В конце 1980-х она разорвала экраны страны пополам. Одни называли ее героиней, другие — женщиной с низкой социальной ответственностью. Наталья Негода стала первой советской актрисой на обложке Playboy, получила «Нику» и уехала покорять Голливуд с чемоданом надежд. А потом просто исчезла.
Сегодня она живет в московской двушке на Фрунзенской, не отвечает на звонки продюсеров и отказывается от миллионных предложений ток-шоу. Что случилось с женщиной, которая когда-то олицетворяла саму перестройку?
Случайная звезда: как роль «Веры» чуть не отдали другой
Представьте: лето 1987 года, студия Горького. Режиссер Василий Пичул мечется в поисках главной героини для своего фильма «Маленькая Вера». Ирина Апексимова отказалась — ее учитель Олег Табаков посоветовал не связываться с «чернухой». Яна Поплавская тоже сказала «нет». А молодая актриса Наталья Негода просто зашла на студию за гонораром за другую картину — военную драму «Завтра была война».
Администратор фильма увидела ее в коридоре и привела к Пичулу. Наталья пробовалась без энтузиазма — сценарий ей не понравился, море в Мариуполе манило больше, чем какая-то роль провинциальной девчонки. «Она пробовалась с такой ленцой и равнодушием, что это сыграло ей на руку, — вспоминал Василий Пичул. — Именно такую Веру я и искал: дерзкую, измученную жизнью, которой на всё плевать».
Режиссер изначально был настроен против Негоды — считал ее слишком своенравной. Но актрису поддержала знаменитая Татьяна Лиознова. И началось. Съемки в Мариуполе, июль, море. Наталья думала, что едет отдыхать. А готовила революцию.
Та самая сцена: как «слямзали у Бертолуччи» и взорвали страну
Вот вам главная тайна «Маленькой Веры»: той самой откровенной сцены, из-за которой у кинотеатров выстраивались километровые очереди, в сценарии вообще не было. Мария Хмелик, жена режиссера и автор сценария, ничего подобного не писала.
«Ее не было в сценарии вообще, — призналась позже Наталья. — Я помню, что мы эту сцену полностью слямзали у Бертолуччи из какого-то фильма. Считаю, что это был гениальный пиар-ход Василия Владимировича».
Пичул настаивал перед худсоветом: «Толпы побегут!» Толпы побежали. Но для советского кино 1988 года это был шок похлеще атомной бомбы. Впервые на экране показали не целомудренный поцелуй, а настоящую близость между мужчиной и женщиной. Причем безо всякой романтики — просто часть жизни обычных людей.
Забавная деталь: накануне съемок той самой сложной сцены, где подруга Веры демонстрирует позу «Ха!», Наталья и ее экранная подружка Александра Табакова гуляли всю ночь с приехавшими на гастроли Олегом Янковским и Александром Абдуловым. Утром девушки явились на площадку с опозданием и в отличном настроении. Режиссер был в шоке — снимать их было нельзя.
Ненависть вместо любви: мешки с проклятиями и бандероль со «сюрпризом»
После премьеры осенью 1988 года на Наталью обрушилась лавина. Нет, не цветов. Проклятий. По опросу журнала «Советский экран» ее признали лучшей актрисой года, вручили премию «Ника», наградили призами фестивалей. Но простые зрители писали совсем другое.
«Мне присылали мешки писем, — вспоминала актриса. — Процентов пять — восхищение. Остальные девяносто пять — проклятия.
Наталья поняла тогда главное: она не хочет быть знаменитой.
«Я шла в профессию, чтобы меня любили, а получила ненависть, — говорила она спустя годы. — Мы бы все сдохли от помоев, если бы тогда был интернет».
Зрители на премьерах кричали «Позор!». Блюстители нравственности собирали подписи против «разврата» на экране. А девчонки по всей стране бегали в полосатых кофточках, сетчатых колготках и огромных серьгах-кольцах — копировали образ Веры. Парадокс: ее ненавидели и боготворили одновременно.
Первые большие деньги: 25 тысяч долларов за революцию
В 1989 году в почтовый ящик Натальи пришло письмо из Америки. Легендарный журнал Playboy предлагал стать первой советской моделью на обложке. Заголовок придумали заранее: «From Russia — with Love» («Из России — с любовью»).
Для СССР это был скандал в квадрате. Но Наталья согласилась. Ей заплатили 25 тысяч долларов — для советского человека астрономическая сумма. «За эти деньги я могла купить себе несколько квартир в центре Москвы», — говорила актриса.
Правда, она жаловалась:
«Сестре Майкла Джексона заплатили 2,5 миллиона за съемку, а мне всего 25 тысяч».
Режиссер Юрий Кара вспоминал эти слова с улыбкой — для Запада это были копейки, но для нас — целое состояние.
Фотосессия прошла в Нью-Йорке и Лос-Анджелесе. В архивах Playboy сохранилась статья «That Glasnost Girl» (майский номер 1989 года), где описывали визит Негоды.
Студенческий роман с Ефремовым: почему расстались на пике славы
В Школе-студии МХАТ, где Наталья училась у Олега Ефремова, у нее был бурный роман с его сыном — Михаилом Ефремовым. Они были «золотой парой» курса. Красивые, талантливые, дерзкие. Вместе с ними учились дети других звезд: дочери Олега Табакова и Евгения Евстигнеева, сыновья Вячеслава Невинного.
