Есть простое правило: когда тебя выносят из дворца ногами вперёд, лучше тихо притвориться мебелью. Сара Фергюсон, судя по всему, читала другую инструкцию - «Как выклянчить отсрочку, используя валюту позавчерашних сплетен». Пока её с бывшим мужем, принцем Эндрю, потихоньку выдавливают из королевской резиденции Royal Lodge (причины серьезные, решение по бывшим Йоркским окончательное), сама Ферги решила сыграть в игру «Королева, я вас помню в юности». Её аргумент блестящ в своей наглости: она, мол, когда-то поддерживала Камиллу, а теперь та обязана заступиться за неё. А не заступится - ну, все милые семейные тайны королевы могут как-нибудь случайно вывалиться в прессу. Старый добрый шантаж во всей красе. СМИ сейчас раскручивают историю, где Сара Фергюсон выступает той, кто не собирается сдавать свои позиции в обеспеченной жизни без боя. Правда или очередная сенсация из пальца?
Дама топит печаль в вине
Источники, чья анонимность защищена лучше, чем ядерные коды, но которые знают все тайны мира, в один голос твердят: Ферги топит печаль в хересе. Это, разумеется, не медицинский диагноз, а просто наблюдение внимательных людей. «Drowning her sorrows in booze» — классический штамп из пьесы «Падшая звезда, акт третий». Но что делать, когда тебя лишают всего, что могло обеспечить достойную жизнь в преклонном возрасте? И самое ужасное - без права на помилование? Король Карл III проводит давно назревшую чистку авгиевых конюшен и делает это беспощадно. На него давит Уильям и общественность.
Карл лишает брата официальных титулов и права на казённую жилплощадь, он отобрал у Эндрю даже лицензию на охотничье оружие. Правда СМИ пишут, что это из-за опасения, что опальный бывший принц может решиться на крайние меры, когда поймет какой на самом деле станет теперь его жизнь. Нет, речь не о том, чтобы расправиться с неугодными родственниками. В этом нет никакого смысла. Он может просто закончить свой жизненный путь. И снова нет, ему не стыдно. Просто жизнь без привычных привилегий оказалась какой-то пустой и непривлекательной. Таблоиды с подачи инсайдеров уверяют - его ранит даже то, что персонал стал обращаться к нему без титула, не склоняет голову, да и вообще хихикает за спиной.
Для Сары происходящее с бывшим мужем означает потерю статуса, который и так висел на ней, как фамильная брошь с потускневшим камнем. Естественная реакция - обида и злость. Но Ферги, видимо, считает, что лучшая защита - нападение на тех, кто повыше.
«Сестра Камилла» или долги сердечные против долгов по ипотеке
К кому Сара может предъявить счёт и потребовать помощи? Уильям и Кейт помочь захотят вряд ли. СМИ уверены, что они ещё готовы протянуть руку дочерям пары - Евгении и Беатрис - но не опозорившимся родителям. Шантажировать Карла Сара решится вряд ли. А вот положение королевы, по мнению Сары, довольно шаткое. И вот здесь начинается цирк. По словам всё тех же голосов из ниоткуда, Фергюсон заявляет, что королева Камилла «должна» ей. Мол, это Сара поддерживала её в те тёмные времена, когда Камиллу клеймили как «разлучницу» и губительницу сказки о Диане. Тогда улыбчивая рыжая Сара, которая когда-то считалась лучшей подругой Дианы, поддержала эти отношения. А теперь, когда она сама оказалась в беде, сестра по несчастью сделала вид, что не знает её. Не узнаёт. Не помнит.
Давайте проясним. С одной стороны - королева-консорт, чья позиция зыбка, а каждый шаг под колпаком у протокола, прессы и наследника Уильяма. С другой - Ферги, чей кредит доверия в семье был исчерпан ещё в 90-х, а нынешние проблемы - прямое следствие связей её бывшего мужа. Даже не так - она и сама оказалась крепко связана с преступником. Должна ему денег. Сейчас ещё не прояснился важнейший вопрос - какие услуги оказывала Ферги за те средства, что поступали ей на счет со счетов преступника. Видимо, дальше будут только ещё более громкие разоблачения. Действовать нужно было еще вчера.
Что делает Сара? Упрекнуть Камиллу в неблагодарности? Легко. Но ожидать, что она, едва укрепившись на троне, ринется в бой за право Сары и Эндрю жить в том самом доме, - это не наивность. Это стратегия загнанной в угол крысы, которая решила, что может припугнуть слона воспоминаниями о том, как они вместе бегали по канализационным трубам. Только вот правда ли это?
Таблоиды уверены - шантаж есть
Дальше - больше. Инсайдеры, смакуя каждый слог, предрекают: Ферги может «обнародовать все грязные секреты дворца». Она, видите ли, «ходячая бомба», у которой «достаточно историй, чтобы смутить всех». Смутить? Для шантажа подобного уровня надо бы иметь в запасе историю, которая всех опрокинет, а не смутит. Сможет ли Сара провернуть подобное? Да и вообще пошла ли на это или все - придумка таблоидов?
Вот он, кульминационный момент в стиле дешёвого триллера. Механизм прост: берётся факт (Ферги знакома с семейными тайнами), добавляется эмоция (её гнев и отчаяние), и подаётся как неизбежное будущее (скандал вселенского масштаба). Правда за кадром? Любой юрист королевской семьи за пять минут объяснит, что такое соглашения о неразглашении. А любой пиарщик добавит, что статус «ненадёжного источника» у Сары настолько высок, что её разоблачения легко будут списаны на бред озлобленной изгоя. Угрожать «всем всё рассказать» - последний аргумент того, кому нечего предложить по существу. Это не сила. Это её полное отсутствие. Но попробовать то можно.
Почему Камилла молчит
И самый сочный кусок лицемерия от СМИ - это сетования на то, что «руки Камиллы связаны». Источники, только что раздувавшие апокалипсис от Ферги, вдруг делают умное лицо и заявляют: она же сама должна понимать, что даже если королева захочет помочь, она не сможет. Карл и Уильям будут против, это её только подставит.
Браво! Авторы сначала вбрасывают сенсацию об угрозах, а потом сами же её обезвреживают, объясняя, почему это не сработает. Таким образом, они получают два хита с одной новости: сначала пугают читателя грядущим крахом монархии, а потом успокаивают его, демонстрируя всю нелепость этих угроз. Журналистика? Нет. Продажа эмоций с доставкой на дом.
Скандал, которого не будет
Что же получается? Сара шантажирует королеву, требуя помощи. Может быть такое? Конечно, да. Она может угрожать, на кону ее спокойная обеспеченная старость. Которую, по какой-то причине, не могут обеспечить ее дочери. Но никакой сенсации нет. Это, скорее, не шантаж, а торг.
Идёт тихая, неумолимая административная процедура по удалению компрометирующего актива. Актив зовут принц Эндрю. Фергюсон, как его бывшая супруга и сожительница в изгнании, попутно пытается устроить аукцион по продаже «молчания», на котором она - и продавец, и единственный покупатель.
Никакой «бури» нет. Есть мелкая потасовка у калитки. Камилла молчит не потому, что жестока. А потому, что разговор закончен. Счёт обнулён. Таймер выселения неумолимо тикает. И когда он дойдёт до нуля, скандала не будет. Будет тихий щелчок закрывающейся двери. И дальше сами.
Спасибо, что нашли время прочитать статью. Буду благодарна за общение, лайки и подписку.