Туман стелился по земле, словно живое существо — густой, клочковатый, пропитанный запахом гнили. В его клубах тонули руины древнего форта, чьи обломки когда‑то служили защитой от Тьмы. Теперь же сами камни дышали ею.
На краю обрыва стоял Каин. В руке — меч с выщербленным лезвием. Плащ, изорванный в дюжине мест, хлопал на ветру, будто крылья раненой птицы. На лице — шрам, пересекающий левую бровь и уходящий к скуле. В единственном видимом глазу — лёд, в котором тонули отблески далёких молний.
«Ты опоздал»
Из белёсой пелены выступил высокий стройный человек в одеянии, напоминающем монашеское, но с тревожными деталями. Лицо скрывала тень капюшона, но Каин знал: там нет глаз. Только два провала, полные звёздной пыли.
— Я не гонюсь за временем, — ответил Каин, не оборачиваясь. — Я гонюсь за ними.
— За теми, кто уже мёртв? — В голосе незнакомца звучала усмешка. — Или за теми, кого ты не смог спасти?
Каин сжал рукоять меча. Лезвие задрожало, будто живое.
— Они не мертвы. Пока я дышу — они живы.
Рождение чудовищ
Туман зашевелился. Из него выступили фигуры — не люди, не звери, а нечто среднее. Их тела были сплетены из теней и костей, рты раскрывались в беззвучном вое, а пальцы оканчивались когтями, острыми как бритва.
— Твои демоны, — прошептал незнакомец. — Ты носишь их в себе. Они — твоя сила. И твоя погибель.
Первый монстр бросился вперёд. Каин встретил его ударом, расколовшим тварь пополам. Чёрная слизь хлынула на камни, но на её месте тут же возникли двое других.
Танец смерти
Меч Каина пел — не песню, а вопль. Каждый взмах рассекал воздух с хрустом, каждый удар сопровождался вспышками багрового света. Он двигался как вихрь, как сама ярость, но с каждым мгновением его дыхание становилось тяжелее, а раны — глубже.
— Ты слабеешь, — заметил незнакомец, наблюдая издалека. — Твоя ненависть питает их. Чем сильнее ты бьёшься, тем больше их становится.
— Замолчи! — рявкнул Каин, отрубая голову очередному чудовищу. — Я не твоя игрушка!
— Разве? — Незнакомец поднял руку. — Посмотри вокруг. Это всё — твоё творение. Твоя тьма.
Каин замер. Вокруг него лежали десятки тел, но ещё больше поднимались из тумана. Он понял: это не просто монстры. Это его страхи, его боль, его грехи, обретшие плоть.
Момент истины
— Ты не сможешь победить их, — продолжил незнакомец. — Потому что ты и есть они.
Каин опустил меч. Его рука дрожала. В глазах мелькнула тень сомнения.
Но лишь на мгновение.
— Если я — тьма, — произнёс он, снова поднимая клинок, — то пусть она поглотит тебя первым.
Он рванулся вперёд, сквозь ряды чудовищ, прямо к незнакомцу. Монстры цеплялись за него, рвали плоть, но он не останавливался. Его крик слился с грохотом начавшейся бури.
Меч ударил.
Молния озарила руины.
После битвы
Когда свет погас, на земле лежал только один. Каин, весь в крови, с мечом, воткнутым в камень. Его дыхание было прерывистым, но взгляд — твёрдым.
— Это не конец, — прошептал он, глядя в небо. — Это только начало.
Ветер унёс его слова в ночь. Где‑то вдали раздался смех — то ли незнакомца, то ли самой судьбы.
А в тумане, за спиной Каина, начали проявляться новые тени.