Фото сгенерировано АЛИСА AI
Увидел в телефоне свою детскую фотографию. Видимо когда-то мама прислала. Нашла где-то в альбоме, перефотографировала и прислала. Фотография цветная, но время почти съело все тона, оставив только рыжеватые оттенки. По всей фотографии идут заломы - короткие и длинные, едва заметные и отчётливые. Фотография похожа на ладонь и линии жизни на ней. На снимке я - мальчик, лет пяти, с неровно подстриженной чёлкой, большими глазами и светлой улыбкой. На мне рубашка в мелкую бело-зелёную клетку, на которой изображены машинки и дорожные знаки. Я закрыл глаза, сделал вдох... И провалился в тот день. Детский сад "Ручеёк". Мне повезло больше всех из группы, детский сад стоял напротив дома - рукой подать. Иногда я даже видел папу, который приезжал на обед или маму, которая возвращаясь с работы, сначала шла в квартиру, разобрать сумки и только потом за мной. Как же мне пятилетнему пацану тогда было обидно. “Неужели, какие-то сумки важнее, чем я? А как же я? Эй, мама, я тут! Я вижу, как ты проходишь мимо! Зайди, забери меня!”. Я не понимал, что мама весь день на работе, в окружении коллег, и работающего оборудования, устала и хочет побыть в тишине. И у неё есть на это полтора часа. Ведь потом дома появлюсь я! А там уже точно не до тишины. Везение от того, что вход в мой детский сад и вход в мой подъезд были друг напротив друга ни на что не влияло. Забирали меня, так же, как всех. А то и вовсе самого последнего. Я даже иногда обижался на эту близость. Тот день. В группу пришёл фотограф, поэтому нас одели нарядно. Признаться, мне тогда казалось, что на мне самая красивая рубашка и шорты с колготками. Я ничего не понимал в моде, но где-то в глубине души я знал, что они так друг с другом гармонируют, что от меня глаз невозможно оторвать. И даже рыжий гном, которого мне дали в руки не мог испортить эту красоту. Хотя, конечно, я хотел, чтобы мне дали в руки большой самолёт «ТУ 154». Тогда я мечтал стать лётчиком. Фотограф, дядька с огромным «Зенитом» на шее, командовал: "Улыбочку! Гнома повыше держи!". Я послушно подчинился, представив себя в кабине самолёта. Штурвал в руках, облака под крылом, рёв турбин. И в тот миг гном стал моим верным штурманом - мы вместе покоряли небо. Щёлк. Вспышка. После съёмки был обед, где давали невкусную капусту с котлетой и куриный суп. Потом прогулка. Что-то вырезали из бумаги и клеили после. И полдник - снежок и коржик. Самое вкусное, что могут дать в садике и нас обрадовать. После полдника я прижался носом к стеклу, высматривая маму. Наконец она появилась. Сердце подпрыгнуло: "Моя очередь!". Я вылетел из группы, как реактивный, вцепился в её руку. "Мама, я сегодня был лётчиком! Мы с гномом управляли настоящим самолётом!". Она улыбнулась устало, погладила по голове: "Знаю, сынок. Самолёты - это здорово.". Дома, за ужином, я рассказывал папе, как управлять самолётом и размахивал ложкой, имитируя взлёт. Ведь папа не знает, что такое самолёты. Папа кроме своего КАМАЗА ничего и не видел. Папа посмотрел на меня и сказал: "У каждого своё небо и свои самолёты. Ешь давай.". Сорок лет прошло. Где теперь тот гном? С кем летает? Как же иногда мало надо, чтобы прожить детство ещё раз - просто фотография, похожая на ладонь и линии жизни на ней.