Писателю было под девяносто. Или - за девяносто. О возрасте он не распространялся. Не хвалился им. И не жаловался на него.
И не сказать, что он был крепок и здоров, отнюдь. Он пришел на новогоднее заседание, опираясь на две палки. И сам пошутил - не пришел, притащился. Нет, конечно, у него есть близкие, есть внуки и правнуки, которые сопроводили бы дедушку!
Но он отказался. Он же шел на праздничное заседание, понимаете? Идти с сопровождающими - это уже не то. А так - он нарядился. Надел новый костюм. Ну зачем в девяносто почти лет тратить деньги на новый костюм? Разве что хранить его до последнего события. Для ухода. А этот писатель надел костюм! И даже немножко испачкал лацкан пирожным. Расстроился. Оттирал белоснежным платочком...
Он сидел в первом ряду и голосовал. И "за" и "против". У него есть свое мнение. И он открыто это мнение высказывал, стараясь говорить громко и разборчиво. Он всегда говорил открыто. И писал то, что думал.
Он здоровался за руку с коллегами, вставая с бархатного сиденья. Ему было тяжело вставать. Но он вставал. И старался стоять прямо.
И к столу он принес торт и напиток. Не все принесли, это давно забытая привычка. Стол и так накрыт для всех, после заседания банкет. Скромный, но новогодний. Бутерброды, фрукты, пирожные. И вот теперь еще торт. Мужчина не должен приходить в гости с пустыми руками, даже если ходит с двумя палками.
И писатель острил. Шутил. Веселил и развлекал собравшихся. И говорил дамам комплименты. И знаете, он был гораздо живее и энергичнее многих. И палкой он стучал, как Дед Мороз. И произносил тосты, вот так! Он жил свою жизнь, вот что он делал. Оставался живым.
Это борьба с заранее известным итогом, я понимаю. И вы понимаете. Но пока ты жив, надо жить. И посещать заседания. И высказывать свое мнение. И угощаться пирожными. И угощать других. Дарить подарки. Говорить приятное дамам за столом. И не всегда приятное всем - во время голосования. И надо надевать костюм, чтобы быть красивым. Живым.
Музыка играла. Сияла новогодняя елка. И кто знает, будет ли еще один новогодний праздник в жизни старого писателя? Да и в нашей? Собственно, гарантий никто не дает. И надо жить. Так сказал этот писатель, которого я знаю много-много лет. Сказал. И мы даже немного потанцевали под тихую музыку...
Смешной это был танец, наверное. С палками. Но никто не смеялся.
Потому что сам этот писатель был подарком. Посланием. Он много чего пережил, поверьте. Многим помог. Поддерживал и поддерживает. Борется за справедливость. Говорит то, что думает. И совсем дряхлый, больной, старый танцует с палками. Есть танец с саблями. А есть - с палками. И то, и другое - битва. Которую надо продолжать. И жить.
...Он устал. Но держался. И получил все радости праздника. И выполнил свой долг на заседании. И не хотел уходить. Даже когда музыку выключили и стали собираться, он медлил. "Так хочется, чтобы хорошее длилось!", - сказал он. И это про жизнь. Из которой не надо спешить уходить.
И надо приносить что-то на стол. И носить костюм. И танцевать иногда, даже если ходишь с трудом. Если уж тебя позвали на праздник жизни - живи. Живи изо всех сил. Даже из последних...
Анна Кирьянова