⬜️ Сегодня, глядя на предновогодний развал, ахнешь невольно: глаза слепит от сверкания, от фантастических красок, от немыслимых форм.
Всё искрится, переливается, мигает навороченными гирляндами. И странное дело — в этой ослепительной роскоши как-то гаснет волшебство. Оно слишком доступное, слишком обильное.
🔸 И невольно щемит сердце по тому, другому, бережному сиянию. По немудреным, душевным сокровищам нашего детства.
Из того далёкого малахитового сундука памяти первым выплывает он. Пластмассовый Дед Мороз. Знакомый, наверное, каждому, чьё детство пришлось на 70-80-е. Он стоял не на ёлке — он был важной отдельной фигурой, почти как член семьи. И пара ему — такая же пластмассовая Снегурочка в голубой шубке. Но она почему-то стёрлась в памяти, а он — нет.
🔵 Он был солидный и не маленький, какой-то величественный. Помнится его легкий вес, выпуклости под пальцами. Ах, каким царским нам тогда казался его наряд! Алая, будто из бархата, шапка и такие же рукавицы. Роскошная белая шуба, отороченная не мехом даже, а самым пушистым в мире снегом, с лёгкой-лёгкой, едва уловимой голубизной.
В одной руке — синий, таинственно набитый мешок с подарками. А к груди он, как самое дорогое, прижимал рыжую белочку — крошечную жительницу своего сказочного, заснеженного леса.
✳️ Лицо — целая история. Мудрые, чуть грустные глаза под кудлатыми снежными бровями. Пухлые румяные щеки, будто их только что щипал мороз. И главное — борода. Белоснежная, кудреватая, сплетённая из миллиона льдинок, ниспадающая почти до самого низа шубы.
Он был наш семейный хранитель Нового года. Место его было неизменным — на серванте, рядом с хрустальной вазой для конфет и стопкой папиных книг. Снегурочка как-то незаметно исчезла — то ли переехала к кому-то из гостей-малышей, то ли отправилась в ещё одно путешествие... А он оставался. Год за годом.
💢 Помню, как со временем волшебство начало потихоньку осыпаться, как и краска. Где-то проступила белая пластмасса. И я, маленькая, с любопытством, в котором не было ни капли вандализма, поддевала ноготком отслаивающиеся чешуйки. Особенно завораживал синий мешок — царапнешь его, и остаётся молочно-белая полосочка, будто след от сказки. Казалось, так можно докопаться до самой сути волшебства.
⬜️ Потом и он исчез. Не помню, как и когда. Просто в один год его не оказалось на привычном месте. И сервант показался ужасно пустым, даже с нарядной ёлкой в углу.
Сейчас, наткнувшись в интернете на аукцион «винтажных раритетов», замираю. Их там — целая дюжина. Те самые. У одного чуть стёрта краска на мешке, у другого белочка потеряла кончик хвостика. Они стоят стройным рядом, эти Деды Морозы из параллельной вселенной, и смотрят на меня теми самыми спокойными, вечными глазами. Их можно купить. Запросто.
💠 Но не куплю. Потому что купить можно вещь. А то тихое, светлое чувство предвкушения, когда мир сужался до размера тёплой комнаты, до хрусталя инея на стекле, до запаха ёлки и этого пластмассового Деда на серванте — оно не в нём. Оно во мне.
🔔 И от того, что эту фигурку можно теперь купить, само воспоминание становится и ближе, и недостижимее — как узор от первого инея на стекле, который нельзя удержать, можно лишь запомнить.
Тамира СУГЛИНА.