Если любой другой артист появился бы на сцене в состоянии, подобном тому, в котором выступил во Владивостоке Григорий Лепс, его карьера рухнула бы мгновенно. В отечественном шоу‑бизнесе это означало бы немедленную отмену гастролей, разрыв контрактов и вынужденные извинения - но с Лепсом схема не сработала. Артист вновь показал себя непотопляемым, будто существуя вне правил сценической этики.
За кулисами исход был предсказуем, тогда как зрители в зале испытывали неловкость. Отар Кушанашвили пояснил без обиняков: сегодня успех определяется не только талантом. У Лепса есть то, чего нет у большинства - надёжная поддержка и особый статус, ограждающий его от всех возможных наказаний. Сегодня попробуем разобраться, откуда взялась эта защита и почему скандальный концерт стал ярчайшим индикатором всей этой "конструкции".
На "Фетисов Арене", традиционно славящейся безупречной организацией мероприятий, разразился небывалый инцидент. Вместо ожидаемого праздника зрители стали свидетелями крайне неприятной сцены: артист, чьё выступление должно было стать ярким событием, явно не справлялся с обязанностями перед публикой.
Люди, предвкушавшие вечер высококлассного музыкального шоу, оказались в ситуации, когда их надежды на незабываемое зрелище рухнули в первые же минуты концерта.
Стоимость билетов на выступление Григория Лепса варьировалась от 3 до 20 тысяч рублей =- сумма, которая для жителей Владивостока представляется весьма ощутимой. Многие поклонники артиста шли на серьёзные финансовые жертвы: отказывались от других трат, заранее откладывали деньги, рассчитывая получить взамен подлинное эстетическое удовольствие.
Для отдельных семей даже пара билетов становилась серьёзным испытанием для бюджета, но предвкушение встречи с любимым исполнителем перевешивало материальные соображения.
Однако все ожидания разбились о реальность: с самого начала выступления стало ясно, что артист находится в крайне неподходящем состоянии для проведения концерта. Зрители, делившиеся впечатлениями в социальных сетях, единодушно отмечали тревожные признаки: отёчность лица, покрасневшие глаза, невнятную речь и неуверенную походку. Это было не лёгкое расслабление после пары бокалов, а явная тяжёлая одурманенность, заметная даже с самых дальних мест зала. Ни усталость от перелёта, ни недомогание не могли служить оправданием тому, что происходило на сцене.
Выступление Григория Лепса превратилось в демонстрацию полного несоответствия заявленному уровню: артист не просто допускал ошибки - он оказался физически неспособен реализовать концертную программу. Зрители стали свидетелями того, как исполнитель забывал тексты песен, не попадал в ноты, а также едва удерживал микрофон в руках.
Однако кульминацией неловкой ситуации стало его "общение" с публикой, вышедшее далеко за рамки профессионального поведения.
Из динамиков зала полилась откровенная брань: сначала артист обрушил поток ругательств на техническую команду и музыкантов, а затем переключился и на самих зрителей. Всё это происходило не в приватной обстановке, не на репетиции и не за кулисами - на официальном концерте, куда люди пришли, предварительно заплатив внушительные суммы за билеты.
Особую горечь вызывала мысль о том, что среди присутствующих могли быть семьи с детьми или пожилые родственники - и вместо ожидаемого культурного мероприятия им пришлось столкнуться с потоком нецензурной лексики со сцены.
Ситуация достигла апогея, когда певец опустился на край сцены, пожаловавшись на плохое самочувствие, и фактически утратил контроль над происходящим. Концерт превратился в череду затяжных пауз, агрессивных реплик и хаотичных звуков, побудивших часть зрителей покинуть зал. Тем не менее многие остались - возможно, из‑за поразительного терпения российской публики, а может, из‑за понимания, что вернуть потраченные деньги вряд ли удастся.
При этом, по данным СМИ, гонорар артиста за этот вечер должен был составить около 42 млн. рублей - сумму, которой во Владивостоке хватило бы на покупку нескольких квартир и автомобиля.
За эти немалые деньги зрители получили не концерт, а тягостное зрелище выступления артиста, явно находившегося в неадекватном состоянии.
Можно было ожидать, что после столь скандального выступления артист выразит хотя бы формальные извинения перед разочарованными зрителями. Однако реакция Григория Лепса оказалась диаметрально противоположной: когда журналисты попытались выяснить его отношение к недовольству публики, он лишь рассмеялся, явно не воспринимая ситуацию как проблему.
В интернете распространилось видео, где певец в грубой форме отсылает корреспондента прочь и демонстрирует непристойный жест - поведение, совершенно несовместимое с образом публичного человека.
