Живу в Душанбе в связи с работой в Таджикистане. Приехал, обжился, начал замечать ритм этого солнечного города. Я уже писал про это сердце столицы — площадь Истиклол. Летом она утопала в зелени, розах, а разноцветные струи фонтанов были главным украшением, дарующим прохладу. Но увидеть её в новогоднем убранстве — это совершенно иной опыт.
Подходя к площади в предновогодний вечер, я замер от неожиданного зрелища. Знакомое пространство преобразилось до неузнаваемости.
Вместо бьющих в небо водяных столпов — тихая, сияющая сказка. Фонтаны «уснули» на зиму, но вдоль них наполнились другим волшебством: светящимися скульптурами деревьев, арками, переливающимися всеми цветами радуги. И над всем этим царила она — главная новогодняя ель Таджикистана.
Зелёная исполинша, все 30 метров величественно стояла перед башней Истиклол. Она, кстати, вошла в десятку самых высоких в СНГ! Но в этот момент все рейтинги забывались. Она была душанбинской, и от её сияния захватывало дух.
Вся площадь превратилась в единый праздничный организм: символические цифры «2026» у главного входа, под которыми толпились желающие сделать фото.
Самое поразительное — контраст. В Уфе, откуда я родом, в такую пору обычно лютый мороз и лёд. А здесь днём около +10, и привычных ледяных горок нет. Но эту «недостачу» с лихвой компенсировала игра света.
Башня, символ города, подсвечивается динамично меняющимися огнями, завершая картину футуристического праздника.
И тут случилось чудо, которого я уж точно не ожидал в Душанбе. В предновогодний вечер пошёл снег.
Крупные, пушистые хлопья, кружась, падали на световые гирлянды. Это добавило ту самую, почти что сказочную, новогоднюю нотку. Правда, магия была мимолётной — снег тут же таял, касаясь земли, но в воздухе он создавал невероятное ощущение.
Вечером площадь наполнилась людьми. Звучала музыка, на установленной сцене начался концерт. Возле елки катали детей на каруселях, в павильончиках продавали горячий чай, сладости и новогодние безделушки.
Я наблюдал за весёлой суетой, чувствуя себя частью этого большого праздника. Это был уже мой пятый Новый год за рубежом (о том, как я однажды встретил Новый в Бангладеш я уже писал в одной из своих статей), и каждый раз я ловлю себя на мысли, как по-разному, но с одинаковым теплом и надеждой, его встречают люди.
Около десяти всё небо взорвалось огнями.
Грохот залпов, смех, крики «С Новым годом!» на разных языках слились в единый гул радости. Площадь Истиклол, обычно строгая и официальная, в эту ночь стала самым гостеприимным и счастливым местом на земле.
А уже в полночь, из окна своей квартиры я видел, как со всех концов города взлетали разноцветные залпы.