Очередная моя попытка быть по-европейски культурным человеком снова с треском провалилась.
Захотелось мне под Новый Год попасть наконец-то в новую гамбургскую Эльбскую Филармонию, об акустике которой ходят легенды. Ну что делает человек, желающий купить билеты в Эльбскую Филармонию? — Правильно, он идёт на сайт оной Эльбской Филармонии, смотрит афишу и покупает билеты. Так я и сделал.
Но придя к назначенному времени и не будучи по купленным билетам допущен в храм искусства, я с удивлением обнаружил, что концерт мой перенесли в другое местои теперь он проходит совсем не там, а в Лайсхалле, который конечно тоже был самым крутым залом Германии, но только во времена старины Вильгельма нуммер цвай. Такси оказалось рядом, так что на концерт было успето.
Ну что я вам скажу. Концертный зал выглядел, как крайне убогая версия Донбасс-Оперы, да и акустика была так себе.
Оркестр пражской филармонии (скорее всего, у них колесит по Европе столько же составов, сколько было в 90-х у «Ласкового мая») пытался играть «Времена года» Вивальди, но делал это крайне чахло и неубедительно, временами настолько мажа мимо нот, что коробило даже меня, а я ведь не из брезгливых и ноты знаю не очень.
Однако нафталиновая публика неистово хлопала, видимо потому, что так положено. Будь я не один, то конечно ушёл бы минут через тридцать после начала, но ты в ответе за тех, кого привёл на концерт, так что пришлось терпеть, корчить рожи и прочими способами самого себя развлекать. Через ряд передо мной примерно так же маялся подросток, которого по программе принуждения к прекрасному посадили между мамой и папой, надо полагать для того, чтобы никуда не сбежал.
Он пытался прильнуть то к родителю номер один, то к родителю номер два, но не встречал у них понимания. После очередной фригидной пьесы вьюнош был ткнут папиным локтем в бочину: мол, давай хлопай, сынок, но наш герой не поддался, отстояв хоть какую-то внутреннюю свободу в этом старорежимном концлагере высокого искусства.
Музыка замолкла и я уже было возрадовался, но преждевременно: меня ждала вторая часть концерта с Гайдном и Генделем. Народ активно рванул в буфет, выстроившись в гигантские очереди, показывая, что ничто человеческое даже автохтонам не чуждо, а я устремился в противоположное место, где тоже было весьма тесно и где уже справившие нужду с трудом разминались (или разминывались?) с теми, кому облегчение от услышанного только предстояло.
Ко второй части концерта в сопровождении нескольких дудочников подоспел седовласый дирижёр, который судя по размашистости движений и вычурности жестов бухал не только во время первой части, но и в принципе радостями жизни не пренебрегал. Дирижёру удалось несколько взбодрить оркестр и они, по крайней мере, перестали издавать странные звуки, временами было даже красиво, но в целом зрелище, то бишь слышище, было печальным.
Когда Гайдн и Гендель были отыграны, я рванул в гардероб, который, собственно, ещё перед началом концерта показал, что губу раскатывать не стоит: при том, что билеты стоили за 50 рейхсойро на лицо, в гардеробе за повес одёжи содрали ещё по цвай ойро также с каждого лица, потому как мало ли, что вы там заплатили за билеты, а денег много не бывает.
Короче, сплошное надувательство — весьма typisch для этих мест. В итоге, как и при посещении местной оперы и местного Kunsthalle, остался я местным искусством весьма разочарован. Попытайся они сыграть увертюру из Уэбберовского «Призрака оперы» или что-то из Ганса Циммера, я, возможно, и простил бы им все косяки, а так конечно не забуду и не прощу. Повторять, пожалуй, тоже не стану. Ну не моё всё это ваше высокое искусство, не моё.
Автор - Игорь Берхин