В 1945 году супруга британского премьер-министра получила два советских ордена. Трудового Красного Знамени и Знак Почёта.
Пока её муж готовил Фултонскую речь о «железном занавесе», Клементина Черчилль ездила по разрушенным советским городам и отправляла в Москву медикаменты. Бульдог британской политики рычал на Сталина. А его жена собирала деньги для Красной Армии.
Как женщина, которую многие считали «тенью» мужа, всю войну вела собственную политику? И почему Уинстон, человек несгибаемый, позволял ей это?
Первая встреча в 1904 году прошла катастрофически. Двадцатидевятилетний Черчилль, уже известный политик и блестящий оратор, вдруг онемел.
Он просто смотрел на девушку. Не произнёс ни слова. Клементина Хозьер потом вспоминала, что он показался ей «очень неуклюжим».
Девушка из обедневшей аристократической семьи привыкла к поклонникам. Красота, острый ум, французский язык, начитанность. Но этот молчаливый толстяк её не впечатлил.
Четыре года они не виделись.
В 1908 оба чуть не проигнорировали званый обед. Черчилль хотел посидеть в тёплой ванне. Клементина считала, что у неё нет подходящего платья.
Родственники уговорили. И этот вечер всё изменил.
Черчилль опять молчал. Великолепный оратор, способный зажечь толпу, терялся рядом с двадцатитрёхлетней девушкой. Она говорила о книгах, искусстве, политике. Он слушал.
В ней он увидел такого же одиночку, как сам.
Уинстон пригласил леди Бланш с дочерью в родовое поместье. Решение жениться созрело мгновенно. Осталось только сделать предложение.
На это понадобилось полчаса.
Политик, не боявшийся парламентских баталий, не мог выдавить нужные слова. Клементина потом называла ту речь «самой неудачной и одновременно самой удачной» в его жизни.
В сентябре 1908 она стала миссис Черчилль.
Знакомые пары шутили: родись Клементина мужчиной, она бы сама стала премьером. Но традиции того времени требовали от неё «женских дел».
Она реализовала мечты через мужа.
Именно она убедила Уинстона идти в премьеры, когда он сомневался. Именно её вера становилась его силой перед каждым политическим риском. Она принимала его таким, какой он был, — вспыльчивым, авторитарным, одержимым.
Пятеро детей. Одна дочь умерла в младенчестве.
Единственный сын всю жизнь пил и курил, пережил отца всего на три года. Старшая дочь страдала депрессией и покончила с собой в пятьдесят семь лет.
В 1930-е брак трещал по швам.
Поговаривали о романе Клементины с художником Теренсом Филипом. Развод казался вопросом времени. Но пара выстояла.
Историк Мари Бенедикт пишет: «Уинстон не был одинок во время Второй мировой. Рядом всегда была Клементина».
Только она не была его отражением.
Убеждённая либералка рядом с лидером консерваторов. Она осуждала его политику открыто. Но делала это так, что он менял решения.
Под её влиянием Черчилль пошёл на расширение прав женщин. На социальные реформы, которые консерваторы ненавидели. Он слушал жену больше, чем кабинет министров.
В 1940 Клементина отправила мужу письмо.
«Ты невыносим!»
Дальше шла жёсткая, беспощадная критика. Его обращение с подчинёнными. Высокомерие. Неспособность слушать. Она указывала на недостатки, которые власть обострила до деспотизма.
Черчилль прочитал. И изменился.
Только жена могла написать премьер-министру военного времени такое письмо. И только перед женой он был готов признать правоту.
Но главное противостояние началось с войной.
1941 год. Германия напала на СССР. Британия получила союзника. Черчилль — временного партнёра, которого втайне презирал.
Клементина увидела другое.
По её инициативе создали Фонд помощи красноармейцам. Именно она настояла отправить в СССР медицинское оборудование, хирургические инструменты, протезы, медикаменты.
Муж вёл большую политику. Жена открыла второй фронт.
Британская аристократка собирала деньги для советских солдат. Организовывала отправку грузов. Переписывалась с московскими чиновниками.
День Победы Клементина встретила в Москве.
Потом поехала по советским городам. Видела разрушения. Говорила с людьми, пережившими блокаду, оккупацию, концлагеря. Вернулась другим человеком.
Дочь Сара потом напишет в мемуарах: «Послевоенный курс отца на холодную войну мама не поддерживала. Она относилась к России иначе».
В 1946 Черчилль произнёс Фултонскую речь. «Железный занавес опустился над Европой». Началась холодная война.
Клементина считала это ошибкой.
Она видела в СССР не политического конкурента, а страну, которой мир нужен не меньше, чем Британии. Страну, пережившую страшную войну и не желающую новой.
Муж не прислушался. Но спорить с ней не пытался.
Два советских ордена на груди жены британского премьера. Парадокс, который возмущал лондонское общество. Черчилль только пожимал плечами.
Она имела право на собственные взгляды.
Пятьдесят семь лет вместе. Ссоры, размолвки, кризисы. Но в дни разлуки язвительный премьер писал жене нежные письма.
«Утешь меня в трудную минуту».
Он преображался рядом с ней. Суровый бульдог становился ласковым мужем.
Клементина не пыталась реализовать собственные амбиции. Но никогда не отказывалась от своих убеждений. Даже когда они противоречили политике мужа.
В ней он видел не подчинённую, а равную. Личность. Друга. Человека, чьей поддержке был обязан становлением.
В мемуарах Уинстон Черчилль напишет одну фразу: «Я женился в сентябре 1908 года и с тех пор жил счастливо».
За этими словами — история женщины, которая пятьдесят семь лет вела собственную политику. Рядом с мужем, но не за его спиной. Вопреки его позиции, но не в ущерб браку.
Советские ордена на груди. Письмо «Ты невыносим» в ящике стола. И счастливый брак длиною в полвека.
Вот что значит быть великой женщиной рядом с великим мужчиной.