Колёса скрипнули. Машина чуть дёрнулась, останавливаясь. Хлопнула дверца водителя. Маленькая хозяйка, на коленях которой мирно дремал Гришка, встрепенулась. Пропищала просительно тоненьким голоском:
— Мам, возьмите меня с собой… Я тоже хочу мороженого.
Голос матери проворковал в ответ:
— Пойдём, солнышко… Только оставь своего Гришку в машине. Нечего ему в кафе делать…
Девочка аккуратно взяла пушистый комочек, положила его на мягкое одеялко рядом и тихо прошептала:
— Гришуля… Ты не скучай, я мигом…
Котёнок доверчиво лизнул руку маленькой хозяйке и ткнулся в ладонь мокрым носом. Девочка выбралась из машины и захлопнула дверцу. Но край одеяла, свесившийся с сиденья, застрял, и дверь осталась чуть приоткрытой.
Некоторое время Гришка послушно сидел в одеяле. В щель тянуло холодом, смешанным с запахом бензина. А потом что-то привлекло внимание котёнка. Он поднялся и осторожно просунул нос в щель. И тут же замер. На площадке рядом с кафе стояла огромная ёлка и переливалась множеством блестящих разноцветных огоньков!! У них дома тоже была такая же, разве что поменьше. И Гришке очень нравилось залезать в самую гущу колючих ветвей и там играть маленьким красным шариком. И, разумеется, он не утерпел.
Протиснувшись в узкую щель, он плюхнулся на жёсткий, укатанный множеством колёс снег. Для начала юркнул под машину и огляделся. Не обнаружив ничего пугающего, он изо всех лап кинулся к сверкающей красавице. Поднырнул под нижние ветки и принялся оглядываться. Такого же маленького шарика тут не нашлось. Игрушки все были большие, блестящие. Зато Гришка обнаружил небольшого стеклянного петушка с облезлым красным клювом. И тут началось веселье. Время полетело незаметно. Да, собственно, у Гришки такого понятия не было вовсе.
Но когда, напрыгавшись вволю, он наконец вылез из-под ёлки, машины — той самой, в которой он ехал с хозяйкой, — на месте не оказалось. А на том самом месте стоял какой-то огромный грузовик. Гришка поначалу растерялся. Он подумал, что, скорее всего, просто перепутал место, где стоял их автомобиль. С жалобным мяуканьем он принялся метаться по небольшой площадке перед кафе.
Потом он решил, что, может быть, его хозяйка всё ещё сидит там, в уютном тепле сверкающей стеклянной коробки с красивыми огоньками внутри. И он кинулся к дверям. Но там, прямо на самом крыльце, лежала огромная собака со злыми глазами. Увидев семенящего котёнка, собака вскочила на лапы и хрипло залаяла.
Не помня себя от страха, котёнок кинулся в лес. Ему казалось, что там, в этой чаще, его не достанет никакая собака. Ведь он так хорошо умеет карабкаться по деревьям! Он остановился только тогда, когда лапки окончательно увязли в снегу, а вокруг стояла тишина. Не было слышно урчания машин и людских голосов. Только где-то высоко, в ветвях огромной ели, слышалось слабое шуршание чьих-то крыльев.
Гришка прижался к стволу дерева и слабо мяукнул. И вдруг откуда-то сбоку высунулась голова с огромными ушами. Голова озадаченно посмотрела на котёнка и спросила:
— Ты кто?
Чуть заикаясь, Гришка едва слышно ответил:
— Я — Г-гришка… — и, немного осмелев, добавил: — Котёнок…
Из-за куста показалась вся фигура спрашивающего. Котёнок хотел было попятиться, но ствол дерева не позволил ему этого сделать. Странный зверь с большими ушами снисходительно глянул на Гришку и проговорил:
— А я — Степан, заяц Степан. Ты чего здесь?
