Очень давно не прикасалась я к пьесе Александра Сергеевича Грибоедова (1795, Москва - 1829, Тегеран) - "Горе от ума" (1820-1824). И вот совсем недавно перечитала.
Не возникло у меня чувство, что вижу текст словно в первый раз, как нередко со мной бывало при обращении вновь к русской классике. Нет, на редкость ясно помнила я почти слово в слово всю пьесу, что и немудрено: растворилось это произведение Грибоедова в самом русском языке, на котором мы говорим. И уже не знаешь: автор ли это сказал или народ придумал, а писатель подслушал да забрал себе в художественную копилку.
Но поразило меня другое, мое новое и совершенно искреннее отношение к главному герою - Александру Андреевичу Чацкому.
С самой юности, с первого моего прочтения "Горе от ума" ещё в школе - главный герой мне совершенно не нравился. Более того - я даже не верила в искренность его чувств.
Восторженное отношение Чацкого к Софье, возникшая горячая влюбленность в подругу его детства казались мне ложными и наигранными. И ничего я с этим не могла поделать, даже понимая, что моё недоверие разрушает весь нерв пьесы, пожалуй, даже её смысл.
И тем удивительнее, что не делая над собой никаких усилий, я совершенно изменила своё отношение к Чацкому, перечитав пьесу совсем недавно.
Причём фигура главного героя на этот раз предстала столь трагичной, что жанр «Горя от ума» в моём ощущении стал все больше приближаться к драме, неотвратимо удаляясь от комедии.
Поражает какая-то детская, беззащитная открытость Чацкого. Обнажённость всех движений его души.
С первой фразы, с которой он кидается к Софье, своему юношескому увлечению, возвратившись из путешествия: "Чуть свет - уж на ногах! и я у ваших ног. (С жаром целует руку.)".* И до последнего отчаянного монолога в конце драмы, полного боли и разочарования: "(С жаром) Слепец! я в ком искал награду всех трудов! Спешил!.. летел! дрожал! вот счастье, думал, близко. Пред кем я давеча так страстно и так низко был расточитель нежных слов!.."
Чацкий - родоначальник плеяды современных героев в русской литературе первой половины ХIX века. С ним почти соседствуют Евгений Онегин ("Евгений Онегин" А. С. Пушкина) и Григорий Печорин ("Герой нашего времени" М. Ю. Лермонтова) ...
Но как не похож герой Грибоедова на своих условных последователей - и открытостью душевных переживаний, и жаждой свободно донести своё слово и быть понятым, быть услышанным!
Разочарование настигает его в конце драмы, и Чацкий бежит из Москвы, бежит от света, от людей, многие из которых родные ему по крови и воспитанию.
Онегина и Печорина читатель застаёт в точке охлаждения и разочарования в любви и дружбе. Иначе говоря в том духовном состоянии, в котором расстается с Чацким.
И тем не менее с трудом верится, что жар Чацкого сможет когда-нибудь превратиться в духовное охлаждение Онегина или Печорина - слишком высокий градус душевного горения с самого начала задаёт Грибоедов своему герою.
30 декабря 2025 года, Москва
* Здесь и далее цит. по: Грибоедов А.С. Сочинения. Горе от ума. - М.,: Худож. лит., 1988. - с. 751.