа.
Но вернемся в осень и зиму 1941 года. 2-ая Особая атаковала гарнизоны в районе села Молвотицы, Андреаполя и Торопца, ее Серёжинский отряд действовал у Марёво и Бологово, а Пеновский – юго-западнее Пено. Постоянный маневр позволял отрядам проводить успешные операции.
Действиям наших войск помогала и природа. Снег в 1941 году выпал очень рано – уже после 3 ноября в немецких журналах боевых действий фиксируется высота снежного покрова до 5 сантиметров. Снег завалил все железные и автомобильные дороги, мешая подвозу боеприпасов и продовольствия. Морозы, которые в ноябре были не очень сильными – до минус 6-8 градусов, к концу декабря скакнули до минус 25-30! Немцы в послевоенных воспоминаниях оправдывались действиями «генерала Мороза», говорили про мороз до минус 60 градусов по Цельсию, но это не правда. Мёрзли и наши бойцы. Комиссар отряда 3-ей ЛПБ и 2-ой Особой И.И. Сергунин в своём дневнике даже спустя год после операции у села Молвотицы вспоминал, как они насмерть замерзали в лесу в ожидании момента атаки на немецкий гарнизон.
Закончив формирование в октябре 1941 г., 2-ая Особая выходила из Осташкова в тыл врага. Первыми в конце октября 1941 года за линию фронта ушли отряды лейтенантов В.О. Тарасюка и В.И. Загороднюка. 9 октября Тарасюк дает радиограмму в штаб бригады: «Нашим отрядом 6-го октября уничтожено 4-е автомашины бомб, 20 мотоциклов, 40 велосипедов. Есть убитые и раненые, у нас потерь нет. Движемся на Серёжино. Высылайте Север и БАС». [ЦГАИПД СПб, ф.Р-116Л, оп.1-2, д.1563, л.51об.]
К 20 октября отряд Загороднюка у д. Дорофеево начал действовать совместно с отрядом осташковских партизан под командованием Н.А. Ермолаева. Отряд партизан из г. Пено под командованием Филимонова со 2 по 6 ноября взорвал 5 автомашин с пехотой и боеприпасами. Было убито и ранено более 30 немцев.
22 ноября отряд под командованием лейтенанта М.Ф. Ганева был послан для проведения диверсии на ж.-д. Торопец-Андреаполь.
Ганев сделал запись в своем дневнике: «21 ноября. Заминирована ж.-д. линия в районе Прудишкино. По данным населения был пущен под откос эшелон с немцами и техникой, в результате чего много было жертв и раненых, а уцелевших невредимых немцев построили и повели пешком в Андреаполь, линия была 2-ух колейная и заминированы все четыре рельсы - электрокоробками с 6-8 шашками на рельсу. Команда, находящаяся в 8 км от ж.-д., и мы слыхали глухой взрыв в 4.00 22 ноября 41 года. А до этого за полчаса был слышен гудок паровоза, подъезжавшего к мосту Прудишкино. Эшелон шел из Торопца» [ЦГАИПД СПб, ф.Р-116Л, оп.1-2, д.1574, л.4-4 об.].
Штаб 1-ой кавалерийской бригады СС сообщил командованию группы армий «Центр»: «22.11.1941. Диверсия с использованием взрывчатки на железнодорожном перегоне Торопец – Дубно. Ущерб устранён к 15.00» [BArch, RH 22/226, f.274]. Станция Андреаполь в немецких документах часто именовалась Дубно.
Охранявшие железную дорогу подразделения 403 охранной дивизии еще несколько дней сообщали об атаках партизан: «24.11: К западу от Торопца произошла перестрелка с группой партизан. Враг понес значительные потери. У нас потерь нет.
У Мартисово, в 20 км к востоку от Торопца, отбит налет партизан на железнодорожную охрану. Организованное преследование не увенчалось успехом.
25.11: Нападение на отряд 85 охранного полка к востоку от Торопца, которое удалось отбить». [NARA, T315, Roll 2206, f.112].