Гришка, запинаясь на каждом слове, принялся рассказывать всю свою страшную историю. В конце он не выдержал и жалобно промяукал, едва сдерживая слёзы:
— Я домой хочу… К хозяйке-е-е…
Степан посмотрел на маленький пушистый комок и задумчиво произнёс, ни к кому не обращаясь:
— Да… дела. Похоже, нам без Ферапонта не обойтись.
И добавил уже Гришке, стараясь того подбодрить:
— Да уж, приятель… Сожрут тебя тут и не подавятся. Не волк, так лиса, не лиса — так филин уволочёт… Так что айда за мной.
От такого «успокоения» у Гришки лапки отнялись. Он жалобно промяукал, сжимаясь в комочек:
— Куда — за тобой…?
Заяц деловито пояснил:
— Как куда? К Ферапонту, конечно!
И отрезал:
— Если он не поможет — никто не поможет!
Гришке ничего другого не оставалось, как следовать за зайцем к неведомому ему Ферапонту. Идти пришлось недолго. Ферапонтом оказался старый леший с длинной зелёной, похожей на мох бородой. Он сидел на пне и перебирал мороженую бруснику в лукошке.
Увидев странную компанию, леший заворчал:
— Новый год на носу, а энти всё ходют и ходют… Никакого покоя от вас нету.
И сурово добавил:
— Ну?! Чего там у вас? Сказывайте!
Котёнок от такого «приветствия» позабыл все слова. Он только прятался за спину зайца да тихонько жалобно попискивал. Степан глянул на лешего укоризненно и проворчал:
— Чего, старый, пугаешь? Не видишь, у него и так душа в пятках…
И сам поведал всю горестную историю Гришки.
Леший тяжело вздохнул. Отставив корзинку с брусникой в сторону, поднялся. Проворчал вполне добродушно:
— Ладно… Помогу. Сегодня у нас что?
Поднял он корявый, больше похожий на сухой сучок, палец кверху. Не дождавшись ответа, сам закончил:
— Сегодня у нас канун Нового года, вот что!!!
А в новогоднюю ночь случаются чудеса разные. Есть тут неподалёче одно местечко у дороги. Стоит там старый фонарь. Уж сколь годков стоит — и не припомню. Весь уже ржавчиной покрылся, совсем старый. Но раз в году он загорается. И тому, кто в нужный час окажется под ним, он укажет его правильный путь. Думаю, и тебе он поможет, — обратился он к Гришке.
И добавил уже совсем добродушно:
— Полезай-ка ко мне на плечо. А то снега нынче в лесу у-у-у… убродно. С твоими малыми лапками, боюсь, не поспеем к сроку-то.
Гришка посмотрел испуганно на зайца, словно ища у того поддержки. Степан зашептал, подталкивая его лапкой:
— Полезай, полезай… Ферапонт — он добрый. А что ворчит… так это от ревматизма.
На плече у лешего оказалось не так уж и страшно. Гришка вцепился всеми коготками в овчинную жилетку Ферапонта и только успевал головёнкой по сторонам крутить — так быстро леший шёл по заснеженному лесу.
Наконец они оказались на опушке. Недалеко от края леса шла засыпанная снегом дорога. И на её обочине стоял старый фонарь. А под фонарём… Там стоял старый мужчина в потрёпанном пальто, женщина в модной шубке, девочка с куклой на руках, лохматый щенок с грустными глазами.
Леший остановился на кромке леса и тихо прошептал:
— Видал?.. Всем свой путь нужен… Ты ступай. А ровно в новогоднюю полночь фонарь загорится. Каждому — свой лучик будет. Так ты по этому лучику и иди. Аккурат придёшь куда захочешь али куда тебе потребно.
Он бережно ссадил котёнка с плеча и помахал ему вслед рукой. Пробурчал себе под нос, повторяя недавние слова:
— Каждому свой лучик потребен… Каждый свою дорогу сыскать должен…
С Наступающим Новым годом!!!!