Меня восхищает эстетика, так называемой «интернациональной готики», её изысканный стиль, изящные позы, утончённые пальцы, идеальные лица и возвышенные темы – словно некий золотой луч из другого мира, проникший в наше исполненное злобы и уныния пространство. Есть картины настолько великолепные, что напоминают россыпь драгоценных камней. К подобным произведениям относится и этот «Маленький райский сад», хранящийся в Штеделевском художественном институте во Франкфурте-на-Майне.
Эта картина, размером чуть больше открытой книги, поражает богатством деталей и является едва ли не самым загадочным художественным произведением средневековья.
Рай – место, по которому тосковали и которое веками будоражило человеческое воображение. Представляя собой одновременно земной и небесный сад, а также первозданную гармонию между человеком и природой, эта картина больше похожа на галантную сцену с придворными, чем на собрание святых. Младенец Иисус забавляется игрой на цитре, которую услужливо держит святая дева, возможно, святая Цецилия, любившая музыку. Другая святая черпает золотым ковшом, прикованным к стене колодца, воду из Источника Жизни. Ещё одна занимается сбором вишен. Скорее всего, это святая Доротея, а вишня – это Древо Жизни.
Справа ведёт светский разговор группа мужчин, среди которых легко узнать архангела Михаила по его великолепным золотым крыльям и маленькой фигурке злобного дьявола у его ног, и святого Георгия – по воинским доспехам и игрушечному дракончику с задранными вверх лапками (по преданию Георгий был воином, победившим дракона, который терроризировал город), лежащему рядом с ним. На них смотрит третий святой, не имеющий явно выраженной атрибутики.
Центральное место в композиции занимает Дева Мария в золотой короне, украшенной драгоценными камнями, занятая чтением Священного Писания. Картина наполнена символами, относящимися к Ней. Так, например, зубчатая стена, ограждающая сад, символизирует девство и непорочность Девы Марии, о Её чистоте говорят и белые лилии справа. Вообще поражает наблюдательность и мастерство художника, сумевшего весьма реалистично изобразить многочисленных представителей флоры и фауны. Специалисты точно идентифицируют двадцать четыре вида растений и двенадцать видов птиц, помещённых в этом небольшом пространстве. Все они, или почти все, нагружены символическим значением.
Человек Средневековья мыслил иначе, чем мы. Любые явления и предметы он толковал символически. Мир воспринимался как книга, которая повествует о мудрости Творца. Поэтому даже такое малое творение, как растение или птица, помогало познавать Бога и Его замысел о мире.
Цветам помимо бытовых также присваивались символические названия, связанные с христианством. Примулу, поскольку ее соцветие напоминает связку ключей, называли «ключами святого Петра». Другое наименование – «пасхальная свеча», потому что время ее цветения часто совпадало с Пасхой. Колокольчики называли «лилией святого Иосифа», «Вифлеемской звездой» или «короной Девы Марии». Мак – «пуговицами Девы Марии», а бегонию – «сердцем Иисуса» и «Божественным оком». Вьющийся клематис – «волосами Христа» или «бородой Бога», календулу или ноготки – «пальчиками Девы Марии» и даже «салатом всех святых». Уподобления множились до бесконечности.
Мы не будем в это углубляться, а просто насладимся прекрасным произведением позднего средневековья, созданного неизвестным мастером из Верхнего Рейна, и вот уже 600 лет вызывающим восхищение зрителей. Оно настолько прекрасно, что его бесконечно цитируют специалисты разных областей науки, пишущие статьи о средневековье.