1770 год
Отказ яицких казаков от службы в Московском легионе, где приняло
участие в службе всего 53 казака...
8 мая 1770 года яицкие казаки на круге прочитывают указ Военной Коллегии о командировании во вновь формируемый Московский легион 334 человек (10 старшин и есаулов, 18 сотников и десятников, писаря, трубачи, цирюльники и 300 казаков). По плану Потёмкина, легионеры должны были иметь регулярный строй, носить форму и брить
бороды. Казаки единодушно воспротивились вступлению в легион.
Да и само слово «легион» у них ассоциировалось с нечистой силой.
После донесения атамана Тамбовцева об отказе казаков вступать в легион, в ноябре-декабре 1770года в Яицком городке находился командующий войсками Оренбургского края генерал-майор Давыдов в сопровождении команды солдат; прибыл также личный представитель
Екатерины ll, капитан лейб - гвардии Семёновского полка Дурново.
От Войска в Петербург послана была депутация спрошением об отмене службы в легионе. В июне Оренбургский генерал-губернатор всё-таки получил указ провести в Яицком войске набор легионной
команлы. Начались аресты и пытки. Несколько казаков было замучено до смерти, около 400 длительное время содержались под арестом
2 сентября 1770 года после рассмотрения жалобы войска, был издан указ, по которому арестованных казаков следовало освободить и направить в легион 330 человек, разрешив им бороды не брить.
5 сентября 53 яицких казака, находившихся в Москве, были зачислены в легион, но 10 из них отпущены на Яик по их просьбе.
Наконец, после очередной депутации казаков, пробравшихся к самой императрице, 10 декабря 1770 года Яицкое войско указом Военной Коллегии было освобождено от службы в легионе, и даже оставшиеся 43 человека отправлены на Яик.
«В 1770 году из бывшей в Симбирске в составе Московского легиона небольшой казацкой команды (из 50 казаков) от Яицкого войска, произведены: походный атаман - в капитаны, один из есаулов - в подпоручики, двое - в прапорщики, а несколько сотников и десятников - в унтер-офицеры… «Которые (как сказано в отписке начальника легиона к войсковому атаману и всему войску Яицкому от 17 сентября 1770 года) по силе Государственной Военной Коллегии указа, теми чинами со старшинством и числиться должны наравне с прочими армейских полков офицерами и унтер-офицерами, каких следует в тех чинах против армейских надлежащим образом признавать и почитать .
В январе 1771 года волжские калмыки покинули приволжские степи, двинулись на восток и перешли через Яик. Несмотря на полученный приказ Военной Коллегии, яицкие казаки не стали их преследовать. Атаман Тамбовцев собрал круг и, опираясь на указ от 15 декабря 1765 года об очередности службы, объявил казакам о командировке для преследования калмыков, куда походным атаманом уже назначен был старшина Яков Колпаков, полковники также назначены из старшин, а остальных командиров казакам предоставлялось право выбрать самим. На кругу присутствовал командующий войсками Оренбургского края Давыдов. В письме к Рейнсдорпу от 12 марта 1771 года он писал, что казаки «объявили с великим криком и негодованием, что к тем выбранным из старшин начальникам в команду не пойдут, а дали бы как атамана, так и всех прочих самим им избрать из казаков».
В это время к атаману подошли прибывшие из Петербурга сотники Герасимов и Севрюгин и вручили для оглашения копию с указа, освобождавшего Яицкое войско от легионной службы. Во фразе: «Увольняем их вовсе от легионной службы, куда их и впредь не наряжать», – в копии допущена была – нечаянная или специальная – ошибка. И как только Тамбовцев прочёл: «…никуда их и впредь не наряжать», - поднялся такой крик, что атамана не было слышно. Севрюгин и Герасимов замешались в толпе и бежали из городка. Тамбовцев распорядился, чтобы принесли из Войсковой канцелярии подлинник указа, который там уже был, и зачитал фразу правильно. Но когда атаман прочёл в грамоте: «Службу свою отправлять по их прежнему казачьему обыкновению», – то казаки вновь подняли крик и приступили к выборам. Походным атаманом выбрали казака Максима Выровщикова, а за ним и прочих.
Старшинская партия во главе с атаманом Тамбовцевым не желала смириться с выбором круга и назначила из состава Войсковой канцелярии, вместо Колпакова, старшину Андрея Витошнова, а полковниками старшин Кадырова, Митрясова и Филимонова. Набатным колоколом снова собрали круг и объявили о новом назначении.
Казаки на круге закричали «Не любо!» и потребовали от старшин выдачи войсковым казакам денежного и хлебного жалования, задержанного уже за пять лет. До выплаты жалования казаки решили в поход не идти.
11 марта 1771 года войсковая канцелярия донесла о неповиновении в Следственную комиссию, которая безвыездно находилась в Яицком городке ещё со времён доносов Карташева. Войсковая сторона (Максим Выровщиков, Яков Ходин, Кузьма Носов, Савелий Фоминичихин и другие) также подали челобитную Давыдову о том, что «войсковой атаман голосов их не принимает, а назначает сам, не по праву, на все должности». Давыдов приказал челобитчиков арестовать и заковать в кандалы.
Вслед за этим собрали третий круг для снаряжения погони за калмыками. Но казаки в кругу стояли на своём. Самых смелых схватили (Алексея Каршина, Степана Павлова, Ивана Горячкина, Емельяна Чемева, Фёдора Логинова, Ивана Толкачёва, сотника Петра Краденова) и заковали в кандалы. Военная Коллегия предписала Давыдову: если он не сможет постоянно находиться в Яицком городке, пусть Рейнсдорп командирует сюда одного «регулярного чиновника», который, вместе с находящимся в городке капитаном гвардии Дурново, проведёт дознание, кто именно виноват в ослуша- нии, а кто во «включении подложных речей».
25 марта 1771 года Давыдов донёс в Военную Коллегию, что он приказал казакам нарядить для преследования калмыков 1800 человек и выступить в течение суток. Но казаки не послушались.
Давыдов и Дурново провели новые аресты войсковых, или «несогласных» казаков. Здесь уместно привести слова В.Н. Витевского из упомянутой работы: «К согласной партии в войске, как видно из рапорта (рапорт Войсковой канцелярии Рейнсдорпу), принадлежали почти исключительно казаки станиц Илецкой и Сакмарской; всех согласных казаков было 400 ...
Арестованных было столько, что следователям пришлось нанять для них особое частное помещение, куда перевели большую часть арестованных. Во время перевода бежали сотник Краденов, казаки Портнов, Свиягин, Чемев и Силкин. Закованные в кандалы, они смогли скрыться в густой толпе казаков и бежать из города.
В марте казаки составили заговор (в котором замешано было до тысячи казаков) перерезать в назначенный день всех старшин, их приверженцев и солдат регулярной команды, захватить пороховой склад и пушки. Заговор открыл властям перебежчик Иван Яганов.
После расследования причин отказа казаков выступить на преследование калмыков был подан проект приговора о наказании 2 008 казаков-«ослушников», утверждённый Военной Коллегией 16 декабря 1771 года.
Инфа ---Походы и служба Яицких – Уральских казаков
