31 декабря 1974 года, на новогоднем банкете в московском ресторане «Прага», прошла первая дегустация торта «Птичье молоко», ставшего впоследствии легендарным эталоном.
Этот шедевр создал главный кондитер «Праги» Владимир Гуральник, совместно с технологом Галиной Гороховой, и технологом М. Колесниковым.
Торт был труднодобываемым и весьма дорогим. В моей голове зафиксировалась цена: 6 рублей 50 копеек (возможно это с «накруткой», т.к. в источниках указываются максимальные 6 руб. 16 коп.).
У меня с этим тортом с детства непростые отношения: меня тянет к нему, а его тянет ко мне, но встречи случаются нечасто.
А в 1987 году состоялась моя главная «битва» с "легендой". На одном крупном домашнем праздничном мероприятии их оказалось целых пять штук, и один из них я съел в одно лицо. Я «победил», но было очень плохо…
26 мая 1988 года в Советском Союзе был принят закон «О кооперации в СССР». Это было время, когда товарный дефицит уже хорошо ощущался (в плохом смысле).
Постепенно «пражский» торт становился всё менее доступен (если вообще был), но появился новый соблазн: кооперативное «Птичье молоко». Стоило это чудо 10, блин, рублей, но он был так же хорош!
Продавали его прямо на улицах (в простых белых коробках, без затейливого, всем известного, рисунка). Кооператоры просто ставили столик в любом месте (где договорились с местной властью, очевидно). 10 рублей всё ещё были серьёзными деньгами, и предприимчивые предприниматели резали его на 10 частей, продавая каждый кусок по 1 рублю. Всё это стояло и усиленно соблазняло вот так, на улице, открытым, нарезанным.
Когда у меня (всё ещё школьника) в кармане набирался 1 рубль (а это реально много – проезд на метро 5 копеек), он зачастую обменивался на заветный кусок кооперативного, немного запылившегося торта.
Но и это продлилось недолго.
Наступили тёмные времена. Эпоха «той самой птички» ушла. Страну наводнили изделия, лишь внешне похожие на «Птичье молоко»: что-то сладкое, липкое, прямоугольное, покрытое чем-то коричневым.
Люди перешёптывались и опасливо озирались, выдвигая версию, что стал недоступен агар-агар. В принципе, они были правы – недоступным стало практически всё, а заодно и агар-агар.
Шли годы.
Но, увы, «ту самую птицу» я больше не встречал, хотя, чего скрывать, искал усердно. Вплоть до того, что совмещал свежий белый хлеб и зефир в шоколаде (если удавалось добыть эти объекты) и представлял, что ем «птичку»…
В разные периоды она попадалась то хуже, то лучше.
Сейчас бывают вполне и очень себе даже вкусные. И я уже давно оцениваю их «индивидуально», практически не сравнивая с эталоном.
И я уже изменил своё отношение к сладкому.
И уже понимаю – практически вижу – что происходит в организме, когда в него попадает кусок торта.
Но всё равно, моя встреча с «Птичьим молоком», до сих пор, часто заканчивается победой (но уже не моей, а соблазна), а его «жизненный путь» завершается предопределённым съеданием – такова его судьба…
Кстати, если встретите «птичку» сегодня, немного… э-э-э… продегустировать её можно – всё-таки 51 год с той самой презентации.
Ну и с наступающим вас Новым годом!
На Планете нашей и канале @НАХОА
#птичьемолоко #тортптичьемолоко #новыйгод #история #историческаяпамять #ресторанпрага #ссср