Вы наверняка видели их — полупустые магазины в престижных торговых центрах с минимальным трафиком и вечно скучающими продавцами. По оценкам экспертов, часть таких точек может существовать не столько ради продаж, сколько для имитации деятельности. Их искусственная убыточность может служить инструментом для серой оптимизации налогов и обналичивания денег. В этой статье мы разберём, как, по данным ФНС и экспертов, могут работать такие «магазины-призраки».
Что такое магазины-призраки?
Это розничные точки, где торговая деятельность часто минимальна. По версии налоговых органов, их главная задача в недобросовестных случаях — создание легального документооборота. Это позволяет выводить деньги или минимизировать налоги за счёт создания искусственной убыточности. Формально всё выглядит законно, но на практике, как показывают судебные дела, это может быть механизмом для обналичивания.
Для наглядности рассмотрим условный пример. Представьте магазин «Антоний» в крупном ТЦ. Он имеет витрину, товар и даже продавца, но покупателей почти нет. Его убыточность — это не ошибка, а запланированный результат.
О том, каким образом и как осуществляют деятельность такие магазины, рассказал Дмитрий Елисеев, представитель Адвокатской Палаты г. Москвы, член Межрегиональной коллегии адвокатов:
«Формально “магазины-призраки” являются легальными, так как у них имеется организационно-правовая форма хозяйственного вида деятельности на законных основаниях. Они имеют все признаки хозяйствующего субъекта: осуществляют свою деятельность путем реализации того или иного товара, имеют кассовое оборудование. Однако, несмотря на данные обстоятельства, фактически они убыточны».
Почему такие магазины множатся, как грибы?
Схемы существуют, потому что сулят быструю прибыль за счёт уклонения от налогов. Риски долгое время считались управляемыми. Масштаб явления демонстрируют данные ФНС: с 2018 по 2023 годы ведомство взыскало около 56 млрд рублей с компаний розничной торговли, которые дробили бизнес через фирмы-прокладки. В судах сейчас находится 643 дела. И это лишь видимая часть.
Это подтверждает и Вадим Зарипов из юридической группы «Пепеляев Групп»:
«Не все налогоплательщики идут в суды: лишь половина из них, а может даже и десятая часть».
На что смотрит ФНC?
Типичная схема напоминает создание корпорации на бумаге. Вернёмся к нашему примеру с магазином «Антоний». Вот как это выглядит на практике:
1. Витрина («Антоний»)
Формальная точка продаж в торговом центре, которая имитирует реальный магазин.
2. Юрлицо (ООО «Вектор»)
Официальная компания, которая сдает отчёты, платит минимум налогов и держит кассу. Часто зарегистрирована на подставное лицо.
3. Прокладки (сеть фирм-однодневок)
Через них прогоняются деньги от реальных поставщиков или покупателей для их последующего вывода. Например, ООО «Вектор» заключает договор на «поставку» товара с ООО «Звезда», которое через неделю после операции ликвидируется.
4. Документы.
Договоры, акты и накладные выглядят формально правильно, но являются шаблонными. Именно однообразие становится для ФНС тревожным сигналом, особенно если у «бизнеса» нет сотрудников, склада и реальных поставок.
Светлана, продавец одного из таких магазинов Светлана (имя изменено), отметила:
«Я работала продавцом-консультантом в магазине одежды в крупном торговом центре. Товар дорогой, а покупателей за весь день — два-три человека. Самое странное, что зарплату нам перечисляли не от имени магазина, а от какой-то непонятной конторы, о которой мы раньше не слышали».
Это яркое подтверждение использования фирм-прокладок.
Что грозит владельцам?
Ответственность наступает, когда ФНС доказывает искусственность убытков и умысел. Согласно Налоговому (НК РФ) и Уголовному (УК РФ) кодексам, это может повлечь:
- Финансовое наказание.
По статьям 75 и 122 НК РФ начисляются пени и штраф от 20% до 40% от суммы неуплаченного налога. В случае с нашим условным магазином «Антоний» это означает, что, если через него вывели 10 млн рублей, штраф может составить до 4 млн.
2. Блокировку счетов.
По статье 76 НК РФ налоговые органы могут полностью заблокировать расчётный счёт, парализовав любые операции.
3. Уголовную ответственность.
Если сумма недоимки превышает 5 млн рублей за три года (ст. 199 УК РФ), грозит реальный срок лишения свободы до трёх лет. То есть «игра» с крупными суммами переводит нарушение в уголовную плоскость.
Дмитрий Елисеев подчёркивает, что «откровенным видом мошенничества является создание такого “магазина-призрака”, который с первоначальных этапов ведёт “невыгодную” деятельность, пытаясь свести налоговую базу к минимуму, при это не уплачивая даже минимально возможный налог с осуществляемой им деятельности.
