25 декабря посетил ещё одно предновогоднее мероприятие – открытие выставки картин памяти художника Сергея Беспамятных. Пришёл по приглашению поэта Славы Михайлова. Поскольку там предполагался ещё и поэтический вечер, я решил сходить послушать, что и как сейчас читают именитые поэты.
Слава мне пояснил, что первое место в новосибирском поэтическом Олимпе он делит с Юлей Пивоваровой, но она – поэтесса, а он – поэт. Ещё более заинтриговал другой поэт – Игорь Силантьев, подаривший Михайлову свою книгу и банку пива (потом ещё и ещё). Беседа двух поэтов о том, кто поставил больший рекорд в выпивании портвейна в юности, была очень занимательна, и я с интересом слушал мэтров поэтической сцены. Народ потихоньку собирался, и вскоре малый зал арт-пространства «Цоколь» был полностью занят людьми.
Повсюду висели картины художника, написанные в стиле «психомеханического формализма» – так он сам при жизни определил свой стиль. Мне они больше напоминали наивное искусство художников-абстракционистов; когда я смотрю на такие картины, они меня вдохновляют на то, чтобы однажды решиться и начать писать самому, даже не проходя никакого предварительного обучения.
Вскоре на сцену вышел человек и сказал – объявляю, как в театре, первый звонок. Немного помолчал и добавил – второй звонок. И чтобы уж наверняка – третий звонок, проходите в большой зал, сейчас начнётся спектакль. И 8/10 собравшихся послушно встали и пошли в другой зал смотреть спектакль; как выяснилось, лишь оставшиеся пришли на открытие выставки смотреть картины и слушать поэтов.
Открыл выставку Слава Михайлов, рассказал о том, как всё было организовано, выразил благодарность Евгению Малкову, с которым всё и было задумано, и объявил первого выступающего – Виталия Красного. Виталий для начала почитал пословицы-перевёртыши: на оригинальные он сочинил свои, но наоборот, по типу – «без труда не вынешь рыбку из пруда, а с трудом вынешь не только рыбку и не из пруда»... Кто-то даже смеялся. Завершил длинным стихом про Толмачёво, собрав в него всё, что можно и чего нельзя. Затем Слава Михайлов почитал свои стихи. Классическое исполнение, сразу видно – сцена для поэта как дом родной. Но я запомнил только стих про художника из Амстердама, по теме мероприятия.
Следующими вышли ИЗЫЛЫ! Тут без вариантов, эти ребята – украшение любого вечера. Юля с акустической гитарой, Саня вместо бонгов с ведёрком для льда под Jack Daniel’s (оно висело под одной из картин), после пары песен всё же пересел за барабаны. А следом за ними на стульчик присел Антон Метельков – это был поэтический панк-рок:
«Боря Усов жил без барбершопов
Говорит журнал «Синефантом»
Мы пойдем в театр исследовать жестокость
И пойдем в буфет практиковать ее потом...»
После Антона вышла Настя Голованова, тихонько почитала свои стихи и ушла, а следующим был поэт Игорь Силантьев. Он только было хотел накинуть поверх трёх банок пива ещё и п…сярик водочки, как его позвал на сцену Слава. Поэт вышел к микрофону, зачитал стих и покинул сцену:
«Когда я умер,
Ангел распорядился явиться в глаженой рубашке,
А я их не гладил никогда...»
Это было просто великолепно. Сам когда-то, выступая с группой в сборном концерте, решил, что одной песни будет достаточно, и после исполнения музыканты ушли со сцены, предоставив другим петь и танцевать. Но не тут-то было – поэт, опрокинув п…сярик, вновь ринулся на сцену, но уже читая стих про красивую женщину, говорящую по телефону за барной стойкой, пока рядом, глядя на неё, поэт выпил несколько кружек пива, шот виски, ещё пиво, стошнил на стол перед собой, бармен его поволок вышвыривать из бара, а женщина всё говорила и говорила. Красивая.
Когда поэт закончил и вернулся к своему столику, я сказал, что его первый стих был несравненно лучше. Поэт заметил, что это другой уровень поэзии, строго на меня посмотрел и спросил: «А вы имеете какое-нибудь отношение к поэзии?» – «В каком-то смысле да», – ответил я. Тогда он достал из сумочки свою книгу и сделал мне дарственную надпись. Книга называется – «Созвездие кондуктора», и я прочту её сразу, как окончу читать «Москва майская» другого известного поэта как раз про подобные вечеринки, только в 60-х годах прошлого века.
На этом вечер был объявлен завершённым, но тут на сцену вышел Саня Секатор, помучившись с комбиком, отключил жужжалку, скинул ботинок, надел на ногу погремушку и вдарил по струнам рок-н-ролл... Вскоре к нему присоединился Игорь Силантьев. После влитых в себя парочки «ершей», пошёл экспромт: «Ты пришла, разделась и готова р…здвинуть ноги...» Похоже, что уровни поэзии переключались по мере опьянения автора... Оставшись один, Секатор не на шутку разошёлся:
«Такая злая волчья стая
Её покинул неспроста я
Друг друга насмерть загрызая
А я один такая ЗААААААЯЯЯЯ!!!»
Полный восторг! Увы, народ расходился, и в зале почти никого не осталось, кроме меня и двух женщин на диванчике, героически дождавшихся окончания музыкально-поэтической вечеринки, но вскоре одна из них упорхнула, а Саня продолжал петь: «Долго жить, долго жить, долго-долго жить!» На этих оптимистических строках пошёл и я – предстояло добраться до дома, чтобы, проснувшись в 6 утра, собираться и ехать в университет для выполнения своей необходимой работы, но это уже другая история. Уже сидя в метро, я вспоминал поэтические вечеринки 90-х в Барнауле и думал: эх, вот кого бы перекинуть сюда на машине времени – затрещал бы Олимп от обилия такой поэзии, о которой уже мало кто и вспоминает...
Больше материалов читайте на канале «МАШБЮРО: сибирское сообщество рок-н-ролла». Мы ВКонтакте и в Telegram. Присоединяйтесь!
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