Подобные эпизоды отнюдь не выглядят случайными вспышками эмоций или следствием временного стресса. Они складываются в чёткую систему поведения, в основе которой - демонстративное пренебрежение к окружающим. Достаточно вспомнить инцидент с журналисткой, которую Лепс публично обозвал "лошадью", или случай в Костроме, когда он выхватил телефон у поклонницы.
Эти поступки отражают устойчивую модель взаимодействия с людьми: артист словно вознёсся над аудиторией, превратившись в некий "бронзовый монумент", но не во славу таланта, а как символ высокомерия, грубости и непоколебимой уверенности в собственной безнаказанности.
Возникает закономерный вопрос: почему Григорий Лепс остаётся безнаказанным за откровенно вызывающее поведение, тогда как другие артисты (вроде Киркорова) вынуждены оправдываться даже за куда менее скандальные эпизоды?
Ответ, озвученный Кушанашвили, проливает свет на ситуацию: певец не считает нужным извиняться, поскольку убеждён в своём праве вести себя как угодно. Эта уверенность, по всей видимости, подпитывается влиятельными покровителями, стоящими за его спиной - и речь здесь идёт отнюдь не о продюсерах.
Корни такого поведения уходят в биографию артиста: Сочи, ресторанная сцена, лихие 90‑е с их особыми способами разрешения конфликтов. Грубость и резкость - не сценическая маска, а естественная манера общения, усвоенная с молодости. Лепс стал своеобразным символом закрытого мужского клуба, где ценят бескомпромиссность, силу и умение "разруливать" ситуации. Его репертуар - песни о водке, мужской тоске и жизни без сантиментов - находит отклик у определённой аудитории: чиновников, крупных предпринимателей, представителей силовых структур.
Именно этот статус "любимца верхушки" создаёт для артиста своеобразный иммунитет: чувствуя за спиной мощную поддержку, он не видит необходимости отчитываться перед журналистами или зрителями, что год от года укрепляет ощущение собственной безнаказанности.
В то время как представители шоу‑бизнеса стремятся оправдать поведение артиста расплывчатыми формулировками вроде "харизма" и "творческий темперамент", медицинские специалисты дают куда более трезвую оценку. Нарколог Василий Шуров прямо квалифицирует состояние певца как классический пример функционального алкоголизма: человек сохраняет способность выходить на сцену, однако его личность уже претерпевает необратимые изменения.
Внешние проявления - покраснение лица, вспышки агрессии, неадекватные реакции - свидетельствуют не о тонкой творческой натуре, а о прогрессирующей зависимости.
При этом окружение артиста, судя по всему, не только не пытается скорректировать ситуацию, но и сознательно её поощряет: приоритетом становятся гастрольный график и кассовые сборы. Когда алкоголь становится неотъемлемой частью сценического образа, подлинное искусство уступает место рискованному шоу - зрители невольно задаются вопросом, сможет ли исполнитель дотянуть до финала программы.
Подобная трагическая динамика наблюдалась в последние годы жизни Владимира Высоцкого, однако между ним и Лепсом - принципиальная разница: Высоцкий был гениальным бардом с мировым именем, тогда как Лепс, несмотря на восторженные отзывы поклонников, по сути остался исполнителем кабацкого репертуара.
Что в итоге? Проблема выходит за рамки личной ответственности артиста: ключевую роль играет реакция аудитории. Зрители продолжают покупать билеты, а заодно - оправдывать неприемлемое поведение кумиров привычными фразами: "С кем не бывает", "Зато голос!", "Поёт душой". Грубость романтизируется как "прямота", а пьяные выходки преподносятся как проявление "широты русской души". Мы сами создали систему, где знаменитостям дозволено то, за что обычный человек поплатился бы серьёзными последствиями.
Люди сознательно идут на риск: платят деньги, зная, что артист может не выйти на сцену или устроить скандал, а затем смеются над видео с его драками и грубыми отповедями журналистам.
В результате Лепс оказался заложником собственного имиджа: ему больше не нужно прилагать усилия - достаточно появиться на сцене, резко высказаться или эффектно швырнуть очки, чтобы вызвать восторг части публики. Владивостокский концерт наглядно показал: артист вплотную подошёл к опасной черте. Ни влиятельные покровители, ни связи не способны предотвратить опустевшие залы, не восстановят подорванное здоровье, не вернут утраченный голос и не вернут уважение зрителей.
Горько наблюдать, как талантливый вокалист превращается в пародию на самого себя, но ещё горше осознавать, что общество молчаливо одобряет такую модель поведения. Мы возмущаемся, требуем наказания, но при этом продолжаем платить за билеты - а значит, цикл будет повторяться: новые скандалы, новая грубость и новые вечера, о которых впоследствии будет стыдно вспоминать.
Друзья, что думаете об этом?