Бабушка из Нижнего Новгорода, шьющая костюмы для школьного спектакля

Бабушка из Нижнего Новгорода, шьющая костюмы для школьного спектакля

Обыкновенное волшебство бабы Лены

Вот смотришь на школьный спектакль, и глаз цепляется не только за юных актеров. Он цепляется за костюмы. За этот идеально сидящий камзол Петра Первого, за платье Снежной королевы, в котором мерцает тысяча пайеток, за смешной ушастый колпак лешего. И как-то не приходит в голову, что все это не взяли напрокат из какого-нибудь театрального фонда, а сделали вот здесь, в обычной квартире на окраине Нижнего Новгорода. Иглой, нитками и руками одной-единственной женщины. Бабы Лены.

А что мы знаем о таких бабушках? Вроде бы, пенсионерка. Вяжет носки внукам, печет пироги. Но есть среди них те, чьи руки — это не просто руки. Это инструмент, создающий реальность. Баба Лена именно такая. Ей семьдесят два, и последние пятнадцать лет она — главный и единственный художник по костюмам для школьного театра, где когда-то училась ее внучка. Внучка уже студентка, а баба Лена все шьет.

Как рождается чудо из старых штор

У нее нет ателье. Ее цех — это застолье в гостиной, заваленное выкройками из обоев, коробками с лентами и мешком с обрезками тканей «на всякий случай». Ее «спонсоры» — это все соседи и родственники, которые не выкидывают старые занавески, пальто с прогоревшими локтями или бабушкино свадебное платье. Из этого, в ее руках, рождается бархат для короля и шелк для принцессы.

Она никогда не училась на дизайнера. Всё — интуиция, смекалка и золотые руки, набившие шишек за долгую жизнь у станка на фабрике. Она может за полчаса «на коленке» соорудить из картона и фольги корону, которая на сцене будет выглядеть как настоящая. Ее главный секрет не в технике, а в видении. Она смотрит на нескладного подростка-девятиклассника и сразу видит в нем сурового князя. И шьет такой кафтан, который прячет сутулость и добавляет две метафоры роста.

Тихие герои школьной культуры

Работа ее невидима. Когда гремят овации, учителей благодарят за постановку, детей — за игру. А бабу Лену в лучшем случае упомянут вскользь. Ей не платят денег. Ее гонорар — это блеск в глазах «ее» актеров, когда они примеряют костюм и вдруг перестают быть Васькой или Машкой, а превращаются в своего персонажа. Это тихое «спасибо» от режиссера-энтузиаста, который и сам работает за идею.

Юмор ее ситуации в том, что она, пожалуй, самый востребованный «специалист» в микрорайоне. Заказы ей поступают не только из своей школы. Соседняя гимназия уже два года как в очереди. «Лен, ну ты же сделаешь, ты же лучше всех знаешь!» — и она вздыхает, откладывает начатое и садится за новый проект.

В мире, где все измеряется эффективностью и деньгами, такие люди как баба Лена — аномалия. Живой памятник той самой «прекраснодушной» бескорыстности, которую многие считают пережитком. Но без таких аномалий мир становится слишком уж серым и практичным. Ведь школьный спектакль — это не про карьеру в Голливуде. Это про первую любовь к искусству, про преодоление стеснения, про чудо перевоплощения. И костюм в этом деле — не просто тряпка. Это волшебная шкура, надевая которую, застенчивый подросток обретает смелость.

Так что в следующий раз, глядя на увлеченно декламирующего стихи школьника в слегка кривоватом, но удивительно душевном камзоле, помните: где-то там, в тихой квартире, засыпает под мерный стук швейной машинки настоящая фея. Которая творит магию не для славы, а просто потому, что не может иначе. И в этом, пожалуй, и есть самая настоящая профессия — дарить другим возможность поверить в сказку. Хотя бы на сорок минут школьного спектакля.