У меня был кот. Рыжик. Не просто рыжий, а именно Рыжик — с большой буквы, потому что личность он был невероятная. Доброты в нём было на десять котов. Если я болел, он ложился мне на грудь и мурлыкал, как трактор, заглушая любой дискомфорт. Любил он меня, это без вопросов. Но в иерархии его вселенной на священном пьедестале царил… его корм. Любовь ко мне была искренней, глубочайшей, всепоглощающей — ровно до того момента, пока не звякала ложка о край миски. Тогда в его глазах вспыхивала первобытная страсть, и я мгновенно превращался из объекта обожания в досадную помеху на пути к заветной тарелке. Но был у нас один ритуал, где я всё же соперничал с кормом. Это был вечерний перекур на балконе. Стоило мне только потянуться за накуркой, как из недр квартиры выкатывался рыжий комок. Он терся об ноги, подскакивал на табуретку и садился рядом, важно уставившись в предбалочную тьму. Я выходил — он следом. Усаживался на корточки, закуривал — Рыжик усаживался рядом, поджав лапы, и тоже смотрел в