24 ноября штаб СЗФ отдал приказ в ночь на 28.11 налетом уничтожить штаб в Молвотицы. Рядом, в д. Заборовье, радиоразведка СЗФ зафиксировала работу мощной радиостанции противника, которую также необходимо было уничтожить. Первоначально эта операция была поручена Серёжинскому и Пеновскому отрядам, но затем на Молвотицы выдвинулся объединённый отряд №1 и №6 под командованием лейтенанта Ивана Афанасьевича Логинова. Комиссаром объединенного отряда был «чкаловец» Л.М. Воскресенский, а начальником штаба – «чкаловец» В.А. Паутов. К тому времени радиостанция из д. Заборовье уже была передислоцирована, а атака на Молвотицы сорвалась. Были разгромлены гарнизоны в д. Манцы и в д. Заборовье.
Следующей операцией бригады был налёт на гарнизон и склады, которые располагались в Андреаполе. Немецкий гарнизон Андреаполя состоял из 1‑ой роты противотанкового дивизиона 253 пехотной дивизии. Для проведения операции выдвинулся отряд №1 под командованием лейтенанта И.А. Логинова и комиссара И.И. Иванова. В составе отряда действовала группа лейтенанта М.Ф. Ганева.
Журналист Николай Масолов в книге о 2-ой Особой так описывал события, предшествующие этой операции: «...Деревня Малая Переволока. У околицы добротная изба. Здесь разместился партизанский штаб. В помещении один Белаш. Остальные командиры в отрядах. Порывисто распахивается дверь. Входит заиндевевший комбриг. В глазах обычная лукавинка.
— Ну как, старший лейтенант, долго еще над радиограммой мудрить будем? Ведь, кажется, все яснее ясного.
— Да. Приказ прост. Я его, Леонид Михайлович, на память выучил, — Белаш встал и, чеканя слова, произнес: — «Разведайте срочно и донесите систему обороны противника треугольника Молвотицы, Андреаполь, Холм».
— Ну и что же мы предпринимаем, товарищ начштаба?
— Завтра воскресный день. В Андреаполе будет базар. Отправляем туда трех наших «торговок». В Молвотицы уже ушли «нищие». Тоже тройка. Мигров с группой конных разведчиков постарается добыть данные с помощью населения деревень, лежащих вокруг Холма.
— И все?
— Пока все.
— Но мы уже кое-что знаем. К примеру, где находится склад боеприпасов в Андреаполе.
— Знаем. Наведем на него авиацию.
— Не то гуторим, старший лейтенант. Самолеты фронту позарез нужны.— В глазах комбрига опять появилась плутоватая улыбка.— Пусть уж склад на нашей совести будет. Гитлеровцы боятся бомбежки, но не партизанской взрывчатки. Гарнизон сейчас в городе большой — до тысячи штыков и сабель. Его командир и в мыслях не держит, что кто-то извне осмелится проникнуть к складу. А мы осмелимся. Ясно?...» [Масолов Н. В. Необычный рейд. — М.: Политиздат, 1972. — 152 с.]
Лейтенант Иван Афанасьевич Логинов, 1902 г.р., был кадровым военным, закончившим в 1928 г. Омское пехотное училище. В начале войны он был командиром пехотного батальона 524 сп 112 сд. Вместе с дивизией Логинов попал в окружение 22 армии под Невелем. Батальон был рассеян, а его командир попал в плен. Из плена бежал. Бойцы и командиры 112 сд составили костяк партизанского отряда им. Чкалова, одного из первых партизанских отрядов, действовавших на территории Невельского района и Белоруссии. Во 2-ой Особой Логинов в нескольких операциях командовал отрядом №1, а затем был начальником 1-ой части штаба бригады. Погиб Иван Афанасьевич осенью 1942 г. во время выхода из Партизанского края, вернулся за оставленным на привале автоматом и был застрелен немецким патрулём. Где могила И.А. Логинова – до сих пор не установлено.
