На широкой заставе, там, где небо сходится с холмами, стояла тишина. Ветер лениво перебирал гривы могучих коней, а пожухлая степная трава тихо шептала сказки о былых временах.
Три богатыря несли свой вечный дозор.
В центре, на вороном коне, подобном грозовой туче, возвышался Илья Муромец. Спокоен был его взор, крепка рука, поднесённая к глазам. Справа от него, на белом скакуне, сидел Добрыня Никитич, готовый в любой миг выхватить меч, но пока лишь задумчиво оглаживающий рукоять. А слева, на рыжем коне, улыбался чему-то своему, юному да хитрому, молодой Алеша Попович, держа наготове лук.
— Чую, братцы, — басом проговорил Илья, вглядываясь в даль, — не орда идет. И не зверь рыщет.
— А что же тогда, Илюша? — Добрыня чуть подался вперед, сверкнув кольчугой. — Неужто гонец от князя Владимира?
— Нет, — Илья опустил руку и улыбнулся в густую бороду. — Зима идет. Настоящая, русская, праздничная!
И вправду, стоило ему это сказать, как с серого неба, которое на картине казалось грозным, посыпались первые, крупные хлопья снега. Ветер перестал быть колючим и стал мягким, пушистым. Серые холмы на горизонте вдруг посветлели, укрываясь белым одеялом.
Алеша Попович рассмеялся, подставив лицо снежинкам:
— Эх, а в княжьем городе сейчас пиры горой! Князь, небось, уже бочки с медом выкатывает, скоморохи гусли настраивают. А мы тут в поле, с ветром пересвистываемся!
— Не ворчи, Алеша, — добродушно ответил Добрыня. — Наша служба такая — покой беречь. Чтобы на Руси песни пели, здесь должно быть тихо.
Вдруг Илья Муромец указал копьем вперед. Там, среди поля, стояла одинокая, пушистая ель. Снег уже успел припорошить её ветви, и в сгущающихся сумерках казалось, что дерево одето в серебряную парчу.
— Глядите, — сказал Илья. — Вот и наша красавица.
Алеша, недолго думая, достал из седельной сумки яркую красную ленту, которую вёз в подарок какой-то красной девице, и ловко, прямо с седла, подбросил её. Ветер подхватил ленту и красиво обвил ею верхушку ели.
Добрыня, усмехнувшись, вынул из-за пазухи красивое резное яблоко — гостинец из дальних стран — и насадил его на нижнюю ветку.
А Илья Муромец, глядя на это, поднял свое тяжелое копье вверх, но не для удара. Он ударил древком о землю, и от этого богатырского стука с веток соседних кустов взлетели снегири, расцветив небо над елкой живыми красными шарами.
— Ну вот, — крякнул Илья, — и у нас Новый год.
В этот момент тучи на горизонте разошлись, и выглянула первая звезда, яркая и чистая. Она осветила суровые лица богатырей, делая их мягче и добрее.
— Тихо в степи, — сказал Илья Муромец, разворачивая коня. — Вороги по норам попрятались от мороза, лихо спит. Значит, и нам пора.
— Куда? — удивился Алеша.
— Как куда? К князю, на двор! — хохотнул Илья, и его смех раскатился по полю, как гром. — Если пустим коней в галоп, как раз к первому тосту поспеем! Негоже богатырям в праздник без чарки оставаться, когда граница на замке, а замок этот — сама Зима-матушка!
И три коня — белый, вороной и рыжий — сорвались с места. Они летели сквозь метель, взбивая копытами снежную пыль, и казалось, что это не просто всадники, а сами духи добра и силы мчатся, чтобы принести на Русь весть о наступающем Новом году, о мире и счастье.
А позади, в заснеженном поле, осталась стоять нарядная елка, охраняя покой русской земли до самого рассвета.
Если интересно, прошу поддержать лайком, комментарием, перепостом, и даже может быть подпиской! Не забудьте включить колокольчик с уведомлениями! Буду благодарен!