После успеха «Маленькой Веры» Наталья и Михаил расстались. По словам друзей пары, причина была простой и жестокой: внутри оба так и остались детьми. А еще, говорили злые языки, Ефремов не смог пережить, что его «Наташка» вдруг стала звездой мирового масштаба, пока он был просто «сыном Олега Ефремова».
Еще одна тайная страница — отношения с Сергеем Толстиковым, которого считали сыном партийного деятеля Василия Толстикова. Проблема: мужчина был женат. В СССР такие связи не приветствовались. Наталья отступила и не стала разбивать семью.
Голливудский тупик: 13 лет в Лос-Анджелесе и четыре забытых роли
В начале девяностых Негода уехала в США. Не «колбасной эмигранткой», а звездой с международным именем. Там она вышла замуж за русского эмигранта, экономиста по профессии. Имя мужа актриса до сих пор не называет — принципиально. «Он русский человек, живет здесь и всегда жил здесь, только какое-то время проводил со мной в Штатах», — уточняла она позже.
Поселились в Лос-Анджелесе. Наталья разъезжала на честно заработанном BMW, ходила по кастингам, мечтала о карьере. Но Голливуд оказался жестоким. За 13 лет она снялась всего в четырех проектах: фильм «Назад в СССР» (1992), телевизионная лента «Товарищи на лето» (1992), эпизод в культовом сериале «Закон и порядок» (1993) и малоизвестная картина «Каждая минута — прощание» (1996).
«В Лос-Анджелесе у меня было просто зарабатывание денег, — признавалась Наталья. — Ждать, что я там стану Мишель Пфайффер? Вдруг не бывает».
Проблема была классической для эмигрантов: ее брали только на роли «русских героинь» с акцентом. Нет свободного английского — нет больших ролей. Нет больших ролей — нет денег. Круг замкнулся.
Негода думала, что после «Маленькой Веры» получит карт-бланш в кино. Что все будут рады видеть ее в своих проектах. Но вышло наоборот. В СССР после такой ленты ее не особенно звали — боялись типажа. В Америке не понимали — кто эта русская девушка и зачем она им.
Возвращение и «Бубен, барабан»: последний шанс доказать, что она актриса
В 2007 году Наталья вернулась в Россию. Режиссер Алексей Мизгирёв пригласил ее в свой фильм «Бубен, барабан» на роль провинциальной библиотекарши Екатерины Артёмовны. Женщины за сорок, застрявшей в глухом городке, которая влюбляется в ненастоящего моряка.
«Я никогда не соглашаюсь на материал, в котором ничего нет от меня лично, — объясняла Негода. — В период съемок я со своей героиней похоже себя чувствовала. Мне кажется, что фильм наш совсем не о любви, а скорее об одиночестве, о непонимании, о духоте жизни. Это скорее о нелюбви, чем о любви».
Роль принесла ей «Золотого орла» и «Белого слона» — престижнейшие премии. Критики писали: Негода доказала, что она серьезная драматическая актриса, а не просто персонаж из скандального фильма.
Но ненадолго. После «Бубна, барабана» — тишина. Лишь в 2018 году маленькая роль в фильме «Ван Гоги».
Затворница с Фрунзенской
Сегодня Наталья Негода живет в двухкомнатной квартире на Фрунзенской набережной в Москве. Квартиру купила на гонорары из Голливуда. Живет вместе с мамой — режиссером Тамарой Павлюченко. Никого не приглашает, дверь держит на замке, личную жизнь охраняет как государственную тайну.
Она не снимается. Не ходит на тусовки. Отказывается от предложений ток-шоу, хотя ей предлагают огромные деньги за рассказы о «мужьях и любовниках».
В 2018 году согласилась только на одно появление — в программе Малахова, посвященной 30-летию «Маленькой Веры». И даже там на вопросы о личной жизни отвечать отказалась наотрез.
Почему? Наталья объясняет честно:
«Я научилась жить без профессии. Очень мало сейчас хорошего, достойного материала. Я самодостаточна, мне не скучно с самой собой. Я избаловалась хорошими сценариями и теперь очень избирательна».
Современный шоу-бизнес она воспринимает критически.
«Он слишком ориентирован на хайп и бесконечное светское присутствие, а не на работу, — говорит Негода».
Это особенно контрастирует с нынешним шоу-бизнесом, где большинство цепляется за любой эфир, за любое упоминание в СМИ.
«Эту страницу закрыла навсегда», — говорит Наталья о «Маленькой Вере».
Вопрос только в одном: что написано на следующей? Или книга вообще закончилась в тот момент, когда она вернулась из Америки и закрыла дверь своей квартиры?
Ей сейчас 61 год. Она выглядит хорошо, несмотря на возраст. Она живет одна (не считая мамы). Без детей, без мужа, без ролей. И, судя по всему, без сожалений.
Может, в этом и есть ответ. Наталья Негода не пропала. Она просто выбрала то, что для нее важнее славы. Тишину. Покой. Право не объяснять никому, почему она отказывается быть той, кем ее хотят видеть.
В конце восьмидесятых она была символом свободы. Тридцать с лишним лет спустя она стала символом другой свободы — права на одиночество и на жизнь без камер.