Комиссар Иванов Иван Иванович, 1892 г.р., был из Красногородского РК ВКП(б). Участвовал в нескольких боевых операциях. Погиб 11 февраля 1942 г. в д. Барканы Опочецкого района.
8 декабря отряд Логинова в 16.50 достиг д. Лебедево. Штаб бригады радиограммой дал приказ установить связь с партизанским отрядом Андреаполя. Штаб полагал, что отряд должен находиться в районе д. Баженово, северо-западнее Андреаполя. В случае обнаружения партизан, Логинов должен был подчинить отряд себе. Но найти андреапольский отряд не удалось.
9 декабря отряд Логиинова достиг намеченного исходного пункта д. Жаберо и выслал разведку в район атаки. Разведка установила большое движение по большаку Пено-Андреаполь. В деревнях Горка, Троскино, Черново – немецкие гарнизоны. Вокруг Андреаполя – минные поля.
«Литвиненко
от Логинова в 16.30 9.12.41.
дер. Жаберо
Разведкой установлено: большое движение крытых машин Пено-Андреаполь; Андреаполь кругом заминирован. Подход невозможен. Группа разведчиков Ганева наскочила на мину, взорвался только взрыватель. Трудно установить наличие проходов по случаю заноса снегом.
Горка, Курово, Троскино, Чернево – немцы. Количество гарнизонов не установлено. Подход к Андреаполю возможен только через Курово с боем.
Из Торопца в 12.00 час 9.12 на Андреаполь прошел поезд и спешно ушёл обратно на Торопец. За Андреаполем из-за невозможности подхода разведки наблюдение не проведено. Расположен в сожжённой деревне Жаберо в оставшихся 4-х домах. С утра 10.12. высылаю дополнительную разведку. Прошу указаний.
Логинов
Иванов
P.S. С продвижением к Андреаполю [неразб.]… вражескими гарнизонами в деревне может быть закрыт и отходить придется через минные поля.
Логинов
Иванов» [ЦГАИПД СПб, ф.Р-116Л, оп.1-2, д.1568, л.93]
Штаб бригады запросил у штаба СЗФ поддержку с воздуха: «Прошу бомбардировкой ж.-д. станции Андреаполь, строений южнее, поддержать налет отрядов бригады [на] склады и скопления живой силы. Штурм отрядами [в] 21 час» [ЦГАИПД СПб, ф.Р-116Л, оп.1-2, д.1563, л.117].
Штаб СЗФ ответил: «Авиация будет. Укажите время бомбардировки. Уточните объекты» [ЦГАИПД СПб, ф.Р-116Л, оп.1-2, д.1563, л.62].
Логинову были посланы радиограммы: «Вызываем авиацию [для] бомбардировки Андреаполя. Ваш штурм [в] 21 час» [ЦГАИПД СПб, ф.Р-116Л, оп.1-2, д.1563, л.117] и «Немедленно молнировать объекты бомбардировки». [ЦГАИПД СПб, ф.Р-116Л, оп.1-2, д.1563, л.119об.].
Но авиация СЗФ не смогла нанести удар. Атака была перенесена на следующий день.
10 декабря бригада снова послала просьбу об авиационной поддержке операции: «Прошу в 20 час бомбардировать ж.-д. станцию Андреаполь, строения южнее, д. Курово. Атака отряда после бомбардировки» [ЦГАИПД СПб, ф.Р-116Л, оп.1-2, д.1563, л.120].
Отряду была послана радиограмма: «Логинову. [В] 20 час. 10.12. вызываем авиацию [для] бомбардировки Андреаполя. Ваша атака после бомбардировки. [В] случае не вылета авиации атака в 22 часа. Целеуказания, взаимодействия [будут даны] дополнительно» [ЦГАИПД СПб, ф.Р-116Л, оп.1-2, д.1563, л.119об.].
Логинов ответил штабу бригады:
«Литвиненко
от Логинова
дер. Жаберо в 12.20 час 10.12.41.
