Любили мы Михаила Сергеевича! Наш самый лучший преподаватель был! Даже в 70 лет продолжал собирать вокруг себя старшеклассников и студентов первых курсов, чтобы отправиться куда-нибудь в поход. И знаете, эти мероприятия были спонтанными, а от того живыми. Мы никогда заранее не знали, какой маршрут он выберет и куда вообще поедем. Говорил – в субботу в 8 утра на такой-то платформе. Единственная его просьба – экипироваться соответственно походу, взять с собой еду и воду, а также не опаздывать.
Вот в очередной раз собрав нас, Михаил Сергеевич сказал, что сегодня отправимся по лесу в сторону деревни Горбачи. Захватим лесной массив, поле, пройдёмся по оврагам вдоль речки и остановимся в деревне на обед. Оттуда возвращаться будем к другой платформе, до неё там рукой подать. Маршрут предельно ясен. Назначил, как обычно, троих из нас фотографами. Для него важно было сделать много фотографий. Это важный материал для стенгазеты, а также других целей.
В лесу было достаточно влажно. Утренняя роса здесь ещё не успела высохнуть, или, может быть, дождик накрапывал с утра, но под ногами тропинка превращалась в грязь. Девочки старались не запачкаться, а нам мальчишкам всё равно. Мы же знали, что ни один поход без грязи не обходится.
Шли, переговариваясь шёпотом. Знали, что Михаил Сергеевич любит слушать лес. Неожиданно он дал характерный знак – «тихо!» и следом второй – «готовьте фотоаппараты». Мимо нас пролетела совершенно бесшумно тучная серая птица. То ли филин, то ли сова, то ли ещё какой их родственник.
В том походе ещё удалось запечатлеть зябликов, желну, соек, удода, ежа, лисицу, сфотографировать пейзажи, грибы, цветы. Наш преподаватель был очень доволен собранным материалом. Вот только главное почему-то не удалось снять. Зато каждый из нас прочувствовал это, увидел и стал частью!
Когда мы миновали лес, то перед нами раскинулось поле. Трава росла жутким бурьяном. К счастью, видимо, люди тут ходят часто, и через заросли вела тропинка. Где-то посередине поля стояли одинокие деревянные потемневшие домишки. Михаил Сергеевич нахмурился. По его мнению, никаких деревень по пути следования быть не должно.
Поле к концу переходило в овраги, и там протекала речка. По задумке нам требовалось пройти около двух километров вдоль реки до моста и выйти к деревне Горбачи. Чем ближе мы подходили к домам, тем сильнее казалось, будто они вовсе не заброшенные. Некоторые заколочены, а другие открыты. Окна целы. Окликнули хозяев – никто не ответил. Зашли внутрь одного из домов. И ахнули!
Стены украшены невероятной вышивкой и посудой, расписанной гжелью, хохломой, палехской росписью. Будто попали в музей прикладного искусства. Михаил Сергеевич окликнул нас всех и попросил выйти на улицу. Мы так и сделали, негоже врываться в чужой дом. К тому же вдали находился настоящий терем! Туда-то мы и пошли. Наверняка там кто-нибудь был, очень уж хотелось поговорить с жителями и узнать, что за место такое чудесное тут находится.
Здесь тоже многие стены украшали предметы быта, а ещё шкуры и чучела животных. На одной из стен находилась целая коллекция разнообразных топоров. Такими в былинах чудовищ богатыри рубили. Находились мы там минут 10-15 и вышли, так никого и не встретив.
На улице темень. Никто из нас ничего не понимал. Только что время шло к полудню, а здесь на небе луна взошла и звёзды. Стало прохладно. Ночевать в незнакомом месте мы точно не собирались. А пришлось! Как вы понимаете, в те времена мобильных телефонов не существовало, и позвонить куда-нибудь у нас возможности не было.
Михаил Сергеевич взял на себя смелость и завёл нас всех в терем. Вдали показались огни. Кто-то спешно направлялся к нам. В руках у него горел факел. Преподаватель отобрал трёх самых крупных ребят и сказал, если что, придётся бороться, потому как ситуация казалась неординарной. Стало понятно: незнакомец – мужчина. И бежит прямиком через поля, отмахиваясь от кого-то факелом. Сколько мы не всматривались, понять, что происходит, не смогли.
Он же подбежал к нам, не говоря ни слова, затолкнул внутрь терема. Закрыл дверь за засов, отдав факел одному из нас. Затем вырвал его из руки и поджёг несколько масляных лампадок.
– Чего ж вы тут забыли-то? Ещё бы чуть-чуть и жизни свои им отдали!
– Кому? Что происходит? Что это за место?
– В ловушку вы угодили. Места здесь колдовские. Ведьм сжигали массово. Так их души объединились и создают мираж деревенский. Я – Святорад. Хранитель этого места. Как только ночь наступает, а её ведьмы могут вызывать сами, они выбираются из подземного мира и души путников забирают. Огня моего они боятся. Посидите здесь при свете огней, если есть свечи с собой, зажигайте тоже. Ночь эта не настоящая. Пройдёт какое-то время, и свет снова с улицы заструится. Тогда я вас выведу отсюда.
– Святорад? Какие ведьмы и духи? Это розыгрыш?
– А ты сам-то не видишь? Ночь ни с того ни с сего возникла. Тем более, ты с детьми пришёл. Их души самые желанные.
В этот момент из-за двери послышался вой. Нет, это был не ветер. Разозлённые души ведьм пытались протиснуться сквозь щели между дверью и стенами. Их чёрные дымчатые тела немного удавалось увидеть, но Святорад ловко обжигал их своим пламенем. Честно говоря, нам было страшно. Михаил Сергеевич успокаивал нас, хотя по его виду читалось – он сам не понимал до конца, что происходит.
В какой-то момент всё успокоилось. А из-за двери стал проникать дневной свет. Святорад открыл дверь и махнул рукой, мол, выходите. Мужчина вывел нас на улицу. К холмам вести нас он отказался. Небезопасно. Поэтому пошли обратно к лесу.
– Стойте!
Святорад схватил несколько пучков травы, той, что выглядела более сухой. Поворошил их и уложил прямо на тропинку. Следом поднёс свой факел. Трава задымилась и между нами и хранителем возникло пламя.
– Ступайте!
После этой фразы всё вокруг стало меняться на глазах. Незнакомец расплылся, а вслед за ним и здания, которых и не должно было быть. Идти через поле и проверять, попадём мы на этот раз в ловушку ведьм или нет, не было никакого желания. Самое странное оказалось позже. Фотографии, которые мы сделали в лесу, получились в большинстве своём прекрасными. А вот деревня, незнакомец и убранство домов – всё засвечено! Михаил Сергеевич попросил не рассказывать родителям о случившемся. Но сейчас, спустя столько лет, уже можно.