В коридоре было оживлённо: врачи и ассистенты спешили по своим делам, переговариваясь тихими голосами. Лиза и Максим последовали за ассистентом, который быстро шагал впереди, периодически оглядываясь, чтобы убедиться, что они не отстали.
Они вышли из медицинского корпуса и пройдя немного по дорожке подошли к корпусу, где висела табличка «ОХРАННОЕ АГЕНСТВО РУБИКОН». Поднялись наверх в кабинет руководителя. За столом уже сидели знакомые им врачи и Василий Васильевич. В дальнем конце стола восседал седовласый мужчина с пронзительным взглядом.
— А, вот и наши герои, — произнёс Василий Васильевич, едва Лиза и Максим переступили порог. Его голос звучал одновременно дружелюбно и холодно. — Проходите, присаживайтесь. У нас предстоит серьёзный разговор. Сразу предупреждаю. Все что будет сказано в этих стенах не должно выйти наружу. Тема очень серьезная.
— Ну что ж, все в сборе. Давайте начинать, — проговорил седовласый мужчина, окинув собравшихся внимательным взглядом. Его голос, твёрдый и размеренный, мгновенно привлёк всеобщее внимание.
— Для начала представлюсь. Меня зовут Константин Игоревич. Я представляю государственную структуру при президенте. По просьбе Василия Васильевича, моего старого товарища, мы провели небольшое медицинское исследование, чтобы помочь вам разобраться с вашими способностями. — Он сделал короткую паузу, словно давая слушателям время осмыслить сказанное. — Василий Васильевич вкратце рассказал мне о вас, о ваших необычных способностях. А о ваших неординарных реакциях на не совсем стандартные медицинские тесты мне доложили мои люди.
Константин Игоревич слегка наклонил голову, его взгляд стал пронзительным.
— Раньше мы считали это сбоями оборудования. Но вчерашние замеры… скажем так, заставили нас пересмотреть взгляды. Скажу прямо: мы и прежде проводили подобные исследования, однако там фиксировались лишь слабые сигналы. В вашем случае нейроактивность мозга выходит далеко за рамки любых известных нам норм.
Лиза невольно потянулась к рукаву халата, словно пытаясь укрыться от пронзительного взгляда собеседника. Максим, напротив, выпрямился в кресле — его взгляд стал острым, цепким, будто он пытался проникнуть в самую суть происходящего.
— «Далеко выходит» — это мягко сказано, — сдержанно произнёс Максим. — Мы видели графики. Вы говорите об «исследовании», но до сих пор не объяснили, что именно изучаете и зачем. Да, мы наблюдали какие‑то символы, сполохи света… Предполагаем, что это отголоски других измерений, других миров. Возможно, они пытались выйти с нами на связь.
Константин Игоревич медленно откинулся в кресле. В этот момент за окном неожиданно потемнело: солнце скрылось за тучами, и свет ламп отбросил резкие тени на его лицо, придавая чертам загадочную глубину.
— Вот как. Хорошо. Будем откровенны. Мы изучаем феномен, который условно называем «квантовым резонансом». Ваш мозг, Лиза, и ваш, Максим, демонстрирует способность синхронизироваться с полями, которые мы генерируем экспериментальной установкой. Это не просто повышенная активность — это… взаимодействие иного порядка.
— Взаимодействие с чем? — тихо, почти шёпотом, спросила Лиза.
— С тем, что лежит за пределами привычного восприятия. С информацией, которая, кажется, существует вне времени и пространства. — Константин Игоревич сделал паузу, словно взвешивая, стоит ли говорить дальше. — И вы — первые, кто смог её уловить, а мы зафиксировать.
В комнате повисла глубокая тишина, нарушаемая лишь мерным тиканьем старинных часов на стене. Звук этот, размеренный и монотонный, лишь усиливал напряжение момента.
Василий Васильевич переглянулся с Константином Игоревичем. Тот кивнул, словно давая молчаливое разрешение.
— Потому что вы — уникальны, — произнёс Василий Васильевич, и в его голосе прозвучала неподдельная искренность. — Ваши мозговые ритмы, ваши эмоциональные связи… они дополняют друг друга. Как два элемента одной системы. Я был с вами в наших испытаниях. Прошел весь путь. Я тоже один из вас. И меня тоже подвергнут такой же проверке. Да, я рассказал об этом Константину Игоревичу. Ему можно доверять.
— А вот этого я бы не рекомендовал делать без нашего участия. Нам показалось, что это очень опасно. Мы с Лизой сами не понимаем, что за силы стоят с той стороны, — произнёс Максим, пристально глядя в глаза Василию Васильевичу. Его пальцы непроизвольно сцепились, затем разжались — едва заметный признак внутреннего напряжения.
Василий Васильевич медленно кивнул, повторив жест Максима: его руки сомкнулись, словно замыкая незримый контур размышлений. В тишине было ясно: он уловил невысказанное продолжение мысли.
«Я предлагаю показать вашему товарищу наши способности. Но отдельно. Мне не хочется афишировать наши возможности. То, что вы видели, — это далеко не всё. Мы можем пройти, например, в наш корпус под предлогом осмотра кабинетов», — мысленно завершил Максим.
Василий Васильевич слегка повёл головой, будто взвешивая варианты, затем расцепил руки и произнёс:
— Да уж… Необычно. Но я согласен пройти обследование вместе с вами. Однако не забывайте, ради чего наша корпорация затеяла всё это. Поэтому и исследование проведём, и вам пора уже приступать к работе.
— Что вы здесь хотите делать? — резко спросил Константин Игоревич, его взгляд стал пронзительным.
— Товарищ генерал, мы решили создать здесь особое конструкторское бюро. Максим с Лизой разработали уникальный проект очень интересного двигателя. У них множество других изобретений, опережающих наше время. И если мы зациклимся на исследовании их феноменов, моё руководство не поймёт, — твёрдо проговорил Василий Васильевич, не отводя взгляда от Константина Игоревича.
— Вот ты как завернул, полковник, — усмехнулся Константин Игоревич, но в его голосе не было насмешки. — Если что, твоё руководство мы поправим. Но в принципе возможно и совместить задачи. Если, конечно, молодые люди не против, — он перевёл вопрошающий взгляд на Максима и Лизу.
— Да мы вообще‑то не против. Я за эти дни уже успел соскучиться по своей работе, — с лёгкой улыбкой ответил Максим.
Лиза молча кивнула, её глаза светились сдержанным энтузиазмом. В этом простом движении читалось согласие — не только с предложением, но и с негласным пониманием: их путь только начинается, и впереди ждёт нечто большее, чем они могут сейчас представить.
- Тогда так. - Константин Игоревич, хлопнув ладонью по столу посмотрел на врачей – Вы тут разбирайтесь с этими графиками, что и почему. Временем вас на ограничиваю. Но результат должен быть. Работайте.
- Товарищ генерал, а можно мы привлечем Сергея. Он здесь работает в санатории – робко произнес один из врачей.
- Что за Сергей?
- Когда мы работали в институте мозга он работал с нами, участвовал в эксперименте. А потом у него появились разногласия с руководством, и он уволился. А здесь устроился работать. Ведет йогу и медитацию.
- Он то хоть соображает?
- В наших установках внедрена часть его идей.
- Хорошо. Согласовываю. Проведите с ним работу по сохранению гостайны и пусть приступает. – кивнул генерал. – Ну пойдем Василий Васильевич. Что ты хочешь мне показать?