Боевое донесение
Приказание получил в 12.00 час 10.12.41. Предварительной разведкой (местных жителей) установлено: в дер. Курово немцев нет. Поэтому проход свободный. Вчера в Курово была машина с 4 человек.
Выслана дополнительная разведка через гр-на дер. Курово с задачей: пребыванием в Андреаполе установить количество гарнизона, мест расположения его, систему охраны, места остановок легковых машин, места расположения складов горючего и боеприпасов, пути подхода, направление движения машин, остановки на ночлег. Время разведки до 18.00 час 10.12.
Учитывая конец разведки в 18.00 часов, к этому времени, т.е. к 20.00 час. отряд не сможет выдвинуться для совместных действий с авиацией в район Андреаполя. Прошу время для штурма совместно с авиацией установить в 22.00 час. 10.12.
Радио вечером не работало по причине не работы Вашей станции.
Отряд готов будет к выступлению для выполнения задачи в 19.00 час. 10.12. До места операции нужно покрыть до 9 км, для чего понадобится 3 часа. Следовательно, операцию начну не раньше 22.00 час.
Ракетницы и ракет нет Остальные указания принимаю к исполнению. Прошу Вашу радиостанцию работать в указанное нами время.
Логинов
Иванов» [ЦГАИПД СПб, ф.Р-116Л, оп.1-2, д.1568, л.94]
Опять самолеты СЗФ поддержать партизан не смогли.
11 декабря отряд сообщил в штаб по радио: «Операция началась в 2 часа 10 декабря. Результаты пока не известны. Сообщу позднее» [ЦГАИПД СПб, ф.Р-116Л, оп.1-2, д.1563, л.63].
Вот как об атаке после войны вспоминал К.В. Гвоздев: «Как-то разведка донесла: в Андреаполе крупный склад боеприпасов. Герман доложил об этом Литвиненко. Комбриг решил уничтожить склад.
Два отряда приблизились к населённому пункту и залегли. Специальная группа под руководством Григория Быкова в маскировочных халатах должна была снять часовых, без шума разделаться с охраной в караульном помещении, затем вывезти боеприпасы, нужные бригаде, а остальные взорвать.
Всё прошло хорошо, но попасть на склад не удалось, — помешала расположенная неподалёку от склада в каменном доме огневая точка врага. Тогда Быков приказал взорвать склад. Первая «шумная» операция обрадовала и нас самих, и местных жителей — они думали, что сюда прорвались части Красной Армии. Видимо, по этой же причине фашисты даже не преследовали нас после диверсии». [Горят костры партизанские : Воспоминания партизан — участников битвы за Ленинград / [Лит. запись В. Василенко и др.] ; Ин-т истории партии Ленингр. обкома КПСС — филиал Ин-та марксизма-ленинизма при ЦК КПСС. — Ленинград : Лениздат, 1966. — 383 с.: ил.; 21 см.].
Воспоминания инструктора политотдела П.А. Кумриди: «В Андреаполе размещался большой вражеский гарнизон — около тысячи солдат и офицеров. Гитлеровцы и не думали, что к складам рискнут проникнуть партизаны. Если чего и опасались, то ударов с воздуха. Но именно партизанская взрывчатка решила судьбу складов: больше половины боеприпасов, готовых к отправке на фронт, взлетело на воздух. Это результат, во-первых, тщательной предварительной разведки и, во-вторых, решительных действий тринадцати бойцов, проникших через проволочные заграждения на территорию головного склада. Командовал смельчаками себежанин Григорий Быков.» [Не сломленные бурей. Партизаны и бойцы незримого фронта в битве за Ленинград. Составитель Н. Масолов. – М.: Воениздат, 1975., с.52.]
Запись в дневнике Ганева: «11 декабря. Двумя командами в Андреаполе взорвали склад с боеприпасами. В результате взрыва поднялся сильный огненный столб. Осколки летели через Андреаполь на противоположную сторону, а за ветром на восток по снегу лежала черная полоса на целый километр. В деревне Курово, находящейся в 3 км от Андреаполя, т.е. от места взрыва, посыпались со стен фотографии и в одном доме завалилась печь» [ЦГАИПД СПб, ф.Р-116Л, оп.1-2, д.1574, л.4 об.].