Таким образом, грань между агрессивной, но легальной налоговой оптимизацией и откровенным мошенничеством с “магазинами-призраками” проходит там, где отсутствуют реальные активы, сотрудники, финансовые операции, которые фактически не имеют экономической выгоды…»
Как ФНС вычисляет настоящих владельцев? Цифровой след.
Раньше создатели схем чувствовали себя в безопасности, используя номиналы и запутанные цепочки. Сегодня ФНС анализирует не только документы, но и цифровое поведение: от IP-адресов, с которых подаются отчёты, до анализа транзакций в реальном времени. Даже если конечный бенефициар не указан в документах, его действия в интернете и банковской системе оставляют след.
Как налоговики ловят невидимых владельцев?
В борьбе с «магазинами-призраками» налоговые органы обрели мощного союзника — банковскую систему — благодаря внедрению новых законодательных механизмов. Это касается автоматического обмена данными между кредитными организациями и ФНС. Эффективность совместной работы наглядно демонстрирует громкое дело ритейлера Michaella. Налоговики требуют 2,5 млрд рублей с ООО «Михаэла», торгующего брендами Gerry Weber и Bugatti, — беспрецедентная сумма для непродовольственного ритейла. Основанием послужило утверждение, что владельцы сети уклонялись от налогов, переводя бизнес между юридическими лицами: сначала с ЗАО «Найс» на ООО «Найс», а затем на ООО «Михаэла». Ключевым доказательством аффилированности компаний стали товары с маркировкой nc (nice connection), обнаруженные в помещениях «Михаэлы», хотя формально компании принадлежали разным владельцам — Дмитрию Брегману и его сестре Ольге Плетинь. Этот пример показывает, что попытка переложить ответственность на новую фирму теперь не работает.
Экономический ущерб
От деятельности «магазинов-призраков» страдает вся экономика. Потери за 2023 год оцениваются в 173 миллиарда рублей. Эта сумма рассчитана без учёта долгов по страховым взносам, недоимок, пеней, штрафов по ним, а также без социального налога. Средства могли бы пойти на социальные и инфраструктурные проекты. Для бизнеса последствия тоже тяжелы:
- 56 тысяч предприятий малой торговли закрылось за год, не выдержав конкуренции с недобросовестными игроками.
- Падение выручки ритейлеров в сегменте непродовольственных товаров в первом квартале составил 35%. Об этом заявил Союз торговых центров России.
- Доля компаний с просроченной задолженностью по кредитам достигла рекордных 24%. В том числе и с учётом сегмента непродовольственных товаров.
Что изменилось в 2025 году?
С 2024 года вступили в силу новые поправки, вводящие концепцию «недобросовестного налогоплательщика». Теперь компания, попавшая в соответствующий реестр, автоматически лишается возможности возмещать НДС, участвовать в госзакупках, а её контрагенты теряют право на налоговые вычеты. Это системное решение ломает экономику схемы: если раньше «магазин-призрак» мог формально работать, то теперь он становится токсичным для всех, кто с ним связан.
Цифровая война
Аналитики прогнозируют переход к полностью цифровым схемам с использованием криптовалюты для вывода средств. К этому году объём таких операций уже начал проявляться. Но с 1 января 2025 года в России вступили в силу новые правила налогообложения криптоактивов, требующие декларировать доходы и уплачивать налог на прибыль. Кроме того, с 2026 года россиян будут штрафовать за оплату криптовалютой. Также эксперты прогнозируют, что в будущем ненадёжные компании будут всё чаще использовать ИИ для генерации фиктивного документооборота, а также уже идёт тенденция использования VPN и анонимных сетей для скрытия цифровых следов.
«Уже в 2025 году мы увидели первые случаи массового использования AI для создания виртуальных цепочек поставок», — заметила эксперт по кибербезопасности Дарья Петрова.
«Налоговым органам придется отвечать машинным обучением на машинное обучение. Мы наблюдаем переход от точечного противодействия к системному анализу», — заявил замруководителя ФНС Дмитрий Вольвач.
Запущенная в 2025 году система будет анализировать транзакции и логистику в реальном времени.
Итак, «магазины-призраки» — сложный феномен, который, по мнению регулятора, часто связан с серыми схемами. Пока существует спрос на обналичку и серую оптимизацию, они будут эволюционировать. Борьба с ними — это не только задача правоохранителей, но и вопрос создания экономических условий, в которых честному бизнесу станет выгоднее работать «в белую», чем «играть в прятки» с государством.
Автор: Виктория Лиман