Одним из героев этой операции был Григорий Фомич Быков, инспектор райфинотдела из Себежского района, добровольно вступивший во 2-ую Особую в августе 1941 г. Вот что писал Н. Масолов в книге «Необычный рейд»: «Григорий обрадовался заданию. У разведчиков уточнил маршрут (предстояло за ночь преодолеть 30 километров трудного пути), проверил снаряжение каждого из двенадцати бойцов, выделенных командиром отряда в его распоряжение, и только тогда попросил разрешение на выход.
Двигались быстро. Вскоре впереди в морозной дымке показалась синяя кромка бора. Под его защитой можно было не таиться, в первые месяцы войны оккупанты боялись ночью углубляться в леса.
Ночь выдалась лунная. Шли по снежной целине. Лишь на голубовато отсвечивающих откосах цвели заячьи скидки, да кое-где пересекал путь осторожный лисий след.
— Не спят, косые. С ружьишком бы пройтись в самый раз, — мечтательно промолвил Павел Никандров.
Его никто не поддержал.
Склад боеприпасов находился на небольшом поросшем сосной холме. Недалеко проходила одна из окраинных улиц. К складу подходили осторожно, следуя неписаному комбриговскому правилу: «Таись и жди своего часа». Большую часть бойцов Быков послал в обход, чтобы в случае тревоги отрезать гитлеровцам путь к складу от караульного помещения, с остальными пополз к снарядам.
Теперь все решала быстрота. Почти в каждый ярус снарядов заложили взрывчатку. Когда все было подготовлено к взрыву, Быков дал сигнал Кузьмину, Иванову и Никандрову отходить, а сам скатился вниз.
Сердце учащенно билось, пока негнущимися пальцами доставал из-за пазухи спички, чтобы поджечь бикфордов шнур. Когда в ладони вспыхнул огонек, облегченно вздохнул: «Теперь-то уж ничто не помешает». Огонек весело побежал вверх...
Едва успели партизаны добежать до леса, как показались преследователи на лошадях. Сильный взрыв вызвал переполох в гарнизоне. Комендант бросил в разных направлениях подразделения автоматчиков.
— Пугнем фрицев? — предложил Анатолий Иванов.
— Да не мешало бы, — согласился Быков.
Опушка леса сверкнула выстрелами. Не зная сил партизан, гитлеровцы залегли и открыли сильный, но беспорядочный огонь. Быков и его товарищи отошли без потерь». [Масолов Н. В. Необычный рейд. — М.: Политиздат, 1972. — 152 с.].
В наградном у Г.Ф. Быкова написано: «Своим личным примером сколотил группу, которая по своей боеспособности является лучшей в бригаде. Группа 11.12.41 года взорвала склад с боеприпасами в гор. Андреаполь». У старшины Маслова Дмитрия Васильевича: «13.ХII.41 г. при налете на ж.д. станцию Андреаполь показал себя смелым и храбрым партизаном. В этом бою уничтожил лично 5 гитлеровцев». В операции также отличились и были награждены Рыжиков Пётр Артемьевич, Смирнов Илья Алексеевич.
13 декабря после отхода отряда лейтенант Логинов передал краткую радиограмму в штаб: «Нахожусь [в] Волок. Донесение конным. Разведку выслал. Приказание получено. Высылайте сообщения Информбюро. Радиопитание на исходе. Если есть, вышлите».
Чуть позже прибыл конный связной с донесением:
«Литвиненко
от Логинова
дер. Волок в 19.25 12.12.41.
Склад боеприпасов взорван. Склад горючего не найден. Нападение на гарнизон не произведено. До взрыва не дошли к исходному положению. Взрывом были подняты все части Андреаполя. Группу Ганева догнал карательный отряд в дер. Вдовец. В результате нападения карательного отряда на группу Ганева два /2/ чел. убито: Скачков и Антипов. Один /1/ чел. ранен: две раны в ноге и груди – Максимов. И при операции при взрыве один ранен осколком легко – Заварин.
Отряд весь в сборе и расположен в дер. Волок. Разведка будет выслана 13.12 с 6.00 утра. По созданию базы НЗ приму меры с завтрашнего дня.
Отряд прибыл в Волок в 19.00 12.12.41.
Андреапольский партизанский отряд находится в районе дер. Мельницы; гр-ном дер. Лебедево разворовывается база в направлении Пено. Фамилия его записана у комиссара отряда.
Конный посыльный прибыл один с которым выслано донесение. Высланных 2-х конных ранее не возвращал.
Логинов» [ЦГАИПД СПб, ф.Р-116Л, оп.1-2, д.1568, л.95].
Штаб 253 дивизии в Селижарово сделал запись в ЖБД об атаке: «12.12.1941. Рано утром нападение примерно 100 партизан на склад боеприпасов 251-й дивизии привело к взрыву 500 снарядов для полевых гаубиц».
XXIII армейский корпус донес в штаб 9 армии: «В результате ночного налёта партизан в районе Дубно взрывом уничтожено 500 снарядов к тяжёлым полевым гаубицам» [BArch, RH 20-9/255, f.358].
Кавалерийская бригада СС в донесении в группу армий «Центр» 13 декабря 1941 г. попыталась немного приукрасить ситуацию: «Предотвращена диверсия на складе боеприпасов в Дубно (42 км к востоко‑северо‑востоку от Торопца)» [BArch, RH 22/226, f.316].
Отходившая от Андреаполя группа Ганева 12 декабря у д. Вдовец наткнулась на группу немцев. В завязавшемся бою были убиты боец Скачков Иван Емельянович, 1912 г.р., из г. Вышний Волочек, и боец Антипов Иван Антипович, 1908 г.р. из деревни Тухомичи Холмского района. [Именной список безвозвратных потерь 2 ОПБ за период с 15.08.41 по 20.5.42 года. ЦГАИПД СПб, ф.Р-116Л, оп.1-2, д.1570].
14 декабря ответственная за район кав. бригада СС сообщала о преследовании партизан: «Северо-восточнее Дубно преследуемая банда противника уничтожена в результате боя.
Д. Дудино (в 10 км северо-западнее Дубно), занятая партизанами, освобождена в рукопашном бою». [BArch, RH 22/226, f.318].
Так получилось, что убитые бойцы летом 1942 года были перезахоронены из д. Вдовец в братскую могилу в д. Курово, на окраину Андреаполя, почти к месту своего последнего подвига. Антипов Иван Антипович по данным сайта «Память Народа» записан как младший лейтенант, выбывший в 1944 г., у Ивана Емельяновича Скачкова указана дата гибели 18.08.1942 г., но это ошибка.
Атака на склады и гарнизон Андреаполя вошла в песню о 2-ой Особой:
«I. Грянем песню, друзья,
О родимых краях,
О геройских делах,
Партизанских боях.
II. Собирался в поход
Раз осенней порой
На фашистских громил,
Наш отряд боевой.
III. Тучи грозно плывут
Над родимой страной,
В бой нас «батько» ведёт
По тропинке лесной.
IV. И строчит пулемёт,
И гранаты гремят,
И на воздух летит
В Андреаполе склад.
V. Попытались враги
В ясный мартовский день
Окружить партизан,
Возле трёх деревень.
VI. От руки партизан
Там в сугробах глухих
Враг оставил лежать
Сотни трупов своих.
VII. И в деревне другой
На семнадцать бойцов
Налетела ордой
Сотня вражеских псов.»
Кто написал эту песню и на какой мотив, неизвестно. Но автор явно был знаком с подробностями боев бригады и стремился их прославлять. Будем помнить о них и мы.
Вечная память героям!